Вот-вот уже явится рассвет, а сна — как не бывало.
Лица в окне
Вдруг почудилось Ржетизэку, что он не один в комнате. Глянул он на окна и едва не задохнулся от ужаса! Хоть спальня его была на втором этаже, с улицы смотрели на него какие-то жуткие, немигающие рожи.
Хотел ростовщик крикнуть и запустить в них чем-нибудь тяжелым. Но вместо ругательства лишь жалкий хрип выдавил, а руки так и остались бессильно лежать на одеяле.
А тем временем за окнами одни страшные лица сменялись другими. И что-то знакомое было в их чертах.
— Вспомнил! — Ржетизэк оторвался от подушки и сел. — Бог мой! Не может быть! Вот пялится, не моргая, Хромой Витек. Но он ведь повесился еще два года назад, когда не смог вернуть долг и сделался нищим. А вот карлик с Градчанского намести. Он тоже не сумел расплатиться и удавился в тюремной камере…
Вслед за карликом появилось лицо Франтишека — торговца из Хрудима. Он повесился прошлой осенью, когда за долги описали все его имущество. За Франтишеком заглянул в окно кузнец Витезслав — он покончил с собой совсем недавно…
— Господи, да откуда они взялись?! — пробормотал Ржетизэк. — Что им надо от меня? Я ведь не требовал с них ничего лишнего… Все по закону!
Последним в окно заглянул аптекарь. Он также некоторое время смотрел, не мигая, а потом исчез.
— И ты удавился? Но тебя ведь не нашли… — снова пробормотал ростовщик. — Четырнадцатый… Четырнадцать должников-самоубийц…
Ржетизэк замер в ожидании. Что же будет дальше? Ведь не просто так явились с того света самоубийцы. От них не укрыться, не убежать. Наверняка им теперь помогает нечистая сила.
Теперь в окна стали заглядывать какие-то детские лица.
— Кто они? — не известно, у кого спросил ростовщик. — Я их совсем не знаю и никогда не видел…
И вдруг откуда-то из темной глубины комнаты послышался шепот:
— Это дети тех, кого ты погубил. Они несчастны по твоей вине. Ты проклят ими…
Ржетизэк пристально вгляделся в темноту.
— Кто здесь?
Ответа не последовало. А в окнах появлялись все новые и новые лица. Теперь дети были в странных одеяниях, словно явились из далеких миров. Они внимательно всматривались в спальню, будто силились и никак не могли что-то в ней рассмотреть.
— Это внуки, правнуки и далекие-далекие потомки тех, кого ты погубил, — снова раздался шепот.
«Пока не отыщут последний клад»
Ржетизэк понял: его ждет неминуемая расплата. Но какая? Что будет уготовано ему? И предвестник этой расплаты — крылатое неизвестное существо — не зря преследовало его от самого Тына.
Тут же на его беззвучные вопросы последовал ответ:
— А уготовано тебе вечное хождение по Праге. И будешь ты заносить в свой «кладиик» сведения обо всех спрятанных в городе сокровищах. Сам ты не сможешь к ним прикасаться. Отныне в твоих силах лишь давать подсказку людям, где сокрыты ценности. Даже если не захочешь, знания о кладах сами найдут тебя. И быть тебе мертвым среди живых, живым — среди мертвых, пока люди не отыщут последний клад в Праге. Мертвые будут сторониться тебя, живые — бояться…
— Но отыскать здесь все клады невозможно! — воскликнул Ржетизэк. — Значит, мне уготована участь Агасфера — Вечного жида?..
В ответ послышался смех.
— Агасферу было отказано в покое могилы за оскорбление Иисуса Христа. А ты наказан за алчность. За судьбой Вечного жида — воля Божия, за тобой — дьявола. Жадность — сфера сатаны.
— Можно ли мне искупить свою вину чем-то другим, чтобы не шляться вечно по Праге с «кладником»? — взмолился Ржетизэк.
— Сатана своих решений не меняет, — твердо ответил голос из темноты.
Лица в окнах исчезли. Близился рассвет. Ростовщик поднялся с постели и стал одеваться.
Ни с кем не попрощавшись, вскоре он покинул свой дом. С собой Ржетизэк взял лишь книгу из найденной шкатулки. Он был уже другим человеком.
Родственники и друзья несколько дней искали его по городу, но не могли найти. Многие пражане говорили им, что видели Ржетизэка. Он выглядел странно, ни с кем не здоровался, никого не приветствовал. А столкнувшись со знакомыми, мгновенно скрывался в ближайшей улочке и исчезал там.
Отчего такая перемена произошла с ростовщиком? О том ходили всевозможные кривотолки. Естественно, в первую очередь говорили о душе, проданной дьяволу.
Так началась история вечно странствующего по Праге бывшего ростовщика.
Дань сатане
Шли годы и столетия, менялась одежда Ржетизэка, но неизменно под мышкой он носил книгу в темно-вишневом переплете.
Дурной славой пользовался его «кладник». Люди, получившие сведения из книги Ржетизэка, обязательно становились обладателями сокровищ. Но потом…
В общем, счастливчиками никто из них не мог себя назвать. Одни, не успев воспользоваться внезапным богатством, погибали при загадочных обстоятельствах, другие сходили с ума, третьи надолго попадали в тюрьму.
Конечно же, многие жители Праги знали, что встреча с человеком, у которого под мышкой книга в темно-вишневом переплете, сулит беду. Но Ржетизэк научился заманивать легковерных в свои сети. Прежде всего доверялись ему приезжие.
В кофейнях, пивных и ресторанах Ржетизэк знакомился с ними и убеждал отправиться искать сокровища.
— Но почему вы сами не добываете клады? — как правило, интересовались у бывшего ростовщика.
— Увы, мой друг! Много лет назад я поклялся не прикасаться к чужим богатствам и даже не помышлять о них. И эту клятву я никогда не нарушу, — неизменно отвечал Ржетизэк. — Зато с превеликим удовольствием стремлюсь осчастливить приглянувшегося мне человека…
Если у нового знакомого в глазах появлялся азарт, бывший ростовщик раскрывал свою заветную книгу и выбирал описание и местонахождение одного из пражских кладов.
— Записывайте и храните от чужих глаз… — шептал Ржетизэк собеседнику.
— И многих вы таким образом осчастливили? — интересовались самые недоверчивые кладоискатели.
Бывший ростовщик на подобный вопрос отвечал также шепотом. Он называл несколько фамилий известных, но непонятно каким образом разбогатевших в последние годы людей. Подобная информация, как правило, устраняла последнюю преграду недоверия между Ржетизэком и его новой жертвой.
Окрыленный кладоискатель отправлялся на поиски сокровищ, а бывший ростовщик хихикал ему вслед и ставил карандашом черточку на последней странице своей роковой книги.
Когда Ржетизэк узнавал, что очередной его знакомый погибал, сходил с ума или оказывался в тюрьме, из черточки он делал крестик, тихо нашептывая:
— Еще один попался… Собирай, собирай свою дань, сатана… Авось скоро отпустишь меня на покой из этого безумного земного мира…
Но, видимо, сатана доволен деяниями Ржетизэка, и бывший ростовщик даже сейчас, в XXI столетии, появляется на улицах Праги…
