Глава 30
В кругу родных
Чтобы привлечь к себе внимание, необходимо накормить «общественное мнение» винегретом из трех составляющих: напустить на себя немного таинственности, чтобы казаться «не таким, как все»; немного простоты, чтобы завоевать доверие «всех», и устроить большой скандал, чтобы «всем» было о чем поговорить.
Зима в России в конце 1858 года выдалась снежной. Благодаря усилиям дворников, которым приходилось ежедневно расчищать дорожки, громадные сугробы, в некоторых местах превысившие высоту заборов, превратились на радость детворе в окаменелые ледяные горки.
Заснеженный Петербург блистал громадными витринами богатых магазинов, великолепными экипажами, красивыми девушками, изысканными дамами, одетыми по последней парижской моде, и господами в мундирах. Лавки купцов ломились от местных и заморских товаров. Жизнь била ключом, кружась в вихре праздничной столичной предрождественской суеты.
По прибытию в Петербург Елена отправилась по имеющемуся у нее адресу к отцу, но дома его не застала. Квартира была закрыта, а дворник ничего вразумительного о барине сказать не мог.
Сразу отправляться на Кавказ Елена не решилась, так как, прежде чем отправляться в столь далекий путь, надо было сначала уведомить дедушку и получить от него разрешение. Чтобы разузнать, где можно разыскать остальных своих родных, Елена остановилась в Петербурге у своей дальней родственницы.
Сестра Елены, Верочка, в тот год проводила зиму с детьми у своего свекра, генерала Николая Александровича Яхонтова, в имении Ругодево, под Псковом, в двухстах верстах от Петербурга. Наступающее Рождество было особенным. В семье намечалось радостное событие – свадьба дочери свекра. В связи с этим в имение, помимо родственников, хлынуло множество гостей. Пожаловал в гости и отец Верочки со своей младшей дочкой Лизой.
Свадебное торжество было назначено на первый день Рождества, сразу после окончания Рождественского поста.
Гостей собралось множество. Приглашенные сидели за громадным праздничным столом, веселились и кричали «горько». В сенях беспрестанно звенел колокольчик. Подъезжали новые гости, их встречали слуги, провожали в зал, усаживая за стол. Собравшиеся дружно приветствовали вновь прибывших, звучали тосты, новые крики «горько». После следовали поцелуи молодых, затем новые звонки в дверь и следующие гости, которым, казалось, не будет конца.
Но вот настал момент, когда раздался очередной звонок в дверь, и Верочка, повинуясь только ей известному чувству, вскочила из-за стола и побежала сама отворить дверь, не доверяя слугам. Она была убеждена, что это приехала Елена.
Верочка ждала ее несколькими днями позже, но в ночь перед Рождеством видела сестру во сне, поэтому с самого утра была уверена, что Елена сегодня непременно будет, хотя никто ей об этом не говорил. Когда Верочка открыла дверь, в дверях стояла ее сестра. Это был не сон, не видение и не дух – живая, родная, любимая, долгожданная Леля, ее Лоло. Сестры бросились друг другу в объятья и разрыдались от внезапно нахлынувших чувств. Столько лет пролетело! Столько всего произошло! А словно вчера расстались!
– Как же ты? Давно ли? Почему не сообщила? – лепетала Вера, обливаясь слезами радости.
– Я сначала заехала к отцу, но его не застала, потом к дяде Густафу, а уж оттуда сюда. Дядя сказал, где можно найти тебя и отца. Вот я и приехала, – всхлипывала Елена, не выпуская из рук голову сестры, которую крепко прижала к своей щеке.
– Умница, что приехала. Давно надо было. Я так тебя ждала, так ждала! У нас тут сегодня свадьба приключилась. Ты как раз к столу. А что же раньше не приезжала, не писала? Мы так волновались. А сегодня, знаешь, я чувствовала, что ты где-то рядом, я почему-то знала, что непременно тебя увижу, знала, что приедешь! – быстрой скороговоркой причитала Верочка.
– Раньше не могла. Прости! Просила Надю никому не рассказывать о моем приезде. Она знала. Я боялась, что муж будет преследовать. Слава богу, утряслось. Но об этом после.
– Да, конечно. Давай позже поговорим, главное, что ты приехала! Я так рада, так рада! – все еще лепетала Верочка. – Ну а сейчас пройдем в дом, праздник все-таки, гостей много.
Она взяла Елену под руку и проводила в зал. Гости и хозяева были наслышаны о Елене Петровне Блаватской, об истории ее необычного исчезновения, поэтому немало удивились появлению беглянки. Однако в потоке радостного свадебного ликования новая гостья не сделалась «гвоздем» программы и объектом расспросов. Она скромно просидела на выделенном для нее месте, поднимая рюмки «за молодых», пока торжество не закончилось и не разъехались гости.
Елена, отец с Лизой и еще несколько гостей остались у Яхонтовых. В большом доме место нашлось для всех. Чтобы можно было поболтать всю ночь, как в детстве, никому не мешая, Верочка поселила сестру в своей комнате, велев слугам принести дополнительную «походную» кровать. Наконец, когда все разлеглись по своим местам и сестры остались одни, Верочка принялась забрасывать сестру вопросами.
– Леля, как ты решилась приехать? Мы уже и не надеялись. Отец тоже давно не имел от тебя никаких известий. Даже не знаю, о чем и спрашивать, ведь не один день прошел, чтобы просто так спросить, что ты делала, чем занималась, как жила?
– Одним словом не отвечу, но если коротко, то все это время я провела в чужих краях, в непрерывных поездках по Европе, Азии и Америке. А если подробно, то нужно или все ночи напролет посвятить рассказам о моих приключениях, либо книгу написать, да дать всем прочитать, чтобы не повторяться с рассказом.
– Наверное, это жутко интересно, – попыталась предвосхитить события Верочка.
– Да, разумеется. Однако главное, что меня сейчас тревожит, это то, какие намерения имеет относительно моей персоны «старый пердун».
– Кто? Зачем так грубо? – покраснела Верочка, но догадалась, о ком речь.
– Отчего же грубо? Я называю вещи свои именами. Муж мой далеко не «молодой олень». Я уже сбилась со счета, сколько ему лет. Ну да ладно. Он не девушка, чтобы столько говорить о его возрасте. Короче, я попросила
Надю узнать его позицию относительно меня. Надя написала ему письмо, задав ему несколько вопросов от моего имени. Муж не замедлил ответить. Вот, читай!
Елена протянула Верочке конверт с письмом. Верочка вынула сложенный вчетверо лист бумаги, развернула и с любопытством прочитала короткое послание:
«Можете уверить Елену Петровну честным моим словом-ветом, что я никогда ее преследовать не буду. Вот уже скоро 10 лет со времени моего несчастья, и потому, скажу я Вам, я достаточно выработал свой характер, и сделался ко всему равнодушен, и даже очень часто смеюсь над глупостями, которые совершились… Ко всему можно привыкнуть…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
