— Достань мне новую трость, — грубо сказал Брэйс.
Слуга торопился уйти подальше, его шаги были слышны, когда он ступал по обломкам. Брэйс некоторое время просто стоял, пытаясь взять под контроль себя и свои нестабильные эмоции. Прошло некоторое время, прежде он почувствовал себя достаточно спокойным, чтобы опять начать двигаться, не разнося при этом всё на своём пути. Это заняло время, пока слуга не принёс ему новую трость, теперь уже не волнуясь, что он может убить невинного человека.
— Мы пойдём за ними, и заставим ответить нам за всё!
Брэйс обернулся на звук голоса Калеба. Было забавно, что только вчера Джерико был его фаворитом, а теперь он призирал его ещё больше чем Калеба.
— У нас уже есть группа, которую собрали, чтобы они нашли их.
Брэйс несколько минут просто молча стоял, он мог найти её сам в течение нескольких часов, но он оставался на месте. Он не хотел возвращать ту изменчивую стерву в свою жизнь, не хотел больше видеть её. Брэйс предпочел темноту своего мира, чем опять увидеть её предательское, отвратительное лицо. Она так сильно хотела свою свободу, как и он был обеспокоен этой её идеей, и ради этого умело манипулировала и лгала ему. Теперь она может получить свои недоедания, холод, страдания и грязь обратно. Теперь у неё будет всё, чего она так желала.
Он не хотел иметь с ней больше ничего общего, и не будет стоять у неё на пути.
— Джерико был официально признан предателем.
— Так и есть, — зарычал Брэйс.
— За его голову дают большое вознаграждение. Не заставит себя долго ждать тот момент, когда кто-то из изголодавшихся приволочет его обратно. Я уверен, что и остальные два раба будут находиться где-то поблизости, и Джерико так же быстро предаст их, как предал нас, когда мы найдём его.
Брэйс согласно кивнул, поставив обе свои руки на верхушку новой трости.
— Если его найдут, то пусть доставят ко мне живым. Всех их должны доставить прямо ко мне.
Брэйс откинул свою голову назад и прикрыл глаза, пытаясь не думать о глубине её предательства. Он не будет выслеживать их, не пойдёт в леса за теми двумя, на которых как он думал, всегда сможет положиться и сможет доверять. Но если их поймают и вернут обратно, то тогда он побеспокоиться о том, чтобы Джерико полностью разрушили жизнь, а девчонку он лично передаст в руки Калебу, тогда бы он смог бы расслабиться под звуки её криков, поскольку Калеб приложил бы для этого все усилия.
А до тех пор он собирался испить до дна из такого количества кровавых рабов, которого хватило бы, чтобы забыть весь этот бред.
Он прошёл мимо Калеба, возможно впервые начиная понимать всю ненависть и жестокость своего брата, поскольку именно эти эмоции пустили свои корни в нём, распространяясь по всей груди, и почти полностью поглотили его. Он никогда не испытывал этих эмоций до этого дня, и никогда не думал, что такое возможно. Но он упивался ненавистью и жаждой крови, поглотившей его. Эти чувства были единственными, которые могли помочь ему забыть предательство и заглушить боль.
— Убери здесь всё, — прикрикнул он на слугу.
Киган спешил вслед за Брэйсом в темницу, волк никогда не был здесь, прошло много лет с тех пор как Брэйс сам был там, по той причине что попросту призирал всё это. Теперь же он жаждал и нуждался в этом с безумной свирепостью, которая заставила его пошатнуться. Он громко открыл двери темницы и аромат людей и страха заполнил его ноздри. Все они были кровавыми робами королевской семьи, по крайней мере, пока они не были истощены и их не заменили на других.
Он быстро передвигался по темнице. Остановившись только затем чтобы выбрать трёх женщин за решёткой. Он не представлял, как они выглядели. Но аромат их крови не был таким отталкивающим как у других
— Приведите их в порядок, а затем приводите ко мне, — скомандовал он охранником.
Теперь у него не было Арианны, но он собирался удовлетворить себя и ослабить хотя бы часть пульсирующей жажды крови. Это было так не похоже на него. То, что одна худощавая девушка сделала с ним за месяц, не выходило у его отца больше чем девятьсот лет. Она сумела превратить его в жестокого, жаждущего крови монстра.
