Гортт понурил голову, помолчал, потом бросил на «ловца удачи» хмурый взгляд и предложил:
— Тогда объяви обо всем этом Бритве! И делу конец! Он будет слушать тебя во все уши!
— И что он может сделать? — тут же спросил Карнаж, — Пойдет, как всегда, с претензией к владыке, потрясая перед его носом грамотой с печатями? Это раньше годилось. А теперь вызовет только бешенство, если не спровоцирует островитян поспешить и вступить с Лароном в открытый союз. Поверь мне, они уже достаточно натерпелись от Фелара и Фивланда. Гномы и люди слишком долго разоряли их купцов и пользовались бедностью почв острова, в голодные годы заламывая непомерные цены за хлеб.
— Тогда чего умничаешь? Дождемся корабля и ходу отсюда! — отрезал гном.
— Можем не дождаться. Правитель еще не созрел, чтобы откровенно помогать белым эльфам, но они подкупили один клан, который приходил сюда прошлой ночью.
— Ну и повышвыривали мы их за порог, как собак плешивых! — возразил Гортт, — Их и было то всего двое!
— За мной сначала тоже пошли двое… Потом подоспели пара десятков… А этой ночью можно ожидать сотню!
— Тогда чего ты молчал, как воды в рот набрал?! — взревел гном.
— Еще раз повторяю, а чтобы изменили мои слова? — тихо ответил «ловец удачи» и поднес палец ко рту, — Это не люди. Это тени. Да, они дышат. И сердце у них бьется, и убить их так же, как и всякого, но поймать за руку почти невозможно. Поверь мне на слово, я знаю, о чем говорю. Они вездесущи. Даже здесь они могут иметь своих лазутчиков, а у каждого такого лазутчика нож за пазухой, и наверняка отравленный. Но они ждут! Они проверяют, чтобы убить наверняка именно тех, кого велено, и не допустить ошибки. Так принято среди всех островитян. Они не терпят промахов в таком деле.
— Молоты Швигебурга! Ну и в переплет мы угодили! — вздохнул Гортт, потирая ладонью обух топора.
— Но, как и у всякого переплета, узелка, хитросплетения, как угодно, именно из-за его сложности всегда есть уязвимое место, — лицо Карнажа озарила хищная улыбка, — И, мне кажется, я нашел его!
— Говори! — гном просиял и сел ближе.
С улицы донеслись крики, и в дверном проеме возникла фигура Ютай. Её лицо выглядело испуганным и глубоко озадаченным одновременно.
— Зачем говорить, когда лучше увидеть, — пробормотал «ловец удачи» и поднялся, принимая из рук островитянки свою вычищенную одежду.
Островитянин поджидал во внутреннем дворе.
Убийцы драконов старались держаться от нежданного гостя подальше, не иначе по указанию Тарда. На их лицах застыли напряженные выражения раздумий. По какому это поводу главарь приказал не трогать низкорослого воителя, задравшего свою башку так высоко, что, того и гляди, сломает шею? Однако, мало знакомый город и странные нравы жителей были отличным подспорьем для Бритвы, чтобы придержать буйный феларский нрав и завидное фивландское упрямство.
Карнаж развязной походкой приблизился к стоящему в гордом одиночестве островитянину. С удовлетворением отметив, что воитель прихватил с собой меч Киракавы, которого полукровка хватился только когда уселся на подоконник в комнате Ютай, Феникс принял клинок из рук.
— Ваш меч… — протянул с подковыкой воин.
— Главное, что голову свою не забыл, — невозмутимо подытожил «ловец удачи».
— Я имею честь передать вам разом приглашение и вызов от моего хозяина. Возможно, его имя вам что-то скажет, или напомнит? Такетора.
— Нет, — немного призадумавшись, ответил Феникс, — Разве что от имени попахивает чем-то тигриным.[13]
Воин побледнел от злости, но сдержался, делая скидку на то, что обитатели Материка очень плохо знали тонкости островитянского этикета.
— Так вот, мой хозяин, едва узнал, что вы в городе, велел разыскать вас и привести к нему. Как вы смотрите на то, чтобы, не привлекая ничьего внимания, совершить сегодня прогулку до его поместья? Я могу вас проводить.
— С удовольствием, — Карнаж сложил руки на груди и выпрямился.
В конце концов, этот островитянин и так задрал голову достаточно высоко, так что можно было лишний раз не сутулиться.
— И где же обитает ваш хозяин с такой грозной составляющей в имени? — поинтересовался Феникс, но, едва островитянин открыл рот, перебил, — Не говорите! Я догадаюсь… Поместье Кокетсу?[14]
— А вы знаток… — выдохнул островитянин.
— Проницательность, милейший, — скромно возразил «ловец удачи», которому стало не по себе от того, как он попал пальцем в небо, меж тем намереваясь только позабавиться.
И в какое небо! Призраки прошлого так и витали там, меж облаков былых дней и туч мрачных событий.
— Так вас проводить?
— О нет, не беспокойтесь, я знаю это место, и сам превосходно найду дорогу. Ждите меня ближе к вечеру.
— И я могу быть уверен, что дождусь? — в глазах островитянина полыхнул недобрый огонек.
— Без сомнения! И не сверкайте глазами попусту. Никто не собирается праздновать труса перед вашим хозяином, будь он хоть трижды тигр среди тигров!
— Посмотрим, — воин учтиво склонил голову.
Такой ответ полукровки более чем устроил посланника.
Когда воин удалился, к Карнажу подошли Тард вместе с Горттом. Глава убийц драконов многозначительно посмотрел в сторону ворот, через которые только что вышел человек Такеторы, и, значительно подняв ладонь, спросил:
— Какие у вас дела с островитянами? Теперь уж братцы вам не отвертеться, выкладывайте!
— Самые обычные, — начал Гортт.
— Этот воин принес мне приглашение от его хозяина, — продолжил Феникс.
— Вот оно что? Так у тебя на этом острове еще остались знакомцы? — подозрительно прищурился Бритва.
— Скорее неоконченные дела с некоторыми из них, — выкрутился «ловец удачи».
— Подозреваю, что это за дела… — Тард замолчал, поглядывая то на гнома, то на полукровку, — Думается, кто-то с таких дел знатно поперхнется сталью…
— Бритва, это не имеет отношения…
— Помолчи, Феникс! — оборвал гном, — А ты, Гортт?
— А что я? Пусть разберется, если это дело чести.
— Легко сказать! — взорвался Тард, — А нас вечерком на ремни тут пустят!
— Если кого и пустят, то не нас… — зло усмехнулся Феникс, — У меня есть хорошая идея. Но, для ее воплощения, мне нужно нанести этот визит.
— Бритва, слушай, как никак нашего «ловца удачи» учил островитянин, — поддержал Гортт.
— Сам знаю, и что с того?! — не унимался гном.
— А то, что, наверное, он лучше разгребет то дерьмо, в которое мы угодили, не находишь? — Гортту с трудом удавалось сохранять самообладание.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
