спасительницу и она с нами пообедала. Время прошло в теплой дружеской компании. Мария сказала, что останется до вечера, потому уходим с Асланом в его комнату на дневной сон.
Приходится постоянно ему обещать, что точно буду в доме когда он проснется. А сон ему ух как важен в таком возрасте. Ведь силы ему очень будут нужны на новые свершения.
Укрыла мальчишку одеялом когда он погрузился в сон, поставила сборник сказок на свое место на полке и поправила плед в кресле-качалке. Которого утром не было в этой комнате, но Аслан попросил принести его сюда специально для меня. Но каким образом он ухитрился без моего ведома это сделать так и не поняла.
В дверях меня встретила Мария. Она шепотом сказала, что хочет поговорить со мной. Оставила приоткрытой дверь в детскую, а сама пригласила Марию зайти в соседнюю комнату - именно ее мне дали во временное пользование.
- Мне есть что рассказать о твоей матери, Эльнара, - проговорила она собранным голосом после того как мы перебросились несколькими фразами о том, как вообще поживаем. Я вся обратилась в слух. - Твоей настоящей матери, - сделала она уточнение, а у меня сердце ухнуло в пятки, внутри все сжалось тугим узлом.
Моя настоящая мать…
Глава 34. Чего тебе не хватало?
С колотящимся сердцем выбежала за ворота особняка. Охрана сразу открыла дверь как только я попросила это сделать. Даже не обратила внимания на их поведение, у меня была совсем иная цель.
Пришлось приложить усилия, чтобы не расплакаться прямо на улице. Нет, надо собраться.
Перехватила удобнее сумочку и подняла руку, останавливая машину такси. Как села в салон сразу назвала адрес нашего дома. Мне нужно было выяснить всю правду. Не могу больше додумывать или строить догадки. Мне нужны ответы.
Расплатилась теми деньгами, что однажды дала мне Мария, сказав, что это на первое время. Оказалось, на экстренную ситуацию. Но я все ей верну, как только найду работу.
Стою перед небольшим домиком на одной из улочек на окраине города и смотрю на свежевыкрашенные в зеленый цвет ворота. Раньше они были потухшего коричнево цвета и уже плохо закрывалась на замок калитка, потому что перекошена была в основании. У отчима все никак руки не доходили починить ее. Точнее, он говорил, что занят.
Но это было еще до моего замужества…
А теперь все починено и поставлено чуть ли по новой. Но не думаю, что у них были деньги на новые деревянные ворота.
По улице проходите соседи и сдержанно со мной здоровались. Я отвечала беззвучно и кивком головы.
Выдохнула и вошла во внутренний дворик. Все зелено, убрано и чисто. Мама всегда дотошно все убирала. И меня заставляла.
Все вокруг напоминало о прошедших здесь годах. Как было… тяжело. Порой очень, но я сжимала зубы и шла вперед, не опускала руки.
После признания Марии на все смотрю под под другой призмой. Другой угол восприятия прошедшего.
Если моя спасительница права, тогда я могу понять почему мама периодически говорила мне, что отец был не очень хорошим человеком. Что не ценил ее, был порой с ней груб. Однажды в порыве чувств сказала, что получил по заслугам. Потому что мама всю жизнь страдала, а он не обращал на нее внимания.
Осталось еще выяснить - а на самом ли деле она моя мама. Хочу услышать собственными ушами от нее признание. Все указывает на правдивость слов Марии, но не могу я вот так вот взять и поверить в такие доводы.
Это ведь мама. Я ее любила, не смотря на все наши неурядицы. У всех же бывают ссоры в семьях, мы тоже обычная семья.
Почему так тяжело? И сердце болезненно сжимается от предчувствия, что все может оказаться правдой.
До этого я росла без отца, а теперь и без матери могу остаться…
Заношу руку для стука в дверь, но застываю в паре сантиметров от деревянной поверхности.
Нет, не могу.
Зря я сюда вообще сюда приехала. Зря я сюда приехала. Если все окажется правдой, я вообще останусь без какого-то родственного человека.
Совсем одна и тогда никому точно не буду нужна.
Одна…
Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь к воротам. Стряхиваю на ходу слезы с глаз и рвано дышу. С трудом вдыхаю, будто грудь обжигает металлическим обручем.
Резко дергаю калитку на себя и замираю как вкопанная.
- Эльнара? - ошарашена выдыхает мама.
Молчу. Смотрю на нее во все глаза. Она моя. Единственная…
- Мамаааа…
В порыве бросаюсь ей на шею и обнимаю, закрыв глаза. Слезы льются не переставая и я плачу в голос уже.
- Давай, пройдем внутрь, а то люди же увидят, Эльнара, - чуть отстраняет меня и заводит за локоть снова во дворик.
Иду за ней, стараюсь не споткнуться и вытираю слезы свободной рукой.
- Разувайся, - командует как только она открывает ключом дверь.
Значит, отчима нет, сможем поговорить вдвоем. Не хочу его присутствия, а он всегда старается уязвить меня словами.
- Мама, - сбивчиво начинаю пока она ведет меня по коридору, - я хочу поговорить с тобой, - уже заикаюсь.
- Тише ты, - шипит она и ее хватка становится сильнее на локте. Уже больнее. - Отчима разбудишь, дура.
Он дома? Спит? Сердце теперь бьется еще учащеннее.
Мама рывком заводит меня в небольшую кухню, закрывает за собой дверь и смотрит на меня волком.
- И где тебя носило все что время? - со злостью спрашивает, надвигаясь. - Ты хоть понимаешь в какое положение ты нас поставила, а? - понижает голос, но от обвинения волосы на затылке дыбом становятся. - Ты чем думала когда уходила от мужа? Что тебе не хватало в его доме, а? Дом прекрасный, всегда накормлена, напоена, одета и обута. Ты опозорила и Селима и нас. Где ты шлялась?
Звон пощечины эхом раздается в ушах. Боль в щеке не чувствуется. Зато сердце кровоточит от понимания того, что я пришла не туда, где меня поймут. Совсем не туда…
Глава 35. Пропажа нашлась
- Что здесь происходит? - застывает в проеме приоткрытой двери отчим.
Заспанный, волосы на голове всклокочены, в одной майке и в поношенных штанах с вытянутыми коленями. Протирает глаза и пытается вглядеться в меня.
- А вот и наша пропажа пришла, - слащаво улыбается. - И где ты шлялась? С кем кувыркалась
