были особо заметны среди популярных на весь мир экстра. Между тем, было несколько особо видных фигур, у которых просто было мышление быстрее, чем у обычного человека. Возможно, ученые не так хорошо разобрались в способности не к быстрому мышлению, а именно к расчетам, либо эту способность было трудно развивать с самого детства. А вот у Ио была возможность развивать свой био-компьютер с детства. В общем, в отличие от большинства аналитиков, Ио мог использовать вспомогательные инструменты в мышлении, типа математических формул или структурированных в систему баз данных. Как у аналитика Е-ранга, привычно считалось, что скорость мышления его должна была быть от пяти до десяти раз быстрее, чем у обычного человека. Вместе с тем, био-компьютер в голове Ио мог выполнять математические вычисления в тысячи или десятки тысяч раз быстрее, чем обычный не тренированный человек. Ранг Е Виолетте выдали, исходя из тестов, которые проходили обычные аналитики с общей способностью к более быстрому мышлению. Для способности расчетного центра, ввиду ее непонятности и малой изученности, просто не набралось достаточного количества данных, с помощью которых можно было бы создать соответствующие тесты. Если бы даже такие и появились, скорость математических вычислений в био-компьютере была настолько велика, что ее начинали ограничивать возможности тела трестируемого. А для того, чтобы нагрузить мозг по полной какими-нибудь значимыми математическими вычислениями, нужно добиться от испытуемого прекрасного знания математики — очень и очень скучной науки, особенно для маленьких детей. Все, что могли сделать ученые для экстра с био-компьютером в голове — исключить из тестов на скорость мышления задачи, так или иначе связанные с математическими расчетами, которые «размывали» бы результат. Виолетта тогда едва-едва преодолела пятикратный предел.
Вместе с тем, в голову ей никто не заглядывал, и понимание этой способности в обществе было не совсем верным. Не случайно, даже в электронике существуют различные чипы для различных задач. Процессор для обработки видео потоков в видеокарте отличается от центрального процессора на материнской плате, хотя и базис у них один. В свое время на Земле, например, криптовалюту эфириум начинали «майнить» на центральном процессоре. Однако, быстро выяснилось, что процессоры видеокарт намного лучше походят для операций расчета новых блоков в блокчейн этой криптовалюты. И в случае с Виолеттой и похожими на нее детьми тестировщики повсеместно совершали грубую ошибку. Они не знали, насколько колоссальный объем мощности био-компьютера пришлось задействовать, чтобы получить в непрофильной способности ранг Е. Даже сам Ио не мог сказать, соответствуют ли его способности рангу Е или нет. Может быть, так и должно было быть для этой способности на уровне Е, а может быть, он уже вышел за пределы ранга. Точно сказать не мог никто. И эта разница проявилась, например, во время атаки террористов на башню Эмбер. Данных о тактике и стратегии уличных боев в мире двухсотлетней древности в голове Виолетты было не так много, что затрудняло аналитику и придумывание тактики действий полиции. Поэтому она показывала результат соответствующий выданному ей рангу. А вот вычисление точной траектории движения пули с помощью математики, физики и баллистики происходило у нее в доли секунды, намного быстрее и точнее, чем у экстра с пятикратным мышлением, чем у обычного человека. Вот поэтому Ио старательно учился каждый день, наполняя свой мозг все новыми знаниями и формулами, а в последнее время даже небольшими программными кодами для фоновых вычислений.
Дейзи так и не появилась. Детектив Марл в своем рабочем кабинете разбирала следственные дела о пропавших девушках за последние полгода. Для одного города было слишком много бесследно исчезнувших за такой короткий период. Девушки были не моложе двадцати и не старше двадцати пяти. Все были стройными. Типажи девушек были разными. Длина и цвет волос, цвет глаз, рост и телосложение у всех девушек были индивидуальны. К пропавшим девушкам теперь добавилась еще одна, Дейзи Этвуд. Детектив вызвала на допрос Бэна Эртона. Бэн был последним, кто видел девушку, но толком ничего не рассказал. Детектив Марл опросила отца исчезнувшей. Мистер Этвуд был в гневе на Бэна. Он говорил, что Бэн виноват в пропаже дочери.
— Этот ублюдок, а больше я его никак не могу назвать, увлекается азартными играми. Дейзи его постоянно пыталась вытащить из клуба. Сколько он денег туда слил… Сливал, занимал и снова сливал. Он зависим, понимаете? Дейзи страдала от этого. Скорее всего он должен не только мне, но и серьезным людям. Они же помогают подсаживаться. Дают в долг, лишь бы человек продолжал играть, потом, если кто-то долг отдать не может, начинают выбивать его из клиента. Я уверен, что Дейзи пострадала из-за этого. Наверняка, был какой-то ей звонок, после которого моей доченьке пришлось уйти из квартиры. Она, бедняжка, наверняка, попала в ловушку. Ее могут убить из-за него…
Виолетта взяла телефон Дейзи, посмотрела входящие звонки и сообщила паникующему отцу.
— Последние звонки исходили от известных контактных номеров ее друзей, новых или подозрительных номеров я не заметила.
— Значит, кто-то добрался до квартиры этого чертова Бэна. Она открыла дверь и ушла с незнакомцем.
— Я обязательно проверю Вашу версию, — ответила детектив, пытаясь немного успокоить мистера Этвуда.
Глава 20. Маньяк
Бэн сидел за барной стойкой, склонив голову и пил из пивного бокала. К нему сзади подошел Даниэль и похлопал его по плечу.
— Ты как меня нашел? — грустно спросил Бэн.
— Ты всегда здесь. Брат, на тебе лица нет. Опять пьешь? — сочувствующе спросил Даниэль.
— А чего мне еще делать? Дейзи так и не появилась. Ее отец обвиняет меня в ее пропаже, — сокрушался Бэн.
— А ты к пропаже Дейзи не имеешь никакого дела? — Даниэль сел рядом на высокий барный стул.
— Может, ты имеешь к этому причастие? — вспылив, ответил Бэн.
Из показаний друга Даниэля Блера, во время исчезновения Дейзи Этвуд, он находился у себя в мастерской, и это могла подтвердить его подруга Амелия. Детектив Марл вызвала на допрос Амелию Фултон. Марл сомневалась в показаниях и Даниэля и Амелии. Кроме них самих, больше свидетелей не было, которые могли бы подтвердить, что они не выходили ночью из мастерской, и не приходили на адрес к Бэну.
— Да, я напилась, — резко отвечала Амелия. — Да, я накинулась на Дейзи. Потому что они меня выбесили. Но приходить к ним
