Первый удар они нанесли по экономике. Два главных американских зарубежных агентства, занимающихся помощью, Экспортно-импортный банк США и Агентство США по международному развитию, поступили в соответствии с указаниями Совета национальной безопасности и объявили, что больше не имеют дела с Чили.
Затем представителю Штатов в Межамериканском банке развития было поручено не пропускать запросы о кредитах для чилийской стороны. Когда президент банка возмутился, чиновники попросту вынудили его уйти в отставку. Новый президент банка понизил рейтинг кредитоспособности Чили с отметки «B» до «D». Частные банки последовали примеру, а Экспортно-импортный банк, сославшись на рейтинг страны, отозвал запланированный кредит в двадцать один миллион долларов для покупки новых «Боингов» для чилийских государственных авиалиний. Представитель США во Всемирном банке сумел приостановить кредит в еще двадцать один миллион долларов для улучшения поголовья скота и объявил, что Штаты не позволят Всемирному банку давать Чили новые кредиты. Такое жесткое ограничение помощи и кредитов Чили стало известно как «невидимая блокада», несмотря на свою относительную прямолинейность. Конечно, США, как и любая страна, имели право распределять помощь по собственному усмотрению. Однако не вся кампания Штатов против Альенде была столь открыта. В период между 1970-м и 1973 годом ЦРУ провело в Чили широкий спектр тайных операций. Историк и архивовед Питер Корнблю составил их список:
«Оппозиционные партии, а также схожие организации получили более трех с половиной миллионов долларов… Офицеры ЦРУ провели пропагандистскую кампанию стоимостью два миллиона долларов, сосредоточившись на крупнейшем издании Чили, „El Mercurio“. Еще полтора миллиона получили предпринимательские, профсоюзные и военизированные организации для проведения протестов, демонстраций и насильственных действий против администрации Альенде».
Вскоре после инаугурации Альенде большинство ведущих американских компаний, действующих в Чили, включая «ITT», «Kennecott», «Anaconda», «Firestone Tire & Rubber», «Bethlehem Steel», «Charles Pfizer», «W. R. Grace», «Bank of America», «Ralston Purina» и «Dow Chemical», сформировали чилийский специальный комитет. Его целью была, согласно меморандуму, составленному после первого собрания, работа с чиновниками Вашингтона, которые «занимались решением чилийского вопроса». На протяжении нескольких месяцев комитет запустил собственную кампанию по дестабилизации экономики страны, включая закрытие офисов, задержку выплат и поставок, а также отказы в кредитах. Кампания оказалась столь эффективна, что за два года треть чилийских автобусов и двадцать процентов такси были сняты с эксплуатации из-за отсутствия запчастей.
Одиннадцатого июля 1971 года чилийский конгресс провел заседание, на котором единодушно принял поправку в конституцию о национализации компаний «Kennecott», «Anaconda» и чуть меньшей по масштабу «Cerro Mining Corporation». Альенде объявил эту дату Днем национального достоинства и, чтобы отметить его впервые, отправился к Эль-Теньенте. Он произнес триумфальную речь перед радостной толпой горняков и обвинил компании в безнравственно высоких заработках в Чили, в то время как множество чилийцев живут в бедности. Альенде не оставил компаниям надежд на возмещение убытков: «Мы заплатим по справедливости», – пообещал он.
Позже Альенде заявил, что считает законными только двенадцать процентов годового дохода, а то, что свыше, – излишек. По этим меркам компания «Cerro», которая занималась добычей в Чили едва ли год и еще не успела получить доход, была невиновна. Компания получила четырнадцать миллионов долларов компенсации. С «Kennecott» и «Anaconda» ситуация обстояла иначе. Согласно расчетам Альенде, за последние пятнадцать лет они получили сверхприбыль в размере семьсот семьдесят четыре миллиона долларов. Альенде велел ревизору высчитать компенсацию, однако выяснилось, что эта сумма превышала учетную стоимость рудников и оборудования компаний, поэтому те не получили ни цента.
«Раньше мы имели их, – сокрушался один из юристов „Anaconda“. – Теперь они поимели нас».
Вскоре после этого знакового шага правительство Альенде предприняло еще один: взяло на себя управление «Compania de Telefonos de Chile», принадлежавшей «ITT». Два дня спустя вице-президент компании по связям с Вашингтоном Уильям Мерриам отправил в Белый дом список из восемнадцати пунктов, согласно которому Альенде не должен был «продержаться еще полгода». Мерриам с уверенностью предсказывал, что, если США предпримут предложенные меры, Чили погрязнет в экономическом хаосе.
В то время как Альенде противостоял американской кампании, на него давили и группы рабочих и крестьян, в которых он помог пробудить революционные настроения. Речи Альенде заставили их мечтать о новом общественном строе, больших зарплатах, лучших домах и прочих благах. Эти группы, как и воинствующие сторонники левацких взглядов, настойчиво подталкивали Альенде к радикализму. Среди них были радикалы, принимавшие теорию Че Гевары: социальная справедливость воцарится в Латинской Америке лишь тогда, когда народ подавит традиционные правящие классы, применяя, в случае необходимости, насилие. Некоторые даже вступали в схватки с полицией или военизированными группировками правого толка. Другие нелегально вторгались на фермы и фабрики. Альенде раз за разом осуждал радикалов и высмеивал «инфантильные идеи», а также побуждал их обратить свою энергию не на революцию, а на «изменения в государственных институтах Чили». И все же, так как они были такими же левоцентристами, как и он сам, Альенде не хотел обращаться к жестким мерам. Поэтому некоторые чилийцы винили в их выходках именно президента.
Альенде, конечно, не мог удовлетворить желания своих самых радикальных сторонников, однако его уверенный марш по направлению к социализму пугал чилийцев и провоцировал раскол страны. Одновременно с этим США работали над многоуровневой кампанией против самого Альенде. Внутреннее и внешнее давление значительно усугубило ситуацию в Чили.
Кампания против Альенде продолжалась уже больше года, как вдруг ее секретность оказалась публично нарушена. Известный разоблачениями журналист вашингтонской газеты Джек Андерсон достал двадцать четыре доклада «ITT», которые в красках расписывали то, что Андерсон назвал «заговором компании, чтобы остановить избрание левоцентристского президента Чили, Сальвадора Альенде, на выборах 1970 года». В документах говорилось о миллионе долларов, которые предложили ЦРУ для того, чтобы не допустить Альенде к власти; о регулярных контактах с ЦРУ, Советом национальной безопасности и Госдепартаментом; о множестве попыток «оказать давление на Альенде, подтолкнуть Чили к „экономическому краху“ и вызвать „внутренний кризис, который повлечет за собой военное вмешательство“».
«Никто и подумать не посмеет, что мы хоть полцента заплатим этой международной компании, которая едва не вызвала в Чили гражданскую войну», – заявил Альенде после того, как документы появились в прессе.
Многие американцы были в равной степени возмущены. «Как могло произойти – если это действительно так, – что в 1970 году американский президент рассматривал возможность подобных действий?» – интересовался автор статьи в «Washington Post».
Никсон и его помощники старались преуменьшить значение документов «ITT», однако скандал не утих. Сенатский комитет по международным отношениям создал подкомиссию для слушаний дела. В окончательном отчете подкомиссия осуждала политику Альенде в связи с национализацией, но высказывалась еще жестче о компании «ITT»:
«Компания стремилась втянуть ЦРУ в тайный план по манипуляциям с результатами чилийских президентских выборов. Таким образом, компания переступила черту приемлемого корпоративного поведения. Если действия компании, связанные с вербовкой агентов ЦРУ для своих целей в отношении Чили, счесть естественными и допустимыми, ни одна страна не потерпит присутствие международных корпораций на своей территории».
К концу 1972 года политика Альенде, ведущая к расколу, и американская кампания по дестабилизации страны привели Чили к серьезному кризису. Народные волнения на улицах участились настолько, что Альенде был вынужден сместить с поста начальника полиции и министра внутренних дел. Владельцы магазинов и водители грузовиков устраивали длительные забастовки. Страна страдала от недостатка продуктов. В нескольких городах временно ввели чрезвычайное положение. В связи с этим Альенде прибыл в Нью-Йорк, чтобы обратиться к ООН.
Двадцать один год назад иранский премьер-министр Мохаммед Мосаддык искал помощи у ООН из-за зарубежной корпорации, что контролировала основной ресурс его страны. Альенде оказался в похожей ситуации. Чили точно так же пала жертвой собственных ресурсов. Богатства страны попали в руки зарубежных корпораций, а когда местные жители попытались вернуть свое, на них обрушилась мощь сверхдержавы.
