за что можно ухватиться, когда он начинает двигаться внутри меня, притягивая мои бедра вниз, чтобы встретить каждый из его жестоких толчков.
Опускаю ладонь на окно, холодное стекло на мгновение охлаждает мою разгоряченную кожу.
— Когда ты научишься делать то, что тебе, блядь, говорят? — выплевывает он, продолжая жестко трахать меня.
Его волосы упали на лоб, кожа покраснела от напряжения, губы скривились, как будто ему больно.
— Черт, — говорю я в спешке, пытаясь ухватиться за грани реальности, которые быстро ускользают, пока он внутри меня. — Ты в порядке? Тебе же нельзя…
— Заткнись, Принцесса, — рычит он, и мои губы тут же захлопываются.
Я смотрю на него, подняв брови.
«Знаешь что, я надеюсь, что тебе действительно чертовски больно».
Его ухмылка говорит мне, что он точно знает, о чем я думаю.
Его пальцы сжимаются, и я опускаюсь на него все ниже, гарантируя, что каждый раз его член попадает в ту волшебную точку глубоко внутри меня.
Мое тело горит, нервные окончания покалывают, готовые к разрядке, которая находится на расстоянии прикосновения.
Кейн знает, что я близко. Мы уже достаточно долго играли в эту игру, чтобы он знал мои сигналы. Запустив руку мне под рубашку, он стягивает чашечку моего лифчика вниз и сжимает мой сосок, пока тот не начинает гореть от боли.
— У меня есть миллион причин, по которым я не должен позволять тебе кончить, Принцесса, — предупреждает он. — Как насчет того, чтобы сказать мне, почему должен позволить?
Я смотрю на него. На напряженные мышцы на его шее. Пробегаю взглядом по его груди и прессу, чертовски желая, чтобы на нем не было рубашки, чтобы я могла увидеть мышцы, сжимающиеся там, когда он входит в меня.
Взглядом снова нахожу его глаза. Темнота его гнева и желания почти полностью поглотила синеву. Осознание того, что именно я вызываю у него такую реакцию, заставляет меня почувствовать себя гребаной богиней.
— П-потому что ты этого хочешь?
— Черт, Летти. — Кейн ладонью хлопает по окну с такой силой, что я испускаю испуганный крик, прежде чем хватает меня за бедра, чтобы переместить меня именно туда, куда он хочет.
— Давай, Принцесса. Кончай на мой гребаный член.
Он снова врезается в меня, и я откидываю голову назад, когда меня охватывает удовольствие. Мое тело содрогается, когда волна за волной удовольствие обрушивается на меня снова и снова.
Жесткие движения Кейна и хватка на моем теле не ослабевают, пока его член не набухает еще больше, растягивая меня немного шире, а затем он падает через край. Вид его и ощущение его члена, дергающегося внутри меня, заставляют меня кончить во второй раз еще до того, как первый оргазм утих.
Не в силах удержаться, я падаю ему на грудь, пытаясь восстановить контроль над дыханием.
Его член смягчается внутри меня, но недостаточно, чтобы выскользнуть, когда я отталкиваюсь от его тела и сажусь.
Стон вырывается из его горла при моем движении, и когда смотрю ему в лицо, вижу, что его веки плотно сжаты.
— Я должен перегнуть тебя через капот машины и обращаться с тобой так, как ты того заслуживаешь, — цедит он сквозь зубы.
— Потому что трахнуть меня на переднем сиденье было недостаточно? — спрашиваю я веселым тоном.
— Мне никогда не будет достаточно, — бормочет он, и у него перехватывает дыхание, как будто парень на самом деле не собирался произносить эти слова вслух.
Не желая даже признавать, что он имеет в виду под этим заявлением, я начинаю слезать с него.
Его руки скользят по моим бедрам, пальцы сжимаются на несколько секунд, но, в конце концов, Кейн отпускает меня и позволяет мне упасть на пассажирское сиденье.
— Нам пора возвращаться. — Мой голос ровный, лишенный каких-либо эмоций, когда я возвращаюсь на свое место и пытаюсь поправить одежду. Мои бедра болят, и доказательство того, что он только что кончил в меня без гребаного презерватива, дает о себе знать.
Мое сердце продолжает бешено колотиться, но я отказываюсь впускать мысли о прошлом в свою голову.
Чувствуя себя голой в короткой юбке и без трусиков, я неохотно смотрю на него, когда Кейн приводит себя в порядок, и не упускаю вспышку красного кружева, которое торчит из его кармана.
— Ты серьезно? — выпаливаю я, не сводя глаз со своих трусиков.
Парень мрачно усмехается, но ничего не говорит, когда садится прямо и немного опускает окно, позволяя свежему лесному воздуху смешаться с запахом секса, который наполняет машину.
Моя кожа горит, когда я вспоминаю, что только что произошло.
Подняв руки, провожу пальцами по волосам, чтобы пригладить их, и пытаюсь найти хоть какое-то спокойствие во всем этом хаосе.
Сердитый взгляд Кейна обжигает мне лицо, но он не делает никаких попыток увести нас отсюда.
— Мы можем ехать, пожалуйста?
— Ты всегда хотела сбежать от меня, Принцесса.
— И ты удивляешься почему? — бормочу я, более чем готовая оставить весь этот вечер позади.
— Вот, — говорит он, передавая мне свой телефон. — Закажи своему отцу ужин.
Я смотрю на телефон и хмурюсь.
— Я сама могу это сделать, — огрызаюсь я, протягивая руку за сумочкой, чертовски надеясь, что там есть чертова салфетка, потому что… фу.
— Закажи ему еду, Принцесса, — рычит Кейн, когда он бросает свой телефон мне на колени. Его грубый и глубокий голос вызывает во мне дрожь.
— Ладно.
Поднимаю его дрожащими руками и обнаруживаю, что Кейн оставил для меня открытое приложение. Прокручиваю страницу, пока не нахожу то, что, как я знаю, любит папа, а затем вбиваю его адрес.
— Готово. Держи. — Я бросаю телефон обратно так, как он сделал со мной, и не могу сдержать ухмылку, когда, очевидно, ударяю его по яйцам, и парень вздрагивает.
Он оглядывается, когда мы поворачиваем на главную дорогу, но ничего не говорит.
Я снова сворачиваюсь калачиком и не спускаю глаз с проносящихся мимо зданий, пока пейзаж не меняется, когда мы выезжаем из города.
— Мэддисон в той стороне, — говорю я, указывая на поворот, который он пропустил, чтобы наконец-то увезти нас из Харроу-Крик.
— Я в курсе, Принцесса.
— Но…
Он бросает на меня взгляд, который умело отсекает любые аргументы, которые могли сорваться с моих губ.
Понятия не имею, куда мы едем, сейчас мы в основном окружены лесом, но у меня такое
