юридическим лицом?
— ФБР. Мы собираемся просить ФБР войти в контакт с их немецкими коллегами. Или лучше сказать «ты», поскольку я буду в отъезде на следующей неделе.
Теперь на меня свалилась еще и обязанность заставить ФБР звонить в Германию и просить их открыть расследование. Еще одна удобная возможность для них сказать «пошел ты куда подальше, малый». Я направил сообщение для Майка Гиббонса в Александрию. Спустя десять минут Майк позвонил мне из Колорадо.
— Привет, Клифф. Надеюсь, что нибудь важное.
— Извини за беспокойство, но немецкому прокурору нужно поговорить с кем-то из ФБР. Мы проследили наши неприятности до Ганновера.
— Ну, сегодня вечером я ничего не могу сделать, — сказал Майк. — У меня нет здесь никакой документации.
Теоретически представитель ФБР в Германии должен был бы войти в контакт со своим немецким коллегой и продвинуть там эти дела. Майк сказал, что этот парень, юридический атташе США, находится в Бонне и наладил связи между нашими двумя странами. В том смысле, что он представляет ФБР в Германии.
На следующий день Майк прошарил насквозь все уголовное законодательство. «Оно накрывает акт компьютерного мошенничества. Откройте его и закройте дело».
— Но этот парень, видимо, никогда не ступал на землю Штатов, — заметил я. — Как вы можете арестовать кого-то в другой стране?
— Ну, он возможно не будет выдан по месту совершения преступления. Но мы можем его в немецкую тюрьму, если законодательство Германии близко к нашему.
— Какова вероятность того, что ФБР бросит все это дело?
— Ни в коем случае, пока от меня что-то зависит и если я смогу в чем то помочь, — сказал Майк.
Я все еще не верил ему.
— Есть ли еще что нибудь, что я мог бы здесь сделать?
— Думаю, что есть. Не можешь ли ты написать краткую характеристику хакера? Понимаешь, обрисовать его контуры и сказать нам, кого же мы ищем. Как он проявляет себя, в чем он специалист, его чувствительные места. Не надо строить догадки, а попытайся опознать этого мужика.
Это была полезная задумка, чтобы заставить меня не докучать Майку несколько дней. Я прочесал весь мой журнал и собрал всю информацию, характеризующую хакера. Сбор этой информации должен был удержать меня в стороне от неприятностей в течение нескольких дней. Но неприятности появились с другой стороны. Кто-то из АНБ проболтался о моих исследованиях в Министерстве Энергетики. Рой Керт остановил меня: «Министерство Энергетики собирается сделать выговор нам за то, что мы им ничего не рассказали».
— Но мы им говорили, — возразил я. — Это записано в моем журнале.
Рой захотел посмотреть его. Поэтому мы прогулялись до моего Макинтоша и вывели журнал. Совершенно четко, 12 ноября в моем журнале было записано, что я информировал Министерство Энергетики. Я написал короткое резюме нашего разговора и даже включил в него номер телефона. Министерство Энергетики не могло жаловаться — мы имели доказательства, что информировали его.
Тридцатого декабря около 5 часов утра меня разбудил сигнал моего биппера. Я позвонил Стиву домой. Он не обрадовался.
— Хакер появился.
— А-а-а, я как раз видел сон. Ты уверен, что это он?
Его британский акцент не мог скрыть раздражения.
— Я не уверен, но выясню это через минуту.
— Окей, я запускаю трассировку.
Стив повесил трубку в полном восторге.
Из дома я набрал номер моего компьютера ЮНИКС. Черт возьми. Нет хакера. Ложную тревогу вызвали электрики, подложившие мне свинью, выключив ближайший компьютер. Я снова позвонил Стиву, чувствуя себя полным идиотом.
— Ложная тревога. Виноват.
— Нет проблем. Может быть, в следующий раз. Пока?
Все-таки хороший он парень. Если бы кто-то поднял меня с кровати для ловли фантома в компьютере… Хорошо, что только Стив знает про ложную тревогу. Что стало бы, если бы я поднял шум по всей Германии или в ФБР? С сегодняшнего дня я должен делать двойную проверку.
Глава 36
Канун Нового Года мы проводили, сидя около камина с друзьями, взбивая гоголь-моголь и слушая, как взрывают увеселительные бомбы на улице.
— Эй, — сказала Марта, — нам бы лучше начать двигать, если мы собираемся сделать это до Нового Года.
Казалось, что все население Сан-Франциско вышло на улицы для встречи нового, 1987 года. Было все — музыка, танцы, театр, смех и грех в дюжине мест, соединенных снующими по всему городу троллейбусами.
Мы всемером взгромоздились в Вольво, следовавший в Сан-Франциско, и тут же затерялись в потоке машин, пойманные в западню грубой уличной свалки с пробками и заторами. Вместо того, чтобы гудеть в автомобильные сирены, народ призывно дул в рога из окон автомобилей. Наконец, мы добрались до ярко освещенной улицы, припарковали машину и направились на концерт фламенко. Мы нашли дорогу в район Мишшн — в латинской части города — и обнаружили небольшую католическую церковь с нетерпеливой публикой. Глупейшая физиономия, выглянувшая из-за занавески объяснила: «Неполадки с освещением, поэтому мы задерживаем представление». Среди всеобщего свиста Марта встала и протолкнула меня вперед. Я все еще имел лицензию электрика, а она выполняла техническую работу для многих любительских представлений. Мы пробрались за кулисы. Танцоры фламенко в своих сверкающих костюмах курили и двигались по темной сцене как тигры в клетке, постукивая ногами и бросая на нас подозрительные взгляды. Марта приступила к распутыванию лабиринта проводов, разбросанных за кулисами, а я тем временем искал перегоревший предохранитель. Быстрая замена предохранителей и, о чудо, свет на сцене зажегся. Танцоры громко зааплодировали. После того, как Марта аккуратно свернула кольцом последний кабель и поправила щит освещения, ведущий потащил нас на сцену, чтобы поблагодарить. Удрав в зал, мы насладились танцем фламенко и пением фаро. Хмурые нервные создания, которые мы видели на темной сцене, превратились в светлых эльфов, кружащихся в вихре танца.
После концерта мы вывалились наружу и обнаружили маршрутный автобус, управляемый суровой пожилой дамой. Она играючи вела автобус по переполненным улицам, и вскоре мы оказались рядом с Домом женщин на Восемнадцатой улице. Тут члены ордена Стена Цветов танцевали и рассказывали истории о феминизме и социальном протесте. Один из танцев был посвящен Ву-Шу, легендарной китайской обезьянке, которая нанесла поражение жадным завоевателям и отдала землю обратно людям. Сидя на балконе, я думал о политически правильных обезьянках — был бы я пешкой в руках завоевателей. Или я был бы умной обезьянкой на стороне людей. Я не мог этого сказать. Поэтому я забыл про хакера и наслаждался танцем.
Наконец, мы совершенно запыхались, танцуя в бешеном темпе под ритм и мелодию оркестра с ведущей певицей Максин Говард, известнейшей исполнительницей блюзов и
