— Я опять сделал что-то не то? — его голос был наполнен удивлением, которое поразило до глубины души.
Гронский с волнением переводил взгляд с подарка на меня, пытаясь связать моё недовольство и огромного плюшевого медведя.
— Мне очень приятно, что ты осуществил одну из задумок моего фанфика, Люк. Но писала я их очень давно и с тех пор я на многое поменяла взгляд, и мне…
— Опять не нравится, что я тебя покупаю… Извини тогда, я думал, тебе нравятся романтичные вещи, — закончил по-своему Люк.
Я его вновь обняла, не представляя, как расстанусь с ним после признания хоть на час. И пусть говорят, что в отношениях рано или поздно наступает момент, когда ты перенасыщаешься своим партнёром, и для тебя его становится слишком много, мне было всё равно. Гронский был моим солнцем, моим раем, который я никогда больше не отпущу. И я даже не знала, что было сейчас приятнее: его слова, которые я так ждала, или желание сделать меня счастливой.
— Ты очень внимательный, спасибо. Мне нравятся не вещи, мне нравишься ты Люк, безумно. И не один медведь, ни один абонемент или какой другой подарок тебя мне не заменит.
— Приятно слышать, — смягчился Гронский, и, кажется, выдохнул.
— Сейчас между нами большая разница, начиная от возраста и поколений, заканчивая взглядами и привычками. Но клянусь, Люк Гронский, с каждым днём я буду тянуться к тебе ближе, что бы ты никогда не пожалел о своём решении.
— Малышка, это работа для двоих, так что я постараюсь не меньше. Может, начнём с воспоминаний общих, не дружеских посиделок, а свидания?
— Ты приглашаешь меня на свидание?! — я не сдержалась, и приложила руки к губам, что бы заглушить свой восторг. Весь подъезд теперь точно знает о моих ближайших планах. — А когда?
— Как насчёт первого числа во второй половине дня?
Я так активно закивала, что моя шея хрустнула и в глазах резко потемнело. Люк засмеялся, а потом стал гладить по голове, как маленького ребёнка.
— Не убейся до того времени, ладно?
— Постараюсь, — улыбнулась я ему и потянулась за прощальным поцелуем.
Но вместо горячего сплетения наших губ получила невинный «чмок» в нос.
— Беги домой, малышка, и захвати медведя.
— И что я родителям скажу, ты не подумал? — стала бурчать я, пока высовывала эту здоровую плюшевую игрушку с цветами из багажника.
— Скажи, что благодарный клиент, — пожал он плечами, словно мне действительно кто-то из прихожих в салон мог такое подарить.
Попрощавшись, я забежала в подъезд под взглядом Люка, как будто меня кто-то мог похитить с крыльца собственного дома.
Добравшись до квартиры, я впихнула Люка младшего впереди себя, и еще полчаса доказывала родителям, что его мне подарила Кейт, которая вдруг бросилась ко мне домой сломя голову на ночь глядя тридцатого декабря.
Сделав вид, что поверили мне, всё еще подозрительно на меня смотрели троя: мама, папа и Ларсик, который точно уловил знакомый запах.
— Будь благодарен, кошак, что он тебя не кастрировал, — шикнула я на кота, что сопроводил меня с Люком младшим в комнату и всё еще подозрительно присматривался к медведю.
Теперь сердечки на моём календаре продлились еще на неделю, потому что думая о Гронском, я не могла перестать их рисовать. Я даже забыла про новогодний чизкейк, да и не только про него. В реальность меня вернули руки, которые стало покалывать после мороза. Сколько же мы простояли под подъездом?
Почти час… Не удивительно, что родители на меня так подозрительно смотрели. Но будут ли они готовы к такой новости, как мои отношения с парнем, что старше меня и даже не на пару годиков?
Но как оказалось позже, они так ни разу и не затронули об этом тему, и я решила быть с ними солидарной. Рано было еще о чём-то рассказывать, ведь я так и не сходила еще с ним на свидание.
Когда я уже легла под одеяло, закончив свою новогоднюю сладость и приняв на ночь душ, только тогда вспомнила про подарок, что остался в кармане пуховика. Взяв синюю коробочку, я с волнением её открыла и меня на секунду ослепила встроенная подсветка, что отразилась от украшения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Внутри оказался золотой браслет в виде стрелы, свёрнутый в кольцо, которое регулировалось по диаметру в зависимости от его зажима. К его наконечнику, что был украшен россыпью прозрачных блестящих осколков, которые пленительно переливались под светом, была примотана маленькая записка.
«Вытащил одну из сердца для тебя, ведь Амур всадил уже с десяток таких в моё сердце с тех пор, как я впервые тебя увидел…»
Надев браслет, я почувствовала приятный холод от металла и колотящееся сердце в груди.
«Даже если Амур захочет вернуть свои стрелы обратно, эту я буду защищать ценой жизни. Оно очень красивое, большое спасибо!»
Прикрепив фото своего запястья, я отправила сообщение Люку и счастливая уснула.
***
— А куда мы пойдём? — промурлыкала я в трубку
— Секрет, — в загадочном тоне получила я ответ.
— Но так я не смогу определиться, какой свитер мне надеть, и тебе придётся прождать на морозе еще полчаса.
— Бог ты мой, Нюша, хватай что потеплее и скорее уже спускайся, я не чувствую ног.
Рассмеявшись, я повесила трубку и натянула белый свободный свитер из толстой пряжи, и стала собирать волосы. Знаю, я была ужасной девушкой. Это было моё первое свидание с человеком, от которого я без ума, а я уже опаздывала на пятнадцать минут. Но кто же знал, что фен в нашем доме тоже сломался, а всё после того, как мой папа решил быстрее разморозить им морозильную камеру.
Иногда казалось, что он был генератором каких-то глупых идей. И тут вот мне вспомнилась одна интересная вещь: девушки выбирают себе парней, похожих на их отцов. Мне стало интересно, Люк тоже в своём мозгу какие-то дикие комбинации проводит, от которых у меня будут в старости волосы дыбом становиться? В том, что у нас она будет совместная, я ничуть не сомневалась, так просто этого старика-извращенца отпускать я точно не собиралась.
Попрощавшись с родителями, что шли к знакомым для продолжения новогоднего банкета, я быстрее побежала вниз по лестнице, и уже через пару секунд попала в объятия Люка.
— Извини, что пришлось ждать, я…
Мне не даль объяснить всё, просто поцеловали, заставив забыть про что-либо и кого-либо. Только Люк и Я, на этот вечер точно.
Взявшись за руки, мы молча пошли в направлении, которое знал один Гронский.
— Я соскучилась, — тихо и смущённо прошептала я.
Было трудно говорить такие тёплые слова человеку, с которым ты привык только шутить, чтобы не раскрыть свои чувства. Но сейчас перед Люком я была словно без одежды, ведь мы всё уже сказали друг другу, и наконец-то решили попробовать.
— Мы проболтали с тобой на новый год два часа по телефону, и тебе было мало? — он был весел.
И его хорошее настроение согревало меня лучше всякого солнца.
— Привыкай.
Показа ему язык, как маленький ребёнок, за что получила снежок в голову. Когда он только успел его слепить?
Пока мы шли, много раз успели опрокинуть друг друга в снег, о чём-то душевно поговорить, снова начать драться, а потом взяться за руки и идти, как ни в чём не бывало.
— Ню, помнишь нашу первую встречу?
Услышав для себя новое прозвище, которое показалось слишком милым даже для меня, я не сразу даже поняла сути разговора. Моё сердце вновь отбивало чечётку где-то в области висков, перекрывая нормальный слух.
— С тобой всё хорошо?
Люк забеспокоился моментально, и такая его внимательность меня еще больше только подкупала.
— Не будь таким идеальным, пожалуйста, — простонала я.
Гронский рассмеялся и вновь сжал мою ладонь, продолжая вести меня в район главной площади, где всегда ставили огромную ёлку, заливали каток и устанавливали много фотозон, для пополнения альбома.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Конечно, помню, — вернулась я к теме разговора, — как же я могла забыть, как ты с первой же секунды стал выводить меня из себя.
— Минуточку, ты же сказала только что, что я идеальный? — и вновь искренне удивление, как у ребёнка. Он со мной игрался как с маленькой, и я надулась.
