строго как мгновенные ваншоты для любого фанатика - не очень оно мне было понятно, странная избирательность.
Замечу, что классическое для большинства ролевых игрушек понятие критического попадания, которое основано на шансах, в здешнем игровом первоисточнике отсутствует. Не было такой механики, но зато была хорошо проработанная и более подходящая симуляции с полным погружением система уязвимых мест, куда можно с дополнительными множителями входящего урона засаживать и клинки, и болты, и пульки, и даже магические снаряды...
Наконец, налюбовавшись всеми изменениями у себя в системном статусе, я со все никак не желавшей спадать с лица улыбкой адреналинового наркомана-маньяка обратился к инвентарю - выудил оттуда все три найденные на трупах кожаных бурдюка для питьевой воды. Туда можно было заливать и вино, и соки, и все, что вообще в голову взбредет - была бы желаемая жидкость. В игре можно было даже подножный снег или вообще льда туда натолкать, что мгновенно преобразовывались в питьевую воду - именно эта функция меня и интересовала.
Быстрым шагом, не желая сильно задерживать старину Земория на этом свете, я направился прочь с плато. Не сильно далеко - добравшись до лестницы я лишь на пару ступенек вниз сошел, склонившись к ближайшим сугробам с кристально чистым снежком. Зачерпывая горсти одну за другой и не сильно их утрамбовывая, я наталкивал белой субстанцией первый бурдюк. К сожалению, мгновенная конверсия снега в обычную питьевую воду внутри системного предмета не происходила - я даже, еще не закончив наполнение, пробовал поместить его временно в инвентарь. Увы, не срабатывало - придется по старинке прятать его себе куда-то под пальто и там отогревать содержимое. Это первое, что пришло мне в голову из способов быстрой добычи воды, которой очень уж хотелось напиться после...
Я резко поднял голову, навострив уши.
- М-мать, блядь... - забормотал я, в спешке пряча бурдюки обратно в инвентарь системы. - Зачем так тянул...
Через все тело вот буквально только что прошла первая волна вибрации от неожиданно мощного рокота сердцебиения - то был первый удар. А затем еще и еще, раз за разом они будоражили мне нутро и сотрясали, кажется, даже саму каменную лестницу. Застучав каблуками сапог по ступеням я поспешил наверх, со всей возможной дури припустив в сторону широко расставившего руки босса гнилых фанатиков. Это выглядело как финальный аккорд ритуала - я уже крепко пожалел, что не закончил со всем и сразу. Пора расплачиваться за свое скудоумие и веру в то, что все опять пойдет точно таким же образом, как и в обучающем прологе. Хотя ведь уже убедился, что ни разу тут все не так, как там, куча же нестыковок...
Прямо на ходу, не сбавляя темпа, я заталкивал в патронник ружья дробовые заряды - и разрядился в сторону Земория сначала одним, что оказалось безуспешно, а затем и вторым, и третьим. Ему явственно посекло одежду, ранило какие-то из конечностей и даже отстегнуло пару пальцев дробинками - я это видел, но ничего не изменилось. Зарядил четвертый - и не преминул выстрелить, продолжая сближаться. Шарики дроби рвали балахон, плоть и мощно встряхивали явно торжествующего культиста, но представление не заканчивалось. Отчаявшись, я рухнул на колени и резко дернул затвор, вытряхивая на камни было засунутый в оружие очередной заряд дроби. Попробуем по-другому, пока чего-то дурное не стряслось.
Я только-только парой мысленных команд распечатал в системном инвентаре свежую коробку пулевых зарядов, как совсем рядом, буквально за левым от меня плечом грянул разрыв. Почти не укрытую голову и, местами, шею посекло разлетевшейся во все стороны шрапнелью кристаллических осколков. Я очухаться не успел и даже с локтя подняться, опрокинутый силой того взрыва, как сразу за первым последовали другие - с малыми интервалами начали натурально лопаться все кристаллические друзы на плато. Даже те из них, что были основательно повреждены в ходе недавней моей зарубы с фанатиками.
Тяжело дыша, я в полном ошеломлении уставился в ставшее таким трудноразличимым небо - я словно оказался в калейдоскопе из одних лишь багряных оттенков. Наверное, все взметнувшиеся ввысь осколки детонировавших кристаллов остались там - левитировали на самых разных высотах, паря там от мала и до велика, вообще невесть чем поддерживаемые. Лишь чуть покручивались вокруг своей оси во всем многообразии геометрических форм, играя миллиардами взаимно отражающихся бликов, происходивших как друг от дружки, так и от ныне ставшего невидимым мне светила. Его лучи не могли напрямую пробиться до залитой кровью и гнилью поверхности плато - до того много кристаллических блестяшек скопилось над площадкой.
Опомнившись, я пришел в себя после этой секундной заминки - рывком вернул телу прежнее положение, усаживаясь обратно на жопу и подтягивая к себе оброненное рядом ружье. Пока шевелился, чувствовал, как по груди и животу расползается ощущение чего-то мокрого, липкого, тянущегося вниз малой струйкой - первый разорвавшийся совсем близко кристалл своими осколками, похоже, разорвал мне лицо и неприкрытую шею. Но сейчас не до этого, да и система молчит, не ругается пока на эффекты кровотечения...
Получен эффект: «Малая дезориентация»
Продолжительность: 8 сек.
Несколько раз подряд я ронял нужный мне патрон, попросту не сумевши затолкнуть его в механизм оружия дрожавшими руками. Все усложнялось могучими спазмами сердцебиения, происходившего от внезапно разросшейся вдвое или даже втрое груды плоти и костей. Меня не просто тошнило от мощи этой пульсации, грозя вывернуть наизнанку - хуже.
Содрогался сам окружавший меня мир - и это уже не метафора, не личные впечатления, это были вибрации, что сдвоенной дробью ритмичных ударов прокатывались по вершине горного хребта. Со звучным позвякиванием скатывались в желоба с бурлившей там кровью отработанные гильзы и подскакивали на камнях брошенные мной за ненадобностью системные кинжалы фанатиков. Мельком я заметил и странную картину - как тонкими жгутиками тянутся в стороны потревоженные незримой силой лужицы крови, обильно натекшие из тел убитых мною служителей Скверны. И тянутся они совсем не в случайные, подвластные лишь теории хаоса стороны. Каждая струйка стремилась сблизиться с той огромной массой явно живой, мерзко пульсирующей
