картинка не изменилась, и артефактор стоял в пару метров от нее, барабаня пальцами по столу. Жаль, что чашка разбилась, потому что виски пришелся бы невероятно кстати.
— Я… Ты… — Роланд не мог подобрать нужные слова и выразить то, что терзало душу. Он обошел стол, пытаясь взять контроль над ситуацией, но все изменилось, когда она вошла в его кабинет. Мужчина отчаянно боролся и противостоял вспыхнувшим чувствам, но сдался во власть небесно-голубым глазам Реи, очаровавшим его, казалось, с самого начала. — Я постоянно думаю о тебе.
Сказанное даже на самую малую часть не передавало того, что он испытывал к ней, но и это признание далось ему невероятно тяжело. Призраки прошлого еще стояли за его спиной, но Роланд смог собрать волю в кулак и начать забывать о них. Только Рея удивленно и с опаской слушала его, словно ждала подвоха, и мужчина винил себя за то, как жестоко обошелся с ней, когда она решилась открыться и объясниться в любви. Он напрасно надеялся, что сможет выбросить ее из головы, похоронить мысли о ней и вырезать ее из сердца, потому что она намертво поселилась в нем.
— Зачем вы говорите это? — Рея вжалась в кресло, потрясенно глядя на Ротманта.
Ее сердце, наполненное надеждой, забилось быстрее, когда Роланд подошел к ней и опустился рядом с креслом на колени. Он смотрел на нее снизу вверх, любуясь ее замешательством, и аккуратно взял девичью ладонь в свою, запечатлев легкий поцелуй на костяшках пальцев. Она не отвела руки и покраснела, и Ротмант решил, что это хороший знак.
— Потому что твои чувства взаимны, — ответил он тихо, отнимая губы от нежной кожи.
Рея резко втянула воздух, растерянно раскрывая манящие пухлые губы, и положила дрожащую ладонь на колючую щеку Роланда. Он не отстранился, не исчез, а довольно прикрыл глаза, наслаждаясь неожиданной лаской. Ее пальцы неуверенно поводили по коже — ей явно не хватало опыта, и Рея опустилась на ковер рядом с Ротмантом, вставая, как и он, на колени, и исступленно обнимая мужчину за плечи. Она спрятала лицо у основания его шеи и дала волю накопившимся слезам, а он успокаивающе гладил ее по спине, вдыхая аромат ее волос и чувствуя себя самым счастливым человеком на свете.
Они не заметили, как перебрались ближе к камину, когда часы пробили полночь. Роланд растянулся на ковре, оперевшись спиной на основание кресла, и ласково гладил по волосам Рею, которая примостилась рядом с ним и положила голову ему на бедра. Ее слезы высохли, но она все еще была задумчива и молчалива, и Ротмант не тревожил ее, смотря вместе с ней на огонь. Если бы он мог, то забрал бы всю ее боль себе, лишь бы она никогда не страдала и всегда улыбалась.
— У меня нет никого, ближе вас, — пробормотала Рея, закрывая глаза.
Тихое сопение донеслось до его ушей несколько минут спустя, и Роланд осторожно поднял спящую девушку, относя ее в свои покои. Она прижалась к нему всем телом, и, когда артефактор положил ее на свою большую кровать с балдахином и собрался уйти, Рея открыла глаза.
— Останьтесь, — ее глаза умоляли его, но принципы крепко сдерживали мужчину.
— Я не могу, Рея, — он покачал головой, борясь с наваждением.
— Я боюсь, что утром вы исчезнете, и это только сон, — призналась Рея, не отпуская мужскую руку.
— Не бойся, — он улыбнулся уголками губ. — Я буду за стеной на диване. Спи.
Он снова поцеловал тыльную сторону ее руки и, погасив свечи, удалился. Сон не шел к нему и, расположившись на диване, Роланд медленно пил виски из граненого стакана, думая о том, как сильно теперь изменится его жизнь, но в его душе впервые за много лет поселился покой. Он решил оставить мысли о преследователях Реи и о том, как сломает им шеи, до утра и тихо заглянул в спальню, чтобы убедиться, что девушка в порядке. Рея крепко спала, закутавшись в его одеяло, а Роланд не мог оторвать от нее взгляд, потому что ничего прекраснее в своей жизни не видел. Он простоял бы так до рассвета, если бы усталость все-таки не одолела его, и артефактор вернулся на диван, закрывая глаза и не позволяя тревожным мыслям снова поселиться в его голове.
Ему снилась Рея, притягательная и повзрослевшая, а рядом с ней стоял он с волнующей улыбкой на губах.
[1] khiit mar — «друг мой» на древнеарривийском.
Глава 10. Любовь
Она проснулась от шума воды, но не спешила открывать глаза. С мягким одеялом и теплой постелью не хотелось расставаться, поэтому Рея перевернулась на другой бок и сладко зевнула. Но, когда в нос ударил легкий мускусный аромат, она резко распахнула глаза, сонно осматриваясь по сторонам. Большая кровать с балдахином, шкаф с вещами, зеркало и стены красноречиво говорили, что это не спальня девочек курса. Рея радостно пискнула и тепло улыбнулась сама себе, счастливо утыкаясь в подушку, и шум воды, доносящийся, как ей показалось, из ванны прекратился.
Роланд вышел из душа посвежевшим и менее изможденным, на ходу застегивая черную рубашку. С его влажных волос капала вода на воротник, но он лишь откинул мокрые пряди назад, подходя к зеркалу. Рея притворилась, что спит, украдкой наблюдая за ним из-под одеяла и наслаждаясь открывшимся зрелищем. Черный цвет смотрелся на его коже безупречно, а рубашка и брюки идеально сидели на фигуре, подчеркивая все ее достоинства.
— Я знаю, что ты не спишь, — в его низком голосе отчетливо проступала усмешка.
Он красноречиво посмотрел на Рею через зеркало, высушив волосы одним щелчком пальцев и убирая их в низкий хвост. Девушка с разочарованным стоном откинула одеяло, посылая в Ротманта молнии, что только развеселило его.
— И что меня выдало? — спросила девушка, подтягиваясь к изголовью кровати.
— Твое дыхание сбилось, — ответил артефактор, застегивая манжеты и пряча несколько глубоких шрамов на предплечье.
Рея смущенно уставилась на свои сложенные руки, покрываясь краской и принимая поражение. Роланд нашел этот момент идеальным, чтобы сесть на край кровати рядом с девушкой и вдоволь насытиться ее замешательством. После сна она выглядела лучше, кожа приобрела здоровый оттенок,
