сами выбрали приют для волонтерства, — напомнил Барт.
— Если бы я не выбрала приют…
— То не пересекались бы с мистером Орестом так часто.
«Но почему я выбрала приют?».
Колинн показал мне огромный список из возможных вариантов. Выбор приюта был моей прихотью или воздействием мыслей игровой Шейлин?
— Мне все равно кажется, что он оказывает определенное… влияние на сюжет.
— Его поступки мешают вам идти к конечной цели? — поинтересовался Барт.
— Что?
Барт отложил книгу, встал и направился ко мне.
— Его отказ выбрать вас в качестве невесты, пусть и является неизменным фактом, но все-таки поспособствовал возможности сойтись с мистером Мэнсфилдом. К тому же, Элдан Орест отпугнул вашего бывшего. Даже, если в структуре новеллы произошли какие-то сбои, мистер Орест создает благоприятные условия для вас.
У меня не было аргументов, чтобы оспорить это заявление. И все же, внутри зарождалось странное чувство. Я не успела его озвучить, потому что в дверь постучали.
— Шейлин, я могу войти?
— Да!
Дженесса вошла в комнату с тарелкой кексов и кувшином с виноградным соком. Я почувствовала, как во рту скопилась слюна. Барт поприветствовал Дженессу коротким кивком головы и отошел немного в сторону.
— Не против, если я вас ненадолго потревожу? — спросила Дженесса, переводя взгляд с меня на Барта.
— Мы уже закончили, — сказала я, забирая из рук игровой мамы кувшин.
— Не буду вам мешать.
Дженесса дождалась, когда Барт уйдет из комнаты, и села на мягкий стул у книжного стеллажа.
— У тебя сегодня на вечер есть планы?
— Нет.
— Хорошо. — Дженесса налила в мой стакан сок и положила на маленькую тарелку два кекса. — К нам на ужин придут твои дядя с кузеном.
Старший брат Колинна и его сын. Томас и Люк, о которых Колинн говорил с Мариссой, когда я подслушала их разговор.
Я застыла с кексом у рта, вспоминая одну деталь.
— Их не было на помолвке.
— Они уезжали по делам 'Фиароса2. Твой отец дает Люку мелкие поручения, а Томас его везде сопровождает, чтобы потом ему было легче.
— Легче… управлять компанией?
Дженесса кивнула и начала говорить про меню, которое они с Мэгги подготовили для сегодняшнего ужина. Если бы я опустила взгляд вниз, то не увидела бы, как дрогнули уголки губ Дженессы, а взгляд на мгновение стал грустным. Перед ней пронеслись какие-то воспоминания, связанные с компанией Колинна, с Томасом и Люком и… со мной.
Так как мои дядя и кузен пропустили помолвку, Колинн попросил меня пригласить на ужин Блейна. Мой новоиспеченный жених согласился, чему я была рада. С Блейном в компании незнакомых людей я чувствовала себя комфортно. Марисса на ужин приехать не смогла, чему я была рада еще больше.
Мы стояли в главном холле, ожидая гостей, пока Колинн отдавал поручения сотрудникам дома. Я все еще не привыкла, что в доме и за его пределами, было так много людей, находящихся в подчинении всего одной семьи.
«О чем ты вообще? У тебя есть свой личный охранник».
— Спасибо, что согласился, — шепнула я Блейну, вставая на носочки. — Знаю, что новый статус не позволяет тебе отказаться.
— Я бы все равно приехал. По телефону ты казалась немного взволнованной.
Вот черт. А я так хотела звучать уверено. Блейн сказал, что ему самому интересно посмотреть на моих дядю и кузена, поэтому приглашение ничуть его не смутило. А еще он взял с меня обещание, что на следующей неделе к ним на ужин приду я, чтобы познакомиться со страшим братом и его женой.
Когда входные двери открылись и две мужские фигуры вошли в холл, я почти не нервничала. Колинн и Дженесса вышли вперед, приветствуя гостей. Пока мы с Блейном оставались немного позади, я воспользовалась случаем, чтобы рассмотреть новую родню.
Томас Фридман был точной копией Колинна, но легкие морщины и изобилие седых прядей, украшающих каштановые волосы, выдавали разницу в возрасте. Его плечи были такими же широкими, пронзительные карие глаза такими же внимательными, а губы как будто не знали, что такое широкая яркая улыбка. Он улыбался так, словно это была ограниченная эмоция, которую использовали только в исключительных случаях.
Люк казался младшей копией этих двух. Такой же высокий, с шевелюрой каштановых волос, немного темнее, чем у Колинна и Томаса, большими радостными глазами и тем, чего не было у его отца — широкой улыбкой. Кузен громко поприветствовал Колинна и Дженессу, а потом подскочил ко мне и заключил в медвежьи объятия.
— Я так рад видеть тебя, кузина. Кто бы мог подумать, что ты согласишься на помолвку и не дождешься меня. Я опечален, Шей. — Люк немного отстранился и посмотрел на рядом стоящего Блейна. — Это я так шучу.
— Я понял.
Люк и Блейн обменялись вежливыми улыбками и рукопожатием.
— Здравствуй, Шейлин.
Я перевела взгляд на массивную фигуру, которой был Томас Фридман и заставила свое тело двигаться.
— Здравствуй, дядя.
Он не был Колинном, поэтому я не дождалась от него ласкового приветствия или любого другого жеста, показывающего, что мы находились в теплых отношениях. Из них двоих я не почувствовала дискомфорта только от Люка. Его слова, поступки и прикосновения неосознанная возвращали мои мысли в совместное прошлое, наполненное приятными воспоминаниями.
— Давайте пройдем в столовую, — предложил Колинн.
Я, как всегда, шла позади, разглядывая остальных. Дурацкая привычка, которая появилась из-за моих настоящих родителей. Они говорили мне идти сзади, как бы показывая свое послушание.
— Твой дядя немного пугающий, — тихо сказал Блейн, когда мы последними зашли в столовую.
— Тоже заметил?
— Он всегда таким был?
— Да, — быстро ответила я, понимая, что уверенный ответ принадлежал вовсе не мне.
Накрыть на стол решили в столовой, где мы собирались семьей. Излишний официоз был неуместен, когда дело касалось родственников.
Эта деталь понравилась Томасу, который сразу обратил внимание на комфортную обстановку.
Блейн сел слева от меня, а Люк — справа. Кузен взял на себя обязанность ухаживать за мной во время ужина, заранее извинившись перед Блейном.
— Ты до сих пор не любишь креветки? — спросил Люк, накладывая мне на тарелку салат. — А виноградный сок обожаешь, ведь так? Я не вижу его на столе. Хочешь, я за ним схожу?
— Не стоит.
— Положить тебе мясо? Я выберу самый красивый кусок.
Я согласилась, дожидаясь, пока Люк соорудит на моей тарелке гору из еды и не успокоится. Джнесса наблюдала за этой картиной с улыбкой, а Колинн и Томас в это время принялись что-то обсуждать. Услышав слова «Фиарос», «акции» и «некомпетентные сотрудники», я поняла, что речь зашла о работе.
Внутри снова возникло странное волнение, а еще в этот
