наследство? Нанять дорогого адвоката? – подумал Яков и усмехнулся. – Этот мифический убийца, похоже, еще даже не догадывается, скольких наследников ему предстоит убрать!»
* * *
В голове Арбатова толпились предположения одно хлеще другого, и все бездоказательные. Это бесило, потому что он не мог сосредоточиться и продумать каждую из версий. Жиров при прощании распорядился проверить всю родословную Скрипак, начиная от родителей Лидии. В общих чертах Денис биографии членов семьи уже знал, но белые пятна, главное из которых – загадочное исчезновение главы семьи Ильи Скрипака, а вслед за ним и второй жены с его дочерью Тамарой, остались.
Денис любил загадки, где нужно было покопаться в прошлом, особенное удовольствие получая не от решения, а от самого процесса. Архивы, часто не оцифрованные, документы на пожелтевших типографских бланках, бумажные книги в библиотеках и встречи с теми, кто еще помнит годы, когда не было интернета – все это было сродни путешествию во времени. Жаль, что дел таких в его производстве за всю практику было только два. Одно Денис раскрыл быстро, преступника взяли легко: тот был абсолютно уверен, что совершил идеальное убийство, и спокойно продолжал работать учителем в школе. А второе дело осталось висяком: Арбатов часто возвращался к нему, начинал копать по собственной инициативе, но вновь утыкался в тупик.
Предполагая, что погибла Дина из-за вполне конкретных материальных благ в виде наследства предков, а не по причине чьей-то ненависти или мести, Денис решил, что не лишним будет еще раз, но более подробно поговорить с бабушкой Риты. И немедля, тем более что Рита ждет его в их квартире.
А после того, как они побеседуют втроем, Денис и Рита заберут ее машину со стоянки управления и поедут за вещами в Ясное. А потом… «А потом, если ты, Арбатов, будешь деликатно мямлить, а не отвезешь ее в приказном порядке к себе, потеряешь ее навек. Потому что еще мать вчера тебе сказала: будь понаглее, а то сбежит. И посмотрела на тебя с жалостью: мол, недотепа ты у меня, сынок», – мрачно подумал Денис.
Садясь за руль, он подумал, что стемнело как-то уж очень быстро. Только что вроде за окнами квартиры Дины была сероватая мгла, а вышел из подъезда – темень.
Папку, которую они с Жировым обнаружили в комнате Георгия, Денис положил назад, на пассажирское сиденье. «Лидия была близкой подругой Элеоноры Леоновны, не может быть, чтобы в детстве они не обсуждали ее пропавшую сестру. Тем более, что Георгий наверняка рассказал Лиде о том, что тайно встречается с отцом. С матерью он поделиться не мог, она, видимо, настраивала сына против предавшего их изменника. Странно одно: как Ганна решилась вычеркнуть старшую дочь из своей жизни? Какая для этого могла быть причина? Чисто по-человечески, таких причин быть в принципе не может!» – размышлял Денис.
* * *
Рита в окно увидела машину Арбатова: тот припарковался на том месте, где обычно ставила свой автомобиль она. Негласно за каждой квартирой дома был закреплен кусок дороги вдоль низкой ограды внутреннего сквера, оставалось еще достаточно места для свободного проезда, поэтому никаких разборок между водителями по поводу парковки на Ритиной памяти не происходило.
Она проводила Дениса взглядом: он зашел в подъезд, держа в руке обычную картонную папку. «Из комнаты деда Жоры, не иначе. Раз прихватил, покажет», – обрадованно подумала она и поспешила в прихожую.
Честно говоря, Рита не надеялась, что капитан найдет хоть что-то полезное для расследования, ведь Георгий Ильич в хоспис переселился давно, еще при жизни сестры. «Ирония судьбы: младшая сестра, здоровый и жизнелюбивый человек, прекрасный врач, уже на том свете, а дед Жора, имея кучу болезней, одна из которых – смертельная, все еще живет. Почему так?» – успела подумать Рита, прежде чем впустить Арбатова в квартиру.
– Вижу, обыск был результативным? – вместо приветствия произнесла она, кивая на папку в его руке.
– Да, не без этого. Придется только еще раз побеспокоить твою бабушку.
– Проходи, она только рада будет. Есть будешь?
– О, нет… Мне кажется, до завтрашнего утра я буду сыт пирожками. От чая не откажусь.
Рита хотела развернуться и уйти, но не успела: Арбатов ловко притянул ее одной рукой к себе и прижал так, что хрустнули кости. Она не сдержала вскрика, но вырваться из кольца рук даже не пыталась.
– Прости, – прошелестело с придыханием возле уха, и мягкие губы скользнули вниз по шее, – чем пахнет так соблазнительно, а?
– «My Way», Armani, – машинально ответила Рита, после чего услышала тихий смех.
– Звучит приятно, но в духах не разбираюсь. Постараюсь запомнить, – отпустил, наконец, ее Денис.
Она ничего не ответила, хотя с языка чуть не сорвалось, что пользуется этим парфюмом лишь потому, что цветочные ароматы терпеть не может Стрельцов.
Рита вспомнила, как впервые заподозрила, что новой пассией мужа стала Динка: от Стрельцова после свидания несло горьковато-пряной смесью кофе и кардамона. «Наркотик для мужиков», – говорила Динка про духи, которыми пользовалась с маниакальным постоянством.
Вспомнив Динку, Рита тяжко вздохнула: сейчас она бы купила ей десяток флаконов этого «наркотика», только бы та была жива.
– Рита, приглашай гостя к столу, – услышала она голос бабушки, улыбнулась Денису, взяла его за руку и повела по коридору. Тот, прихватив с комода папку, послушно двинулся за ней.
Чай пили втроем, дед из спальни не вышел. «Спит уже», – махнула рукой бабушка, бросив виноватый взгляд на Риту. «Напился и спит», – уточнила про себя Рита, но вслух комментировать не стала.
– Элеонора Леоновна, придется нам еще раз пройтись по воспоминаниям из вашего детства. Может быть, я буду задавать наводящие вопросы?
– Задавайте, Денис, – согласилась бабушка.
– С какого возраста вы отчетливо помните себя и Лидию?
– Наверное, лет с пяти, не раньше. Потому что в одной песочнице мы с Лидушей впервые столкнулись в день моего рождения. Меня вывела гулять няня, пока взрослые продолжали выпивать за мое здоровье. А семья Скрипак не так давно переехала в наш дом. Да, я выросла в том доме, откуда вы только что вернулись, Денис. А эта квартира принадлежала родителям мужа. За Лидой тогда присматривала старшая сестра Тамара. Постойте, Лида звала ее Марой. Как я раньше не вспомнила?
– Вот вам и первая деталь. Хорошо. Вспомните, какая она была, Мара.
– Мы с Лидушей ее боялись. Она могла и накричать, а сестру – и ударить. Когда рядом был Жора, она еще сдерживалась. Но и он ее побаивался, хотя и любил.
– Значит, характер у Тамары Скрипак был с детства сложным.
– Да. Я бы сказала, она
