Читаем без скачивания Гимн настоящей стерве, или Я у себя одна - Елена Ямпольская

Другой был настоящим Дедом Морозом: в возрасте, с растительностью на лице и с посохом, которым по настроению мог и огреть. Одевался халатно, все свое носил с собой, подарки из мешка вынимал скупо — только за хорошее поведение и с долгой нравоучительной речью. Кроме того, ему по должности полагалась ледяная блондинка в качестве эскорта. Вот из-за таких дедов, извиняюсь, морозов наши женщины и потянулись за бугор к тамошним санта-клаусам. Клаус и холост, и в брюках, и живет в Лапландии, и подарки кладет в чулочек молча, пока ты спишь…

Твой третий герой вообще постоянно хотел чего-нибудь несбыточного — например, корзину подснежников в январе. Чтобы удовлетворить его капризам и запросам, пришлось бы переспать со всеми двенадцатью месяцами, распределяющими житейские блага…

Ну, четвертая сказка известна, она называется «Ирония судьбы». Очень может быть, что этой иронией нам удалось бы воспользоваться, если бы первым порывом НОРМАЛЬНЫХ женщин не было спустить Женю Лукашина с лестницы. Забыв, впрочем, выяснить его фамилию. Из алкаша и хама не выйдет ничего, кроме алкаша и хама, потому что жизнь — не новогодняя сказка.

Потеряв веру в классический Новый год, ты хватаешься за круг восточного календаря. Не вышло с обезьяной, выйдет с петухом. Но мужской зверинец небесконечен. Ты уныло наблюдаешь, как они хороводят вокруг тебя, знакомые до боли: дракон, бык, хряк, кот блудливый, пес шелудивый, змей ползучий… Это что, Новый год?! Это Хэллоуин!.. Женщина, достигшая подобной стадии, может втыкать себе морковку вместо носа. Ее эмоциональная температура если и годится для бабы, так исключительно для снежной.

Сначала Новый год — это шампанское и салат «оливье». Затем — похмелье и гастрит. Сначала ты дробишь небо фейерверками и визжишь от восторга, а потом беспокоишься, как бы полуночные артиллеристы не перепугали твою собаку и не угодили ракетой в твой автомобиль. Все-таки праздник — это не повод, а настроение.

Если мне бывает плохо в новогоднюю ночь (а такое случается, и с годами все чаще), я выхожу на улицу, под белые хлопья, с непокрытой головой. И когда возвращаюсь, мне кажется, что кто-то очень добрый погладил меня по волосам влажной ладошкой.

Я ничего не загадываю. Я просто жду.

P.S. Отдельным подпунктом Нового года является Старый Новый год. Но о нем мы уже говорили в «Романсе Рощина»…

_____

ВЕЧНЫЙ ЗЕВ

Если бы у меня были деньги, много денег, я бы открыла сонный санаторий. В лесу за высоким забором поставила бы коттеджи с полной звукоизоляцией. Внутри мягкие ковры, камерный свет, кровать на полкомнаты, царство чистого пуха и овечьей шерсти, одеяло — как облако, постельное белье — кому какое по душе и коже: лен, хлопок, шелк… Глухие шторы, пенные ванны, ароматерапия, музыка фоном, завтрак в номер. Травяные настои или рюмочка «Бейлиса» for good sleeping.

Никаких зарядок, дискотек, орущих младенцев, ничего громкого, резкого, тревожного. Полная релаксация. Культ здорового сна. Путевки на уик-энд, в тяжелых случаях срок продлевается до недели.

Я отчетливо представляю себе этот рай, где подушек горы, а будильников нет вообще… Сутками нежиться, не вылезая из-под одеяла, засыпать, просыпаться и снова проваливаться в сон… Персонал будет держать руку на пульсе вашей жизни и в случае чего-либо форс-мажорного обязательно поднимет, а так его единственная задача — всеми силами удерживать вас с объятиях Морфея. Никаких дней сурка. Принудительная побудка карается вплоть до увольнения.

Будет ли такое заведение рентабельным? А почему нет? Большинство моих знакомых страдают от хронического недосыпа. Большинство ваших, думаю, тоже. Недосып — явление возрастное. Не настолько, разумеется, как старческая бессонница, но все-таки. Это проклятье активного человека, человека в расцвете сил и востребованности. Чем успешнее мы наяву, тем меньше остается времени смотреть сны. Встаем рано или еще раньше, ложимся поздно и еще позже. В будни нас сдергивают с постели служебные дела, по выходным — дела домашние. Должно, наконец, появиться такое место, где сон был бы единственной обязанностью порядочного человека.

Долгое, мучительное пробуждение, наркотическая зависимость от утреннего кофе, озноб и кислая физиономия до полудня, клев носом и песок в глазах после обеда, зев предков, он же вечный зев с наступлением сумерек… Необходимость бороться со сном действует эффективнее любого феназепама. Ты его гонишь, а он возвращается. Ты твердишь себе: «Нельзя спать, нельзя, нельзя!!!» — и хряп головой о компьютерную клавиатуру.

Мудрецы прошлого якобы утверждали, что здоровье, богатство и мудрость добываются одним способом — ранним пробуждением. «Кто рано встает…» и т. д. Предлагаю альтернативную мудрость: кто владеет временем для сна, тот владеет собой. Жизнь в полудреме — это полужизнь, обидная и унизительная вообще, а для женщины в особенности. Противно смотреться в зеркало, встречая там собственный тусклый взгляд. Диета летит к чертям, потому что дефицит сна можно компенсировать только избытком калорий. Проекты превращаются в прожекты, чисто конкретные планы — в туманную мечту, так что уже и не разберешь толком, сон это или явь…

Человек должен либо жить, либо спать. Не спать и не жить одновременно — весьма тягостное времяпрепровождение. Чем бродить, спотыкаясь и ненавидя весь мир, как медведь-шатун, не лучше ли честно завалиться в берлогу? Кстати, «Берлога» — подходящий ник для санатория. Представляю, как профессор в элитной поликлинике говорит опухшему от дел бизнесмену: «Вам бы, батенька, надо денька три провести в «Берлоге». Исключительное место. И хозяйка — толковая женщина. Проблемы сна изучила на собственном опыте».

Да уж, действительно изучила.

Лет десять, нет, больше — двенадцать, тринадцать лет назад, в пору моей первой по-настоящему пылкой влюбленности, я просыпалась ни свет ни заря и выходила на балкон встречать ранние майские восходы. Любовь играла в организме, как шампанское, свежий холодок бодрил горячую голову, и в пять утра жизнь расстилалась передо мной, словно завоеванная страна, сдавшаяся на милость победителя. Я стояла на балконе этаким полководцем, Наполеоном четвертого этажа. Сегодня про это даже вспоминать смешно, а тогда я была абсолютно счастлива. И не променяла бы свое одинокое бдение на возможность дрыхнуть до обеда.

Теперь я ложусь в постель с целью заспать накопившиеся к вечеру проблемы и заранее пугаюсь предрассветного пробуждения. Потому что пора меж волка и собаки обычно нагоняет самую тяжелую, самую гнетущую тоску. Против воли думается о том, что не получилось, не состоялось, катастрофически запуталось. О проигранных сражениях и потерянных силах. Денег нет, детей нет, любимый человек есть, но где он сейчас, когда мне так плохо?!