Читаем без скачивания Иной вариант - Владислав Конюшевский

Я сам не ожидал такой реакции от себя, но что есть, то есть. Появилось охренительное чувство, что именно тут мое место. И теперь я стал отлично понимать парней, которые после войны не вписывались в мирную жизнь. Просто там были совершенно другие отношения между людьми. Словами этого не передать, это надо только прочувствовать. И спивались мужики прошедшие Афган, Чечню или Грузию не потому, что им не хватало адреналина, или они были обижены на весь белый свет. Вовсе нет! Спивались они из-за того, что не стало этих отношений. Когда да - да, нет - нет, а остальное - от лукавого. А здесь, среди моих новых знакомых, я чувствую, будут именно такие отношения. Ведь знаю ребят буквально пару дней, но при этом твердо уверен, что они - НАСТОЯЩИЕ. Только я ведь тоже не игрушечный. И окончательно осознал это только сейчас. Так что - сомнения побоку и вперед! А там - война план покажет.

И для начала, помогу мужикам выпутаться из ситуации, в которую они попали.

Поэтому, когда Настена попросила меня быть осторожнее, я только подмигнул девушке, кивнул и, сжимая в кармане пистолет, неторопливо направился в сторону серого больничного корпуса.

Приблизившись к «Форду», не стал рваться внутрь, дабы с громкими павианьими криками мутузить шофера. Вовсе нет. Просто остановившись в пару метрах от водительской двери, сначала лениво жевал гамбургер, а потом, заинтересованно уставился на заднее колесо микроавтобуса. Водила, кинув на меня мимолетный взгляд, отвернулся. Потом опять посмотрел, уже более внимательно. В конце концов, не выдержав, приоткрыл окно и недружелюбно рявкнул:

- Чего пялишься?

Я, запихнув последний кусочек безвкусного бурга в рот и вытирая бумажкой жирные пальцы, лениво ответил:

- Да вот думаю, каким чайникам надо быть, чтобы на спущенном колесе ездить? Или у тебя тачка казенная и резину не жалко?

Шоферский инстинкт сработал как надо. Водитель, коротко матюгнувшись распахнул дверь и, не вставая с сидения высунулся из машины, чтобы посмотреть на возможный ущерб. А я сделал шаг и рубанул противника по беззащитному затылку. Точнее говоря, чуть правее затылка - в точку за ухом. После чего подхватил безвольно обмякшее тело, не давая ему выпасть и запихнул обратно в кабину. Бросив быстрый взгляд по сторонам, убедился, что моя эскапада не привлекла ничьего внимания. Две тетки с мужиком, груженные пакетами, как раз проходившие по дороге ведущей к главному входу, даже головы не повернули. А что касается возможной засечки из самого больничного корпуса, то я надеялся на то, что в окно в этот момент никто таращиться не будет. А даже если и будет, то «Форд», стоящий пассажирскими дверями к корпусу, прикроет свершившееся безобразие.

В общем, особо не таясь, я, засунув бессознательную тушку в машину, пристегнул водителя ремнем безопасности, так чтобы со стороны он был похож на спящего человека, и быстро обыскал. После того как обнаружил пистолет в оперативной кобуре, лишь довольно крякнул. Значит, логика и наблюдательность меня не подвели. Эти типы действительно - силовики. И удостоверение, извлеченное из нагрудного кармана, развеяло последние сомнения. А явились они по нашу душу или нет, станет ясно через пять минут.

После нейтрализации шофера (полчаса отруба ему гарантировано) я снова отошел в сторону, расположившись на этот раз, возле закрытого на обед киоска неопределенной торговой направленности. То есть, сверху на нем было написано «Аптека», но на прилавках лежал стандартный набор вещевой палатки. Ухмыльнувшись непостижимому полету русской мысли, я делая вид что разглядываю выставленные за стеклом полотенца, принялся ждать. Ожидание не затянулось, так как буквально минут через пять, дверь главного входа больницы распахнулась и на широком крытом крыльце появились мои знакомые. Причем, в наиболее хреновой вариации. В смысле - менты взяли обоих: и Ловягина, и Ванина. И заковали тоже обоих. Точнее, пошатывающийся Толян, был прицеплен за здоровую руку к невысокому, крепенькому мужику, а окольцованного Леху, придерживали за локти еще двое, один из которых обладал самой кавказской внешностью.

Вот кстати тоже интересная особенность - Северный Кавказ здесь от России отделен. И даже воюет с ней. Но почему, сколько я ни видел здешних полицейских, хоть один человек в патруле, да обладал весьма своеобразным профилем? Хотя, может быть, именно так и выражается страстная любовь тутошних демократов к джигитам? А что, у них много точек соприкосновения - и те и другие умеют и любят красиво говорить. И те и другие любят пустить пыль в глаза. И те и другие безбожно врут людям не своего круга. М-да… и как завершающая точка - и те и другие видят в местном населении лишь бессловесное быдло, которое можно и нужно грабить. Хм, если сюда добавить еще бандитов российских, обыкновенных, то получится вполне устойчивый и близкий по духу триумвират. Причем, демики, как бы они ни пыжились, в нем будут играть исключительно роль яркой и крикливой ширмы. Ну, в общем, как оно и было у нас в девяностые…

Но я несколько отвлекся, вон - конвоиры с арестованными уже спустились со ступенек, бодро продвигаясь к машине, так что - пора действовать. И ведь что характерно - страха не было. Вообще! Было лишь радостное предчувствие схватки и твердая уверенность, что все пройдет хорошо. Поэтому я, вынув «Вальтер» из кармана и заведя руку с оружием немного назад, оттолкнувшись спиной от киоска, пошел навстречу довольным полицейским. Скорость взял такую, чтобы встретиться с ними непосредственно возле «Форда». Подгадал удачно - был буквально в пяти шагах в тот момент, когда высокий парень, отличающийся от своих короткостриженных коллег, наличием куцего хвостика, отпустил локоть Ванина и, открыв дверь машины, рявкнул в салон:

- Колбаскин, подъем! Хватит харю давить!

Вот в момент пяти секундной паузы, когда полицейские, столпившиеся возле микроавтобуса, перестали настороженно сканировать взглядами окружающую местность и недоуменно соображали с чего это их Колбаскин не подскочил спросонья на своем сидении, я начал работу. Рывком сократив расстояние, впечатал рукоятью пистолета по башке кавказцу, посчитав его самым опасным. Он вроде невысокий и коротконогий, но я с подобными типами как-то уже сталкивался. Рукопашники они были не очень, но вот силой обладали - как у бульдозера. Пока вырубишь - запаришься. А мне тут танцы танцевать не с руки. Так что, свалив одного, я, находясь в самой гуще стоящих, звезданул сбоку по колену не успевшего высунуться из салона хвостиконосца и, выдернув его за волосы наружу (а вот не хиппуй и стригись нормально) сунул ствол под нос третьему. Тот имел время среагировать на внезапно появившуюся опасность, только не имел возможности. И это было учтено в составленном плане атаки. Все дело в том, что у Ловягина было ранение в правое плечо, поэтому мент пристегнулся к его левой руке. И соответственно пристегнулся за свою правую руку. А когда начался кипеж, задергался, пытаясь извлечь табельное оружие, левой рукой из левой же подмышки. Но подобный трюк довольно неудобен, да еще и Толик мешал ему по мере сил, так что ничего у полицейского не вышло. И Ванин не дремал, а как раз в тот момент, когда я только выставлял руку с «Вальтером», лягнул мента в промежность. Попал, не попал - дело десятое, но удар отвлек противника и он даже не трепыхнулся, когда я, направив на него ствол, прошипел:

- Замри сука, а то башку снесу! Все здесь, нах, ляжете!

Видно морда у меня была слишком красноречивая, так как полицейский поверил угрозе моментально и безоговорочно, после чего дал себя разоружить. Высокий, подвывающий от боли в колене, тоже был не против расстаться с пистолетом. Точнее, может быть и против, но кто у него спрашивать будет? Секундой позже, забрав оружие и у лежащего кавказца, я скомандовал:

- Длинный, теперь хватай своего горбоносого коллегу и лезь в салон. Только без шуток, а то моментом пулю словишь! Глубже, глубже его затягивай! На заднее сидение! - после чего дал распоряжение второму дееспособному полицейскому и пристегнутому Толяну - Теперь вы грузитесь!

Когда это было выполнено, открыл переднюю пассажирскую дверь и, запустив туда Ванина, выдохнул. Ну, в общем-то, практически все. На нейтрализацию противника ушло менее минуты. И главное - свидетелей не было! А теперь, даже если кто и пройдет мимо, то никакого внимания ни на стоящего возле машины, ни на сидящих в ней людей, просто не обратит. Оставался только чересчур законопослушный доктор, который вполне мог смотреть в окно, но тут уж ничего не поделаешь. Да по-любому, пока тот гад позвонит и вызовет подмогу, несколько минут есть. Так что - продолжим:

- У кого ключи от наручников? Ага… Ты, в темпе их отстегивай и на себя надевай. Не так! Продень через дверную ручку и надевай. Да, правильно. А ты, длинный, давай сюда вторые ключи!

Получив требуемое, освободил Ванина и, притянув дьякона к себе, прошептал ему на ухо: