Хотя из зеркала на него смотрело собственное отражение — грубые черты лица, такие же как и сто лет назад, серебристые волосы, слегка длинноватые, но безупречно подстриженные, — Феликс Жонглер чувствовал себя униженным, как в своем мрачном детстве, когда он, стоя на коленях, слушал рассуждения старших мальчиков, как его лучше наказать. Любое тело, кроме тела бога Осириса, было для него непривычным, еще более непривычным было для него покидать свои виртуальные владения. Он не любил нарушения привычного.
Но в данном случае ничего нельзя было сделать. Нельзя стать самым старым и, скорее всего, самым могущественным человеком на Земле, если не познаешь самые суровые законы жизни, а один из них гласил: бывают случаи, когда гордость нужно забыть. Он глубоко вздохнул, на самом деле это сделали за него кибернетические насосы, и он уже собирался войти, когда увидел краешком глаза вспышку, извещавшую о вызове на линии для срочных звонков.
— Что это? — спросил он у инженера-жреца, появившегося на экране. — У меня вот-вот начнется ответственная встреча.
— Си-система, — заикаясь, ответил лысый помощник, не готовый к откровенно резкому тону хозяина. — Сет, я хочу сказать. Он… там… возникла проблема.
— Снова? — к раздражению Жонглера примешивался и страх, но он не хотел показывать его подчиненному. — Расскажи.
— Сет находится в цикле К вот уже сорок часов. Никто еще не оставался там даже и половину этого времени.
— А другие показатели?
Жрец пытался пожать плечами, но уважительно, однако выглядело это как небольшой сердечный приступ.
— Они… почти нормальные, о господин! Все идет хорошо. Были небольшие возмущения, но ничего серьезного, ничего неожиданного, чего бы мы не предвидели в последние месяцы. Но этот цикл К, господин…
Жонглера вдруг охватил почти животный ужас при мысли, что подчиненный низкого уровня мог видеть временный сим смертного в белом костюме, но быстрая проверка убедила его, что жрец видел Осириса во всем его блеске.
— Да, да, длина цикла необычна. Но Церемония приближается, а мы даем системе очень необычные задания. Следи за показаниями и сообщай мне, если произойдут серьезные изменения. Я не хочу, чтобы меня беспокоили в ближайший час, только если начнет плавиться система. Тебе хорошо понятно?
Инженер-жрец вытаращил глаза:
— Да, господин. Спасибо вам, о тот, кто заставляет всходить пшеницу…
Жонглер отключил связь, когда инженер только начал церемонию благоговейного прощания.
Жонглер не мог не признать, что его брат по Граалю, Жиан Бао, имел свой стиль. В виртуальном доме Бао не было показной роскоши, столь характерной для других членов Братства: готическая крепость, высящаяся на отвесной скале, или изобилие декора в стиле Калигулы (обычно в сочетании со сложным этикетом, свойственным стилю). Не был его дом и демонстративно простым. В доме финансиста акцент был сделан на сочетание светлых стен с изящной черепицей, темные полосы на которых выглядели настолько необычно, что невольно привлекали глаз. Произведения искусства были расставлены с кажущейся небрежностью: изящный фарфор Ту-цай с прекрасным изображением водоноса, забавный бронзовый медведь в наморднике, пытающийся съесть фрукт, — но главный эффект достигался чистотой линий и пространством. Даже сочетание света и теней было тщательно продумано: высота потолков или длина коридоров определялись с трудом.
Жиан Бао избегал показной роскоши не только в оформлении дома, его сим, одетый в серый костюм, имел вид хорошо сохранившегося девяностолетнего мужчины. Когда он появился во дворе и пошел навстречу Жонглеру, можно было подумать, что два опрятных старичка встречаются в саду. Они не подали друг другу руки. Не поклонились. Сложность отношений избавляла их от такой необходимости.
— Вы оказываете мне большую честь, мой друг. — Жиан Бао жестом пригласил собеседника присесть у журчащего фонтана, где предусмотрительно были поставлены два стула. — Присядем и поговорим.
Жонглер улыбнулся и кивнул:
— Это вы оказываете мне честь, прошло так много времени с моего последнего визита в ваш дом.
Он надеялся, что подразумеваемое признание изменения их статусов поможет провести встречу на должном уровне. Невозможно было определить, кто из двоих был богаче, кто обладал большей властью в реальном мире. Жиан Бао держал в руках всю восточную экономику. Единственным достойным их соперником мог быть только американец Роберт Уэллс, но тот никогда не пытался создать империю наподобие тех, что построили Жонглер и Жиан. До сегодняшнего дня положение Жонглера как председателя Братства давало ему неоспоримое преимущество, по крайней мере, во всем том, что касалось судьбы Грааля. Но до сегодняшнего дня.
Некоторое время мужчины сидели и слушали журчание воды. Маленький коричневый воробей слетел откуда-то сверху и уселся на ветку декоративной сливы. Жиан смотрел на птицу, которая, в свою очередь, рассматривала его с простодушной отвагой.
— Я сейчас вот о чем подумал, — сказал Жиан, повернувшись к Жонглеру. — У вас, надеюсь, находится время мирно созерцать жизнь, мой друг. Сейчас сумасшедшие времена. — Финансист поднял руки, как бы сдаваясь. — Жизнь — замечательная вещь, но когда мы слишком заняты для того, чтобы жить, мы об этом забываем.
Жонглер снова улыбнулся. Жиан был раза в два моложе его, но все равно не дурак. Жиан раздумывал, годится ли Жонглер для своей работы сейчас, в самый ответственный момент. Он задавал себе этот вопрос и одновременно думал, что хваткие американцы не вызывают симпатии.
— Вот в такие часы я вспоминаю, зачем был создан этот проект, это было очень давно, мой добрый друг. — Жонглер отвечал осторожно. — В тихие моменты, когда ценишь то, что имеешь, и то, что сделал.
— Приятно разделить с вами такой момент. Как я уже говорил, этот визит — большая честь. — Жиан говорил так, будто не он потребовал встречи. Хотя и в завуалированной форме. — Могу я предложить напитки?
Жонглер замахал руками:
— Вы слишком добры. Не надо, спасибо. Я думаю, вам будет приятно узнать, что я объявлю дату Церемонии завтра, на встрече всех членов Братства. Последний шаг — или можно сказать, момент истины — произойдет через несколько дней.
— А… — Глаза Жиана Бао были обманчиво кроткими, но даже симуляция его лица чудесно передавала тонкие чувства. Ходили слухи, что он приказывал убивать конкурентов без слов, подписывал смертный приговор просто взглядом, выражающим усталость пресыщения. — Прекрасная новость. Стало быть, надо понимать… неполадки в операционной системе остались в прошлом?
Жонглер смахнул несуществующую соринку со своего виртуального костюма, чтобы дать себе время подумать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
