Выходец из Амна кивнул, подтвердив слова Тилда.
Кексен наморщил лоб. Что бы ни было в фургоне, оно, должно быть, действительно представляло собой большую ценность. Сесса бережно обвила его руку, словно выражая удовлетворенность.
— Это обойдется дорого, — сказал он наконец. — Куда нужно переправить груз?
Амниец поерзал на стуле и обменялся взглядом с Тилдом:
— Встреча с покупателем произойдет в двух лигах от города, в северном туннеле.
Кексен произвел в уме пару вычислений. Дикие пространства Подземья были опасным местом. Ему придется нанять опытных людей, возможно даже, коренных обитателей.
— Четыре тысячи золотых, — произнес он. — И я не торгуюсь.
Сесса положила голову ему на запястье.
Здоровяк нахмурился, но Кексен понял, о чем тот думал. Груз был ценным, это очевидно. И в Скаллпор-те мало кто обладал достаточным количеством людей и опытом, чтобы обеспечить нужную защиту. Он хранил молчание, ожидая решения.
— Когда ты сможешь завершить все приготовления? — спросил Тилд.
Кексен обдумал вопрос:
— Я дам тебе знать. Но не дольше чем двенадцать циклов.
Глаза Тилда вспыхнули, и Кексен подумал, какова же была доля скалкера в этом грузе.
— Заметано, — пророкотал амниец и стукнул кулаком по шаткому столу, опять чуть не свалив кружку на пол.
Потревоженная внезапным движением, Сесса зашипела, коснувшись раздвоенным языком руки Кексена. Но тот остался совершенно неподвижным. Двое мужчин напротив него, казалось, не услышали змею.
— Я получу свою обычную плату за то, что нашел клиента? — спросил Тилд, улыбнувшись.
— Разумеется, — взмахнул рукой Кексен.
— Ты можешь оставить здесь вести для меня, — произнес амниец. — Я достану фургон и вьючных ящеров. Ты обеспечишь охрану.
Кексен поднялся и кивнул по очереди Тилду и клиенту:
— Я рад, что мы достигли понимания. Ждите от меня скорых вестей.
Выходец из Амна кивнул, а Тилд обнажил в улыбке превосходные зубы.
* * *
Спустя несколько циклов Азриим, все еще заключенный в обрюзгшую, покрытую грязью оболочку Тилда, стоял, стараясь не привлекать внимания, на узкой улочке в нижних Торговых рядах и ждал Ахмаерго. Высокопоставленный член группировки Ксанатара, по прозвищу Рогатый дворф, настоял на том, чтобы встретиться с Тилдом именно на улице. Как полагал Азриим, то был симптом широко известной паранойи дворфов.
Слаад с отвращением похлопывал по толстому брюху Тилда и смотрел на рабов, матросов и не отличавшихся упитанностью местных жителей, появлявшихся из темноты и вновь в ней пропадавших. Группа чистилыциков улиц протолкалась мимо, собирая по пути навоз и еще худшие отбросы, покрывавшие улицы Скаллпорта. Казалось, никто не замечал Тилда, столь неприметным созданием был этот человечек.
Азриим подумал о том, какое же жалкое существование влачил Тилд. Слаад явно ему сделал одолжение, сожрав его голову.
Появилась группа из шести бугберов-надсмотрщиков, каждый был одет в кожаную куртку, бряцал кучей колец и серег. В лапах они держали кнуты и топоры. Смеясь и громко переговариваясь на своем гортанном языке, бугберы направлялись как раз в сторону Азриима. Их мускулистые, покрытые шерстью тела источали вонь алкоголя и жажду насилия. Налитые кровью глаза обещали быструю кончину любому, кто осмелится встать у них на пути.
Как и большинство скалкеров на улице, Азриим-Тилд предпочел убраться с их дороги. Хотя его это и раздражало, он вынужден был избегать встречаться с бугберами глазами и изображать страх, пока дикие, безвкусно одетые непонятно во что существа не прошли мимо.
Влажные от сырого воздуха лохмотья, служившие Тилду одеждой, кололи кожу Азриима. И раздражение отобранной у жертвы плоти отражало беспокойство разума слаада. Его утомил этот город и все в нем. Пару мгновений он лелеял идею отбросить все тщательно спланированные махинации и открыто напасть на Черепов. В конце концов, они с братьями примерно представляли себе место, где должно было находиться тайное убежище и сердце покрова Скаллпорта.
Он улыбнулся, но отверг эту идею. Странник велел избегать любого столкновения с Черепами, пока не будет посажено семя, и Азриим неизменно подчинялся отцу, хоть и без всякого желания. Кроме того, Черепа, в конце концов, были грозными противниками.
Азриим понял, в чем состояла причина его апатии: все шло слишком просто и гладко. Он не чувствовал вызова, не ощущал волнения. Слаады наблюдали за Черепами уже более десяти дней и вычислили примерное месторасположение их укрытия, все это время оставаясь незамеченными. Они устранили Тилда, и Азриим скопировал внешность и личность жертвы. Они почти молниеносно уничтожили караван Ксанатара и добавили уголек в тлеющий костер вражды между группировками — уголек, который после встречи Азриима с Ахмаерго превратит костер во всепожирающее пламя.
«Все слишком просто», — подумал он со вздохом. Такое мог бы спланировать даже Долган.
Он поправил лямку мешка на плече. Внутри скрывалось несколько магических предметов, которые слаад забрал у погибших из каравана Ксанатара. Предназначались сокровища для того, чтобы вызвать гнев Ахмаерго. Азриим прислонился спиной к обшарпанной деревянной стене борделя и напомнил себе, что, успешно завершив дело с семенем Ростка Пряжи, он вплотную подойдет к превращению в серого слаада.
Из окон над его головой доносились смешки, стоны и игривые выкрики. Слабый запах гниющей плоти распространялся по улице и заполнял ноздри слаада. Неподалеку кто-то недавно умер. Будь Азриим в своей родной форме, он смог бы определить источник запаха и даже сказать, чей это был труп. Но в человеческом обличье его чувства были слишком притуплёнными для такой точности.
Исключением было лишь осязание, напомнил себе Азриим. Человеческая кожа оказалась непревзойденным инструментом в плане передачи удовольствия от прикосновений. Быть может, после встречи с Ахмаер-го он и сам посетит бордель.
Несколько светящихся шаров, несомненно улетевших от одного из городских торговцев, сами по себе плыли по узкой улице. Все остальное было окутано сумерками Подземья. Откуда-то издалека доносился слабый голос глашатая, объявлявшего время. Собаки и кошки копошились в тенях заваленных мусором улиц. Группа молодых скалкеров, все как на подбор тощие и костлявые, стояла у следующего переулка, шепчась и копаясь в кучах отбросов. Большинству из них суждено попасть к Айрону Рингу и быть проданными в рабство, если, конечно, улицы не прикончат их раньше.
Бордель, у стены которого стоял Азриим, служил прослойкой между бондарной мастерской и таверной «Черный горшок». Над дверью ветхого здания действительно висел черный котел, подтверждая название заведения. В дыме, выплывавшем из окон таверны, Азриим уловил соблазнительный аромат мистлифа и решил, что если Ахмаерго вскоре не появится, то он пообедает в таверне и заодно насладится дурманящим запахом. Тело Тилда, без сомнений, довольно быстро ощутит эффект от наркотика.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
