Сильвестер откинулся в кресле. Он выглядел усталым.
— Мысль о том, что Тобиаш начнет свое собственное дело, потешила меня! — и он засмеялся. Потом продолжил:
— Да, я думаю, что Адам надеется на объединение. Интересно, как бы пошли дела в таком случае? Не думаю, что очень успешно. Без сомнения, дальше будет видно. Знаешь, в нашем деле очень легко допустить ошибку, а он может ее совершить.
Как же так, а мне кажется — он такой уверенный! Я знаю Адама хорошо, Джейн. Он умеет не демонстрировать трудности и способен рисковать там, где этого заведомо не надо делать. Мы могли бы, по его совету, вложить немалые средства в покупки того, что потом не разойдется и по бросовым ценам. Такие ситуации могут быть с каждым, и тогда приходится идти к кредиторам. Мой отец и я по природе не были такими азартными, как Редмонд и мой брат Магнус. Их темперамент заводил далеко. Я так не поступал никогда. Тобиаша я учил сам и верю ему.
— Хорошо, что Адам пришлет эту девушку.
— О да, это хорошая мысль. Решено, после обеда мы «пойдем вниз».
— Ты выдержишь этот поход?
— А ты зачем? Я обопрусь на тебя здесь, садясь в повозку рикши. А там мне поможет Тобиаш.
Я оставила сына на попечение Линг Фу, потому что за время путешествия они достаточно сдружились.
Рикша доставил нас к берегу залива, где были расположены склады. И сейчас при дневном свете я могла гораздо подробнее рассмотреть течение здешней жизни. Всюду сновали рикши, они бежали босиком, на голове у каждого была коническая соломенная шляпа с завязками под подбородком, косички вздрагивали на бегу. На море была видна плавучая деревня. Сампан к сампану стояли плотными рядами, касаясь друг друга бортами.
— Если бы ты зашла на борт такого сампана, то наверняка обнаружила бы там алтарь, перед которым курятся ароматные палочки. Рядом развешаны «на счастье» полоски красной бумаги. Они должны отгонять дьявола. Посмотри в эту сторону. — Он показал на лодку, которая раскачивалась на волне. — Видишь, на борту нарисован глаз. Он всевидящий. Выйти в море на лодке, у которой на борту отсутствует нарисованный глаз, просто опасно. Мало ли что может произойти.
— Они, вероятно, все очень суеверны.
— Они очень бедны, — просто сказал Сильвестер. — Поэтому для них очень важно, чтобы было то, что они называют «хорошим джоссом». То есть везением. Поэтому они жгут ароматные палочки в храмах или рядом с домашними алтарями на лодках. Они ведут себя осторожно, чтобы не поссориться с драконами.
Кругом сновали люди, в большинстве своем одинаково одетые — и мужчины, и женщины в черных брюках и жакетах, многие в конических шляпах, защищающих от солнца.
Я увидела женщину, которая несла такой тяжелый груз, что еле передвигалась. Она тоже была в черном, ее одежда была в пыли, на ней была шляпа с черной шелковой бахромой.
Сильвестер проследил за моим взглядом и пояснил мне, что эта женщина из племени хакка.
— Люди этого племени перебрались сюда из Южного Китая в эпоху династии Юань и поселились к северо-западу от Гонконга. Они прилежно трудятся, особенно женщины, но выполняют обычно неквалифицированную работу. Многие трудятся на рисовых полях.
— Они выглядят так, как будто ведут тяжелую жизнь.
— Не только они. У всех китаянок жизнь нелегкая. Я обратила внимание на пронзительный запах рыбы, и Сильвестер заметил:
— Странно, что при этом первооткрыватели назвали бухту Хеунг Конг, что означает Ароматная гавань.
— Какое милое название, — сказала я. — Но в данный момент оно очень мало соответствует действительности.
— А я не сомневаюсь, что раньше, когда здесь не кипела такая бурная жизнь, бухта действительно была ароматной.
Рикша довез нас до места назначения. Тобиаш уже ждал нас. Он помог сойти сначала мне, а затем Сильвестеру.
Повиснув на моей руке и опираясь на палку, Сильвестер вошел в здание вслед за Тобиашем.
Мы увидели неплохо меблированный офис. Около стены стояла витрина, за стеклами которой лежали образцы красивых минералов — жадеита и розового кварца.
Для Сильвестера нашлось кресло, и он с радостью опустился в него. Мы тоже расселись, и Тобиаш стал рассказывать обо всем, что произошло здесь, пока он в течение нескольких лет вел дела, опираясь только на рекомендации Сильвестера, прибывающие по почте.
Сильвестер убедился, что торговля шла достаточно успешно. Он, конечно, хотел знать, что было приобретено интересного, и рассказал о своих покупках в Англии.
Несмотря на то, что минувшие годы были трудными для многих торгующих подобным товаром, Тобиаш неплохо заработал.
Сильвестер задал ему прямой вопрос:
— Что ты можешь сказать о делах моего племянника Адама? — И добавил:
— Можешь говорить при моей жене, у меня от нее нет секретов в делах.
Тобиаш пожал плечами:
— Я думаю, что у него сейчас немало проблем.
— А что лежит в их основе?
— Мне он не исповедовался, но слухи ходят разные.
— Он мог бы быть полезен мне, поэтому я и спрашиваю. Хорошо, Тобиаш. Проводи, пожалуйста, мою жену, покажи ей окрестности. А я подожду здесь и пока просмотрю конторские книги.
И Тоби, как я вскоре мысленно назвала его, повел меня на деловую экскурсию. Она произвела на меня большое впечатление. Я до этого, конечно, не имела представления о размахе бизнеса моего мужа. Тоби объяснил мне очень многое. Как и где закупаются товары, как их доставляют в разные уголки мира по морю, а самое главное — какие произведения искусства пользуются неизменным спросом на рынке.
— Когда клиент ищет одну определенную вещь, — продолжал Тоби, — запрос пойдет сразу к нескольким дилерам вроде нас. Это без всякого сомнения. И мы все действуем в одном направлении — ищем бесценную для клиента вещь. То есть у всех у нас один и тот же заказчик. Конкуренция крайне обостряется. Но зато интересно. Я так понимаю, миссис Мильнер, что вы прибыли сюда именно с целью ознакомиться с делами на практике.
— Конечно, я хотела бы узнать как можно больше. До этого я только время от времени бывала в лондонском офисе.
— Нет, конечно, основные дела делаются здесь, а не там.
И он начал подробный рассказ о сложном механизме бизнеса. Тоби очаровывал меня с каждой минутой все больше и больше. Мне нравилась его искренность.
Еще до того, как мы возвратились к Сильвестеру, он сказал:
Если вам что-нибудь понадобится, в любое время дня и ночи, миссис Мильнер, пожалуйста, пошлите за мной, я тут же появлюсь и сделаю все, что в моих силах.
Я почувствовала, что обрела друга.
Впечатлений было очень много, и я обсуждала их в течение всей обратной дороги с Сильвестером, пока мы добирались до Дома тысячи светильников.
