Она помогла ему снять штаны.
— Ты очень хорошо поставил проволоку, мой милый Ройдан. Не зря же ты сын чармодела. Это знание всегда пряталось у тебя в уме, надо было лишь его уговорить проявиться. Но теперь скажи мне, что ты видел после наших последних объятий?
Щетинистые рыжие волосы Ройдана щекотали ей подбородок — он ткнулся лицом ей в грудь.
— Джиоти Одол сбежала — ее освободила ее мастер оружия, Нетте. Сама Нетте теперь висит в сетях гоблинов вместе с другим убийцей — он пришел выручать ее и был пойман…
— Тихо! — Мысли Овери заметались. — Почему ты мне раньше не сказал?
— Раньше? — Ройдан поднял грубое лицо, охваченное восторгом. — Ты мне велела забыть все до той минуты, когда ты меня позовешь. Я и забыл.
С шипением досады она сунула его этой дурацкой мордой обратно в уютную мягкость собственной груди.
8
И
И когда она получила от Ройдана ожидаемое удовольствие и отпустила его, снова приказав забыть об их связи, тогда Овери сняла пояс дрожащими пальцами. Как ни наслаждалась она плотской радостью, которую обеспечивал ей пояс, собой она не была довольна сегодня. В комнате гоблинов висят двое убийц, а это значит, что вскоре Дом Убийц пошлет других узнать, что случилось. Такой неудачный поворот событий обязывал ее ускорить выполнение своего плана.
Взяв из шкафа красную нейлоновую сумочку, она вышла из комнаты и быстро пошла по коридорам, скрипя желтыми туфлями по натертому полу. Возле двойной двери покоев маркграфини она кивнула часовому. Доля в лесной торговле позволила ей купить доступ в каждый угол замка, и сейчас Овери Скарн вошла без стука.
Поч и Шаи Малиа сидели на замшевом диване, одетые в брюки из парашютного шелка и пуловеры с рисунком, закинув ноги в кроссовках на кожаные оттоманки. Сердоликовые чаши на треножниках стояли по обе стороны, наполненные крендельками и картофельными чипсами. На низком столике перед ними стояли недоеденная пицца и лежал ворох ярких обёрток от шоколада между двумя турмалиновыми пепельницами, полными окурков. На лице маркграфа были зеркальные очки, а жена его скрывала слезящиеся от дыма глаза за темными очками на пол-лица. Только дрожащий телеэкран освещал зашторенную комнату.
Шаи Малиа встала, возмущенная бесцеремонным вторжением Овери Скарн, но Поч остался сидеть, не отрывая застывшего взгляда от телевизора.
— Сядьте, леди Шаи, — сказала Овери Скарн и жестом указала на диван, выключив телевизор. — Я пришла не бросать вам вызов. Вашим титулам ничего не грозит, ваш доход от наших различных предприятий не уменьшился. Я не принесла вам никакой беды, нет, я пришла поделиться с вами новым и самым чудесным даром с Темного Берега.
Шаи Малиа не села.
— Нам хватает твоих даров, Скарн. Теперь мы требуем твоего уважения.
— Прошу вас, леди Шаи, сядьте. — Овери Скарн пододвинула мягкое кресло с вышитым грифоном к столику с телевизором и села сама. — Я женщина деловая. Все, что вы от меня получаете, вы должны заработать.
— Так ты считаешь, что ты нами владеешь? — Шаи Малиа выпустила клуб дыма и загасила окурок в пепельнице. — Ты считаешь себя столь могущественной. Я хочу, чтобы ты поднялась с нами наверх. Я хочу там кое-что тебе показать, что заслужит твое уважение.
— Я не пойду наверх, — сказала Овери Скарн непререкаемым тоном и положила нейлоновую сумочку на стол рядом с пиццей.
— В прошлый раз, когда ты поносила моего мужа, ты намекала, что знаешь, почему гоблины щадят Новый Арвар. — Черный безглазый взгляд Шаи Малиа недобро посмотрел на Овери Скарн. — Что тебе известно?
— Я знаю только одно — гоблины не трогают этот город, — ответила толстая женщина, наблюдая за своими миниатюрными отражениями в изогнутом темном пластике. — Что-то в джунглях Илвра их пугает. Если я сообщу об этом пэрам, они явятся сюда в поисках причины, и ваша автономия кончится.
Шаи Малиа переглянулась с мужем.
— Пока что пэры слишком заняты защитой собственных доминионов, — продолжала Овери, — но если с ними заговорю я, глава «Шахт Бульдога», они прислушаются. И поэтому с вашей стороны было бы мудро не слишком высокомерно со мной обращаться. Пока что нам повезло остаться незамеченными гоблинами. Если же пэры обратят на нас внимание, наверняка то же сделают и их враги, гоблины.
Шаи Малиа села, стараясь не показать, что ответ Овери ее успокоил.
— Я все же думаю, тебе стоит подняться с нами наверх и посмотреть, что у нас там.
— И что это? — невинно поинтересовалась Овери Скарн, играя каштановым локоном.
— Моя жена говорит об убийце, которую мы поймали, — ответил Поч, опередив Шаи Малиа. — Мастер оружия, Нетте, вернулась и дала моей сестре сбежать. Джиоти захватила аэролет и покинула город.
— А вы еще ругали меня за попытку ее убить, когда она проникла в замок! — Овери Скарн погрозила Почу пальцем. — Я вас же пыталась защитить. Она знает, что это «Шахты Бульдога» подписались под вашей претензией на титул. То, что мы сделали, было незаконно, и если она представит регенту свои возражения, вы утратите все, что сейчас у вас есть.
— И ты тоже, — напомнила ей Шаи Малиа. Из-под диванной подушки она извлекла хромированный пистолет и направила его на Овери Скарн. — А сейчас нам самое время подняться наверх.
— И запереть меня там с Нетте? — Толстуха удачно скрыла страх презрительным смехом. — Я вам нужна сейчас живой и свободной более, чем когда-либо. Дом Убийц наверняка захочет узнать, что сталось с этой самой Нетте — а у меня есть средства откупиться от их ненужного расследования. Кроме того, если вы меня убьете или запрете, «Шахты Бульдога» вынуждены будут изучить мои счета, и тогда всплывет, что я была спонсором титула Поча. Пока я отвечаю за счета и связи, мы можем использовать наше богатство и отбивать любые претензии Джиоти на титул.
Поч протянул руку и взял у жены пистолет.
— Шаи, она права. Ее интересы совпадают с нашими.
Шаи Малиа неохотно отдала оружие.
— Мы хотим от тебя уважения, Скарн. Его мы заработали, выслушав тебя и позволив тебе жить. Это ясно?
Поч сунул пистолет под диванную подушку и улыбнулся Овери Скарн извиняющейся улыбкой.
— Ведь мы должны уважать друг друга, как ты думаешь?
— Абсолютно верно. — Овери почтительно наклонила голову, потом подняла ее с лукавой улыбкой на губах. — И не забывайте, что я ваш торговый представитель на Темном Берегу. Война Гоблинов не будет тянуться вечно. Когда она кончится, мы будем импортировать все эти товары в доминионы. Мы откроем новую эру на Ирте. А тем временем вы можете сами наслаждаться этими прелестями. — Она раскрыла сумочку. — Вот, посмотрите, что я сегодня принесла вам.
Она очистила на столе место между смятыми банками из-под колы и выложила стеклянную трубочку, газовую зажигалку и несколько желтоватых то ли клыков, то ли грубых камешков цвета слоновой кости, а может быть, комочков лежалого сыра.
— Это куда более редкая вещь, чем табак. Экстракт горного растения под названием «кока», специально подготовленный для курения.
Овери вложила в стеклянную трубку кусочек экстракта коки и нагрела конец трубочки в пламени зажигалки. Кусочек расплавился в булькающую смолу, и Овери втянула молочные пары из трубки, показывая подозрительной Шаи Малиа, что это не яд. Потом выдохнула с довольным стоном и подала прибор Почу.
Когда маркграф и его жена тоже затянулись дымом и откинулись на диван, ощущая легкость в голове, Овери Скарн включила телевизор.
— На Темном Берегу говорят, что под коку все идет лучше. Я оставлю вас вдвоем наслаждаться моим подарком. — Она отступила к двери, остановилась и повернулась: — И если этот дым вам понравится, вы мне скажите, и я вам организую еще. Для вас я это сделаю.
9
ТЕНЬ С ТЕНЬЮ
Аромат увядших яблок и ритуальное пение выплескивались прохладным сквозняком из открытой двери водонапорного бака. Внутри янтарный ореол двух толстых черных свеч озарял круглый зал тусклым сиянием очага. Корни деревьев свисали с потолочных балок — сами себе лес — на них болтались гирлянды сушеных цветов, мятных побегов, венки опавших листьев, сушеные фрукты со старушечьими лицами; лианы и сухие лозы висели перепутанными проводами.
