Читаем без скачивания Благословенная - Брэнди Элледж

где меня встретил мой волк. Он на мгновение ткнулся носом в мою руку, понимая, что мне больно.

Финн продолжал почти тащить меня за собой, пока мы не оказались снаружи. Тогда он подхватил меня на руки.

Заплетающимся языком я спросила:

— Чамп идёт за нами?

— Ты дала моему волку имя?

— Он мой волк.

Он усмехнулся.

— Да, пожалуй, так и есть. Не переживай, он идёт за нами следом.

Стены Финна были опущены, и его тревога буквально накрывала меня.

По дороге я несколько раз теряла сознание, а когда Финн уложил меня на кровать, я сразу же свернулась калачиком в позе эмбриона.

Он указал на Чампа.

— Мальчик, ложись перед дверью и никого не впускай, кроме Ханны или Реми.

Я с трудом выдохнула:

— Думаешь, он может видеть Реми?

— Не знаю насчёт видеть, но, вероятно, он способен чувствовать изменение давления воздуха.

Чамп пару раз покружил на месте, а затем улёгся, перегородив дверь.

Меня вот-вот должно было ужасно вырвать, когда Реми вихрем пронеслась через дверь. Затем раздался стук. Финн впустил Ханну.

— Её силы пробуждаются? — спросила Ханна.

Финн кивнул.

— Будет тяжело. Её коснулись так много архангелов.

Тревога в его голосе заставила Ханну прослезиться.

Реми свернулась позади меня на кровати и обняла меня рукой. Разумеется, её рука прошла сквозь меня, оставив на коже холодок.

Финн говорил:

— Вы обе оставайтесь с ней. Мне нужно вернуться на вечеринку ещё хотя бы на тридцать минут. Несколько студентов видели, как мы ушли вместе, и ей было очень тяжело даже просто идти. Я пойду и пущу слух, что она слишком много выпила. На всякий случай.

На моём лбу начали выступать капли пота, но я не произнесла ни слова.

Финн ушёл, и последнее, что я помню, — это мысль о том, что мои внутренности горят, и я была почти уверена, что умираю.

Глава 28

Голоса заставили меня пошевелиться. Я отмахнулась от ближайшего источника шума.

Голова раскалывалась. Меня тошнило так, будто в любую секунду могло вывернуть наизнанку, а мне никак не давали спокойно умереть.

— Сколько она уже в таком состоянии?

— С тех пор, как твоя бодрая маленькая задница вышла за эту дверь. Так что… двадцать пять минут, — сказала Реми.

— Почему вы не пришли за мной?

— Ты на меня посмотри! — взвизгнула Реми.

Из всех моментов, когда ей нужно было изображать драматичную диву, почему именно сейчас?

— Я не могла прийти к тебе в таком виде. Слава Небесам, у меня есть таланты Ариэль. В конце концов мне удалось убедить эту блохастую псину сходить за тобой.

— И она сделала это с тобой?

— Ну да, красавчик. А кто ещё мог это сделать? Я обнимала её, и в следующий момент… бац.

Я попыталась сесть, но большая рука толкнула меня обратно на кровать.

— Отдыхай, Мака.

Легко сказать, но мне нужно было увидеть свою подругу. Очевидно, происходило что-то очень плохое.

Я открыла глаза и увидела Реми во плоти. Затем меня накрыла волна боли, и она начала мерцать.

— Ох, чёрт, опять начинается. Из-за неё я мерцаю, как канал на телевизоре пятидесятых, у которого пропадает сигнал. — Она тяжело вздохнула, пока я стонала.

Во время самого сильного приступа боли я снова потеряла сознание, и никогда в жизни не была так этому рада.

В следующий раз, когда я проснулась, Финн сидел в ногах моей кровати, подтянув колени к груди с гибкостью, которой человек его комплекции обладать вроде бы не должен. Ханна и Реми свернулись калачиком, как кошки, на узкой кровати Реми.

Я подтянулась и села.

— Что случилось? — прошептала я.

— Ты получила свои силы.

— Это я знаю, но… — Я дёрнула головой в сторону Реми, которая в данный момент была в человеческом облике. — Что я сделала с Реми?

— Судя по всему, ты сделала её материальной. Не знаю, как долго это продлится. К сожалению, поскольку она умерла до своего восемнадцатого дня рождения, её силы ещё не успели проявиться. Но если мы найдём способ, чтобы она могла становиться материальной по собственной воле, это может оказаться её Даром.

Я устало кивнула.

— Да, это было бы здорово.

— Как ты себя чувствуешь?

— Будто меня переехали.

Я посмотрела на усталое лицо Финна. Он выглядел совершенно измученным.

— Как долго ты здесь сидишь?

Он посмотрел на свои часы. Затем откинул голову на стену позади себя.

— Десять часов.

Это объясняло, почему мой мочевой пузырь был готов вот-вот лопнуть.

— Что нам теперь делать?

— Спрячем тебя, пока тебе не станет лучше, а потом возобновим твои тренировки.

Я посмотрела на Реми и Ханну, которые всё ещё спали. Потом попыталась слишком резко сесть и в итоге повалилась на Финна. Он обнял меня, а я уронила голову ему на грудь.

Устраиваясь в его объятиях ещё удобнее, я спросила:

— У тебя никогда не бывает ощущения, что мы уже были знакомы раньше?

Он поцеловал меня в макушку.

— Есть такое ощущение, правда?

Прежде чем я успела снова задремать, мой мочевой пузырь настойчиво напомнил о себе.

— Мне нужно в туалет.

Через несколько секунд он уже был на ногах и держал меня на руках. Он поставил меня в ванной и закрыл дверь.

Закончив, я вымыла руки, а затем плеснула в лицо холодной водой. Ноги начали подкашиваться.

Дверь распахнулась.

— Тебе нужна помощь?

Не дожидаясь моего ответа, он поднял меня на руки и уложил обратно в кровать. Как только устроил меня поудобнее, перелез через меня и вернулся на своё прежнее место. Я постаралась не вздохнуть, но мне хотелось, чтобы он снова меня обнял.

Я никак не могла устроиться удобно. Спина ощущалась так, словно меня покусали несколько комаров. Она чесалась и горела. Я всё время тёрлась ею о простыни, но неприятное ощущение не проходило.

— Финн? У меня спина чешется. Очень сильно.

Он сонно улыбнулся.

— Так бывает, когда появляются крылья.

— Ты правда думаешь, что у меня будут крылья?

Он кивнул.

— Ты Нефилим. Мы попробуем выманить их, когда останемся одни. Зуд пройдёт через несколько минут.

Его глаза уже закрывались, и я поймала себя на том, что шепчу:

— Тебе не обязательно оставаться.

— Именно это и доставило мне неприятности в первый раз. С тех пор я за это расплачиваюсь.

— О чём ты говоришь? — спросила я.

Финн выглядел таким уставшим, когда закрыл свои красивые глаза.

— Знаешь, что я думаю, Мака? Думаю, тебе нужно поспать и молиться о снах.

— Мака? Ты уже