правда хочешь, чтобы я сказала?
Он не хотел. Тэмзин снова прислонилась к дереву. Толстый дуб подчеркивал ее хрупкость. Льюис шагнул к ней.
– А мальчики у тебя были?
– Мне двадцать один. По-твоему, я не встречалась с мужчинами?
– Ты имеешь в виду, что мальчишки тебе не нужны?
– Ты и не мальчишка.
– А кто я?
Тэмзин рассмеялась:
– Ты – недоразумение.
– Я недоразумение. У меня все не как у людей. Можем сходить в кино. Или где-нибудь поужинать.
– Глупенький, мне это не нужно.
– А что же тебе нужно? Чего ты хочешь, Тэмзин?
– Болтать с тобой.
– О чем?
– О разном.
– О книгах? О спектаклях? О чем?
– Ну, например… о твоих проблемах. Хочу тебя утешить.
– Утешить?
– Твоя мать…
– Моя мать утонула. С тех пор прошло почти десять лет. Мне тогда туго пришлось, но сейчас все в порядке. Еще о чем?
– Ну…
– Почему еще меня нужно утешать?
– Слушай, перестань!
– Ты не хочешь поболтать?
– Хочу, но…
– Но не об этом, да? А о чем?
– Ты знаешь, что про тебя ходят слухи? Что ты сам ее убил…
Тэмзин улыбалась как ни в чем не бывало.
– Что?!
– Поговаривают, что ты убил мать. Никогда не слышал? Когда ты как с цепи сорвался, стал пить и убегать, все так и говорили – что тебя совесть замучила. Не знал?
Льюис ошарашенно молчал.
– Это было десять лет назад. Она… она утонула. – Он стал мямлить, как ребенок, не то оправдываясь, не то сознаваясь в чем-то. – Купалась и…
Тэмзин накрыла его руку ладонью и подошла ближе.
– Ох, Льюис, прости, пожалуйста. Зря я это сказала.
Она бросила перчатки на землю и взяла Льюиса за вторую руку. Он чувствовал ее дыхание у своей щеки. И наконец понял. Понял, отчего она так добра.
– Льюис? – выдохнула Тэмзин.
Он обнял ее за талию и поцеловал, довольно умело заставив ее желать этих объятий. Тэмзин ответила на поцелуй и прижалась к нему.
– Не надо… – шепнула она, почти касаясь губами его губ.
Он снова поцеловал ее, будто наблюдая за ними обоими со стороны, и Тэмзин прильнула к нему всем телом. Потом подняла глаза и довольно улыбнулась.
– Теперь я знаю, – сказал он.
– Что?
– Чего ты хотела.
– Свинство так говорить! – оскорбилась Тэмзин.
Льюис почувствовал удовлетворение, решил не отступать и поцеловал ее снова.
– Тебе ведь не нужно, чтобы я тебя куда-то приглашал?
Он чувствовал биение ее сердца у своей груди. А может, наоборот, его сердце билось у груди Тэмзин.
– …вот чего ты хочешь…
Он поцеловал ее в губы, потом, откинув волосы, поцеловал в шею, однако держал себя в руках и не продолжал, хотя Тэмзин изнемогала от желания.
– Нет, нет!
– Нет?
– Нет, – сказала она, все еще держа его за руку.
Она касалась его совсем иначе, чем другие женщины; ее пальцы деликатно скользили по его руке, словно исследуя и не зная ничего наперед. Льюис положил ладонь ей на спину и притянул к себе. Охваченная страстью, Тэмзин задрожала и издала сдавленный, неестественно высокий писк.
Верхняя пуговица на платье отлетела на землю. Льюису пришлось напомнить себе, что Тэмзин – не та девушка, с которой можно заняться любовью у дерева, даже если всем своим видом она говорит обратное и не пытается его остановить.
– Так, ладно. Хватит. Прекрати, – неожиданно резко сказала Тэмзин.
Льюис опустил руки и отстранился. Мгновение они не соприкасались. Внезапно Тэмзин вновь прильнула к нему, словно и не требовала отпустить, поцеловала и схватилась за пряжку его ремня. Теперь и его охватило желание. Тэмзин, чувствуя это, с улыбкой смотрела на него и сжимала пальцами пряжку с внутренней стороны.
Их губы встретились, он коснулся языком ее языка, тут она снова открыла глаза и отпрянула, не отпуская его ремень. И еще сильнее сжала пальцы.
– Пора возвращаться. Меня скоро начнут искать.
Льюис посмотрел на свой ремень.
– Ой извини. – Она рассмеялась, чуть заметно дернула за пряжку и убрала руку, все так же глядя Льюису в глаза.
Он наклонился к Тэмзин, и она без тени смущения поцеловала его и прижалась к груди, лишая сил к сопротивлению. И тут же снова отстранилась.
– Я же сказала, нет. Прекрати.
Льюис умел держать себя в руках. Хорошо, он прекратит, но и ей стоило бы остановиться. Неужели она не понимает?
Тэмзин заулыбалась.
– А теперь поцелуй меня в щечку по-братски, и забудем обо всем.
Льюис не шелохнулся. Тэмзин встала на цыпочки и потянулась к его лицу. Засмеялась, чмокнула в щеку и потерлась своей щекой о его шею, легонько коснулась губами уха и что-то шепнула. У Льюиса зашумело в голове…
– Чего ты хочешь?
Он с размаху ударил кулаком о дерево, радуясь резкой боли.
– Чего, Тэмзин?
Деревья заплясали перед глазами. Когда он опомнился, рядом никого не было. В голове зияла пустота.
Неизвестно, как давно убежала Тэмзин. На земле остались ее голубые туфли и белые перчатки. Льюис почти пришел в себя, если не считать приглушенного зловещего гула в ушах. Вещи Тэмзин он решил не забирать и просто зашагал домой.
Кит видела, как Тэмзин со всех ног бежит из леса к дому – босая, перепуганная и в полурасстегнутом платье. Сидя у окна в гостиной, она пыталась рисовать спящего рядом котенка. Вообще-то кошек в дом не пускали, однако этот каким-то образом проник в гостиную, и от нечего делать Кит решила его нарисовать. Заплаканная Тэмзин добежала до террасы и остановилась. Кит почуяла неладное, однако не тронулась с места. На террасу вышел Дики, и Кит приоткрыла окно, чтобы слышать их разговор.
– Тэмзин! Что случилось? Где ты была?
– Нигде…
– Отвечай!
– Папа…
– Где ты была?
– Льюис…
Дики схватил Тэмзин за руку и потащил за собой в дом.
– А ну рассказывай! Что случилось?
Кит вышла в холл. Дики втолкнул Тэмзин в библиотеку и захлопнул дверь. Кит выскочила из дома, бросилась к окну библиотеки и стала прислушиваться, затаив дыхание.
– Нет, он меня не трогал!
– Ты посмотри на себя!
– Он ничего не сделал!
– Почему вы вообще там оказались?
– Мы гуляли…
– Почему ты с ним пошла?
Дики был зол и кричал. Удивительно, раньше он никогда не кричал на Тэмзин.
– Он мне предложил, а потом…
– Что потом?
– Ну, он…
– Что?!
– Ну, мы… целовались…
– Посмотри, на кого ты похожа!
– Он ничего не сделал.
– Посмотри только!
– Перестань!
– Ты похожа на шлюху!
– Не надо!
– А это что?
– Отпусти меня!
– Что он сделал? Что ты ему позволила?
– Ничего, просто поцеловал, и все.
– Врешь!
– Перестань, пожалуйста! Зачем ты говоришь гадости?!
Послышался звук удара, вскрик Тэмзин и
