Читаем без скачивания Освобождение - Александр Прозоров

— Конницу в дело! — коротко бросил он командиру испанцев, указав на прорвавшихся катафрактариев, которые гарцевали на своих конях буквально в паре сотен метров, атакуя пехоту на марше, — отбросить противника с левого фланга.

А когда тот ускакал, вновь осмотрел поле боя, в эпицентре которого бушевала пылевая буря и, произнес:

— Некогда нам тут задерживаться. Нас Селевкия ждет.

Ответный удар конницы был стремительным. Испанцы атаковали рассеявшихся по полю битвы греков одной мощной колонной, опрокинули и, несмотря на ожесточенное сопротивление, истребили больше половины. А тех, кто выжил, погнали к своим позициям через левый фланг. Пройдя той же дорогой, какой сюда явились греки, преследуя отступавшего врага, испанцы проскочили вдоль гор, спрятавшись за пылевой бурей, и на плечах противника прорвались к нему в тыл.

— Эх, мне бы сюда хоть пару сотен скифов, — пожаловался Леха, с завистью глядя на атаку тяжелой испанской конницы, — я бы им помог разобраться с этими греками.

— Они и так уже разобрались, — посочувствовал Федор, глядя как клинки, шлемы с плюмажами и кирасы испанцев сверкают уже позади полуразваленного строя гоплитов, — но потерпи, брат, у Антиоха солдат много. Больше нашего. Хватит и на твою долю.

— Что же он сюда так мало прислал? — удивился Леха, с трудом отрывая взгляд от конного сражения и переводя его на друга.

— Просто не успел, — пожал плечами Федор, — похоже, отвлекающий маневр Ганнибала сделал свое дело, и все основные части сейчас стоят у города в ожидании атаки из лагеря.

— Но этих-то сюда кто-то прислал, — резонно заметил Леха, вновь устремляя взор вперед.

— Это верно, — не стал отрицать Федор, неловко повернувшись в седле, отчего заныла его потревоженная рана, — но этот кто-то нас слишком поздно заметил. Да и не знает еще, сколько здесь будет солдат на самом деле. Ведь видел он только нас.

Заинтригованный Ларин, не знавший о последних указаниях тирана, опять повернулся к Федору в надежде на продолжение.

— Скоро здесь будет Ганнибал с новыми силами, и тогда мы встряхнем этого Антиоха как следует, — охотно пояснил ему друг, слегка поморщившись от боли в боку, вскоре отступившей. — Но для начала нам нужно расчистить дорогу и действовать очень быстро. Если Антиох успеет перестроить свою оборону и перекрыть вторую дорогу к городу, то наше наступление может забуксовать. А этого не должно произойти. Весь расчет сделан на быстрый удар.

— Тогда эти греки свое дело сделали, — ответил Леха, — задержали нас.

— Они уже почти разбиты, — не согласился с ним Федор, пристально вглядываясь в происходящее на поле битвы, — еще немного и путь на Селевкию будет свободен. А к быстрым марш-броскам нам не привыкать.

Сражение пехотных частей было уже в самом разгаре, слоны разметали в клочья весь центр обороны гоплитов и, проделав колоссальные бреши во флангах, продолжали уничтожать пехоту врага. Грекам удалось убить двух животных, туши которых были видны посреди массы сражавшихся солдат. Пехотинцы Кумаха, несмотря на ожесточенное сопротивление греков, вошли в прорыв, рассекая строй фаланги, и вскоре оборона греков начала трещать по швам. Прорыв испанцев довершил разгром. В тылу противника теперь хозяйничала конница Чайки, нанося разящие удары и подминая под себя последние островки обороны гоплитов.

Первыми в сторону Селевкии устремились остатки конницы греков. Следом за ними побежали разрозненные отряды пехотинцев из разбитой фаланги, которых преследовали испанцы и добили всех, не дав им добраться до ближайшего перевала. Несмотря на это, в долине еще оставалось несколько отрядов, выстроившихся в каре и отбивавших атаки со всех сторон. На предложения сдаться они отвечали отказом.

— Они что, думают дождаться помощи? — вслух подумал Федор, проезжая мимо в сторону перевала, на котором уже хозяйничали его солдаты.

— Нескольким всадникам удалось уйти, — заметил на это Леха, — может они приведут помощь.

— Это уже неважно, — как-то отстраненно ответил Федор, обернувшись назад. — Ганнибал прибыл. А значит, наступление будет еще более стремительным, чем я ожидал. Но на всякий случай мы поставим несколько баллист на перевале.

Обернувшись назад, подобно другу, Леха заметил огромную колонну пехоты, которая появилась со стороны реки и шла, блестя на солнце наконечниками копий. Справа и слева от нее перемещалась масса конницы, там были как испанцы, так и нумидийцы. А чуть позади, где стена пыли закрыла ущелье, шествовало целое стадо боевых слонов.

Марш к Селевкии действительно оказался быстрым, но главная ударная сила — слоны — все же не могли передвигаться так, как кони. Поэтому Чайка получил приказ занять подступы к городу с конницей и пехотой и атаковать порядки противника сходу, не дав быстро сменить позицию. А слоны и остальная армия тем временем должны были подтянуться.

— Выступай вперед, — приказал Ганнибал, — первый удар мы нанесли своевременно, теперь надо закрепить успех и не дать Антиоху опомниться, даже если он уже и разгадал наш маневр.

Когда Чайка прибыл к стенам города, на берегу все еще кипел бой — пехотинцы из лагеря предпринимали одну атаку за другой, а нумидийцы накатывались волнами и тут же отступали. Но атаки были слабыми, и Антиоха это уже не вводило в заблуждение. Беглецы, похоже, побывали здесь с известием о наступлении второй армии. Поэтому когда Чайка выехал на дальний конец плоскогорья, на котором стояла Селевкия, то заметил перегруппировку войск Антиоха. Колонны пехоты, и даже слоны, уже потянулись ко второй дороге, чтобы усилить стоявшие там кордоны. До появления опасности эту дорогу прикрывало по данным разведки не больше двух тысяч пехотинцев. Теперь же туда устремилась почти вся армия Антиоха, выстроенная до того на берегу. Впрочем, она должна была вновь стать грозной силой только после того, как закончит все перестроения на новой позиции, а пока представляла собой неплохую, хоть и трудную, мишень.

— Скачи назад, пусть как можно быстрее подтащат сюда баллисты! — приказал Федор, обернувшись к одному из ординарцев.

Он жестом подозвал к себе командира испанцев. А когда всадник в блестящем шлеме с белым плюмажем появился перед ним, сдержав породистого скакуна, приказал.

— Бери всех людей и атакуй пехоту на марше. Если вмешается конница, то и ее. Выбора у нас нет, нужно как можно дольше задержать перемещения противника.

Почти то же самое он приказал командиру нумидийцев, нацелив их только на пехоту. Испанских всадников у Федора было чуть меньше тысячи и четыре сотни нумидийцев.

— А вы пока останетесь здесь, — приказал он кельтским всадникам, — пехота мне тоже понадобится до подхода основных сил.

Легковооруженные кельты везли по два человека на лошади. После того как «пассажиры» спешились у Федора оказалось еще триста всадников и триста пехотинцев. Вскоре должны были прибыть его главные пехотные силы, которые под руководством Кумаха почти бегом преодолевали расстояние от перевала до города, составлявшее километров десять. А также и артиллеристы.

Облюбовав себе небольшую скалу, возвышавшуюся над дорогой, Федор расставил вокруг нее кельтов, преградив путь врагу на случай неожиданного прорыва, спешился и стал наблюдать за атакой испанцев. Удар испанских всадников оказался мощным и был нанесен в самое нужное время. Опоздай Федор хотя бы на час и греки смогли бы достичь дороги и закончить свои перестроения. Но они не успели.

Испанцы пересекли холмистое пространство у дороги и выскочили на поле, атаковав длинный строй гоплитов, маршировавших от реки в сторону гор. Столь быстрое появление противника ошеломило греков. Антиох, судя по всему, знал о том, что воины Ганнибала переправились у самого дальнего брода и разбили его передовой отряд, но не предполагал, что они появятся здесь так быстро.

Конница Чайки обрушилась на гоплитов, едва успевших развернуться и сомкнуть строй. Они наступали двумя отрядами. В одном было пятьсот человек, и он нанес удар в самый центр колонны, рассекая ее надвое. Второй отряд испанцев, меньше числом, нанес удар в голову колонны, чтобы остановить продвижение греков, преградив путь всей армии, и отсечь от нее тех, кто уже был на дороге. Нумидийцам же достались хвост колонны пехотинцев и слоны, перемещавшиеся позади строя.

Атакованная в трех местах колонна противника остановилась и развернулась, заняв оборону. И, несмотря на то, что общая численность противника превосходила атаковавший их отряд в несколько раз, первая победа была одержана.

— Они остановились! — едва не вскричал от восторга Федор, заметив, как отреагировали греки на внезапное нападение, — остановились, не дойдя до места!

— Их больше, — спокойно заметил Леха, — но за нами преимущество внезапности. Мы атаковали их на марше и если продержать их на этом невыгодном месте до подхода основных сил… то, все может получиться.