и не должно быть, — нахмурился Каин.
— В смысле? — девушка уставилась на него.
— Для группы произвольной величины количество людей, способных читать знаки, обратно пропорционально вероятности их появления, — Андрей ответил за мистика. — У нас тут семь магов. Так что знаков нам не видать, как своих ушей.
— Почему так? — не поняла Лена.
— Одна из загадок мироздания, — улыбнулся тантрист, пожимая плечами. Он потянулся к магнитоле.
— «Так выпала карта, так судьба расставила роли»… — донеслось из стареньких динамиков. С первыми звуками песни Андрей дал по тормозам и свернул на обочину. Обернулся, посмотрел на Каина. Лена редко видела тантриста настолько… встревоженным.
— Отзвонись Александру, — кивнул мистик. — Скажи, мол, всё в порядке, мы догоним, — он пошарил глазами вокруг. — Есть что-то плоское?
— Есть, — кивнул Андрей, набирая номер своего коллеги из «Завесы». Другую руку он запустил под переднее пассажирское сиденье и достал оттуда доску Уиджи.
— Благодарю, — Каин с готовностью принял доску.
— Нет, нет, не останавливайтесь! — Андрей вышел из машины и помахал сбросившему скорость «Форду». — Никаких проблем… Помощь не нужна, спасибо!
— Опять ничего не понятно, — Лена вздохнула, ткнувшись головой в стекло. Она знала, что Каин не ответит, и вообще лучше к нему сейчас не лезть…
— Чёрная кошка, — неожиданно мистик сам начал объяснять. Он положил доску Уиджи себе на колени, а потом достал из рюкзака карты Таро.
— Это нейтральный знак, он лишь говорит о необходимости сосредоточить внимание, — продолжил Каин. — Думаю, Андрей поэтому включил радио. Песню ты слышала.
«Конечно, слышала, — подумала Лена, заворожено глядя, как ловко он тасует колоду. — Там было про карты». Она помнила, что у Каина есть Таро, он даже как-то гадал ей, в прошлой жизни. Но эти выглядели иначе. Большие и старые, очень старые.
Вернулся Андрей. Он сел на водительское вполоборота и стал с интересом наблюдать за мистиком.
— Получается, кошка — это второстепенный знак, который указал на песню. А песня — это уже главный знак, — Лена постучала пальцем по губам. — Правильно я поняла?
— Главный — не то слово, — поправил Андрей. — Он появился в условиях, когда шанс на его появление почти нулевой.
— А нам можно смотреть? — Лена указала на Каина, имея ввиду карты.
— Даже нужно, — буркнул мистик. Он перестал мешать колоду и зажал карты между ладоней. Закрыл глаза на несколько секунд. Девушке показалось, будто он что-то прошептал, но через секунду она уже готова была поклясться, что Каин не размыкал губ.
Наконец, её бывший муж открыл глаза и начал выкладывать карты на доску. Извлекая первую карту из середины колоды, мистик неудачно зацепил верхнюю и она выпала, перекрыв ту, которую он уже положил. Они с Андреем переглянулись. Каин убрал остальные карты и осторожно перевернул ту, что выпала сама, рубашкой вниз.
— Перевёрнутая Восьмёрка мечей и прямая Луна, — констатировал Андрей.
— Скрытый враг мешает выйти из тупика, — сходу интерпретировал Каин.
— Так и знал! — тантрист хлопнул себя по колену.
— Заводи, — бросил ему Каин, собирая карты.
— Получается, кто-то из «Завесы»… враг? — уточнила Лена.
— Это и так ясно, — Каин потёр виски.
— Но теперь мы убедились, — дополнил Андрей.
— То есть не будем с ними работать? — Лена почти обиделась на слова Каина. Вот ей, например, ничего не ясно, ни про каких скрытых врагов!
— Наоборот, — мистик холодно улыбнулся, глаза его потемнели.
— Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, — Андрей коротко рассмеялся.
Через несколько минут они свернули с трассы и поехали по грунтовке вдоль поля. Церковь Лена заметила издалека. Строение выглядело таким же древним, как храм в Покровском. Судя по строительным лесам с гнилыми досками, его хотели реконструировать, но давно бросили эту затею.
Андрей остановился возле «Газели» Дарвина. Выбравшись из машины, Лена посмотрела на Лёху с Никой и непроизвольно улыбнулась. Каббалист щебетал, девушка-мистик сияла.
— Какие-то проблемы? — к ним подошёл Александр.
— Никаких, — соврал Каин, не моргнув глазом. — Просто чёрная кошка.
Тантрист из «Завесы» сдержано кивнул. Лена не сразу поняла, насколько это грамотный ход со стороны её бывшего мужа. Сказать почти правду, да ещё с расчетом на то, что ехавшие позади маги тоже могли увидеть знак.
— Ну что, господа искусствоведы, зачитать вам лекцию об этой обители христианской святости? — к ним подошёл невысокий чуть полноватый мистик из «Завесы». Его яркие глаза напоминали изумруды. По поведению он очень напоминал Лёху.
— Сами с усами, — тут же подал голос каббалист. — С источниками работать умеем.
Они посмотрели друг на друга хитро и недоверчиво. Лена подумала, что эти двое могли бы стать друзьями. «Если, конечно, Егор — не тот самый предатель, на которого указали карты, — девушка внутренне собралась и перевела взгляд на молчаливого антимага. — Хотя я уверена, что если предатель есть, то это он!»
Антимаг по большей части молчал. Замкнутый и отстранённый, он производил впечатление грубого и злого человека. Если и говорил, то коротко, даже резко. У него были тёмные глаза, как у Каина, и длинные волосы, заплетённые сзади в несколько косиц.
Обойдя церковь по периметру, маги вошли в неё через единственную дверь и принялись бродить внутри. Лена поймала себя на мысли, что в их обществе её одолевает целая гамма противоречивых эмоций.
— Церковь как церковь, — буркнула она себе под нос. Девушка остановилась в притворе, осматривая полуобвалившуюся штукатурку на стенах и зарешёченные окна. — Что вы в ней нашли…
— Наверх посмотри, — прошипел кто-то рядом. Лена от неожиданности подскочила и обернулась. Антимаг смотрел на неё из-под капюшона. Его губы кривились, будто от омерзения. Лену передёрнуло.
Тем не менее, она последовала его совету и подняла глаза. Под куполом девушка увидела несколько с трудом различимых изображений. Это были иконы, но какие-то… не такие. Она присмотрелась и заметила, что на каждой есть символ, который кажется неуместным.
— Циркуль и… — Лена запнулась.
— Наугольник, — прохрипел антимаг.
— Масоны! — тут же вспомнила девушка. — Но это же православные иконы. С чего вдруг?..
Ей никто не ответил. Антимаг исчез так же внезапно, как появился. Она пожала плечами и прошла вглубь храма. Там, где должен был находиться алтарь, сейчас
