Читаем без скачивания Третий Храм Колумба - Стив Берри

«Это одна из моих самых любимых книг, – говорил Тому саки. – Роман был опубликован в тысяча девятьсот пятнадцатом году. Я был ребенком, когда мне подарили книгу о нем. С тех пор я ее храню».

Его внук посмотрел на тонкий томик, напечатанный на незнакомом языке.

«Это чешский язык, – сказал ему дедушка. – Роман называется «Голем», и его написал Густав Майринк. В те времена его книга пользовалась огромной популярностью, в ней рассказывается о магической Праге и о мистических вещах».

«И ты можешь его прочитать?» – спросил младший Саган.

«Моя мама родом оттуда. Когда я был ребенком, она учила меня чешскому языку».

Когда Том писал статью, он решил побольше узнать о романе Майринка, который поддержал легенду, заставлявшую людей со всего мира посещать Прагу. Железный занавес остановил подобные поездки на десятилетия, но Бархатная революция позволила возобновить их. В результате Саган рассказал в своей статье в «Таймс» о сотнях тысяч евреев, которые приезжали туда на поиски голема.

«Теперь сокровища охраняет только голем, в священном для евреев месте».

Так написал Абирам. А дед Тома, свекор Абирама, использовал литературу, чтобы скрыть этот факт.

Журналист нашел в могиле ключ с необычной гравировкой.

Что он открывает?

Элли заснула в одной из спален в квартире Инны. Дети хозяйки спали в другой. После возвращения дочери они с Томом почти не разговаривали. Девушка вела себя спокойно, и казалось, что ее неизменно направленный на отца гнев исчез. Это вызвало у репортера еще большие подозрения. Сейчас он опережал Захарию Саймона по меньшей мере на два шага и не собирался упускать свое преимущество.

Во всяком случае, до тех пор, пока не раскроет тайну.

А он принял окончательное решение раскрыть ее.

Тайна левитов, сокровищ Храма и все, что с ними связано, хранились в течение столетий. Саган твердо решил, что, если что-то еще можно найти, он это сделает. Да, он не выполнит завещания Абирама, но что с того? Теперь он отвечает за все. Только что убили человека. А сколько погибло до него? Когда-то он писал о самых разных проблемах, рассказывал о дурных поступках, открывал людям правду о том, что они должны знать. Дело его жизни и сохранение тайны являлись вещами прямо противоположными. И Абирам наверняка это понимал, когда переложил ответственность на его плечи.

Том подошел к компьютеру Инны, подключенному к высокоскоростному интернету, – необходимая вещь для любого человека, связанного с журналистикой. Когда Саган начинал работать репортером, киберпространство еще только зарождалось. Теперь же оно стало незаменимым атрибутом жизни большинства людей. Вне всякого сомнения, создание романов стало более простым делом после появления миллиардов сайтов, где можно было раздобыть самую разную информацию, не покидая собственного дома. Он напечатал в «Гугле»: «СТАРОНОВАЯ СИНАГОГА», после чего выбрал и прочитал одну из 2 610 000 статей.

Старейшее здание в еврейском квартале Праги. Старейшая сохранившаяся синагога в Европе. Ей почти 700 лет, и она практически не пострадала. Война прошла мимо, и даже Гитлер ее не уничтожил. Когда ее построили, в городе уже имелась Старая синагога, и поэтому ее назвали Новая, а в шестнадцатом веке в Праге появился еще один иудейский храм, и его назвали Новой синагогой. Но поскольку Старая синагога в тот момент все еще существовала, кто-то придумал название Староновая – и это имя осталось. Две другие синагоги были разрушены в начале двадцатого века. А вот Староновая уцелела.

Том нашел фотографию ее фасада.

Простая удлиненная форма с двускатной крышей и готическими закомарами. Фасад смотрит на восток. Контрфорсы поддерживают внешние стены с узкими заостренными окнами. С трех сторон синагогу окружают невысокие пристройки. Строительство завершили в 1270 году, но реконструкцию провели недавно – в 2004 году.

Журналист повернул изображение и обнаружил фотографии, сделанные с других ракурсов. На одной из них была восточная сторона здания, от которой отходило девятнадцать U-образных железных прутьев, образуя проход к дверям на чердак. Надпись гласила, что это пожарная лестница, которая была пристроена в 1880 году для экстренного доступа на крышу, но первая ступенька находилась на высоте пятнадцати футов над землей. Еще один снимок крупным планом показывал дверь чердака, находившуюся над железными прутьями, а на ней – звезду Давида, замок и замочную скважину.

Ключ из могилы лежал на столе рядом с компьютером.

Том взял его в руку.

Подойдет ли он? Может быть.

Несмотря на разницу во времени с Америкой, репортер больше не чувствовал усталости и знал, что сегодня ему не удастся уснуть. Он посмотрел на часы: было без двадцати десять вечера. Том встал, подошел к двери комнаты, в которую ушла Элли, и постучал. Очевидно, его дочь тоже не спала, потому что сразу открыла дверь.

В комнате горел свет, и девушка была одета.

– Мы отправляемся в Прагу, – сказал ее отец.

Глава 48

Бене с облегчением вздохнул, когда самолет поднялся в воздух из международного аэропорта Сантьяго-де-Куба. Он беспокоился, что хранитель музея обратится в полицию, когда придет в себя – ведь Роу не оставил ему вторые пятьсот долларов. Он не говорил ему, что они с Халлибертоном прилетели на самолете, но в аэропорту их вполне могли поджидать полицейские. Однако когда они вернулись к самолету, Бене не увидел ничего подозрительного, и никто не помешал им покинуть Кубу.

Трей набил два пластиковых контейнера документами, которые взял в двух комнатах. Теперь только Саймон мог отреагировать на кражу, и Роу ждал, когда тот сделает свой ход.

Саймон оставался в долгу перед ним.

– Бене, – сказал профессор, – ты не хочешь рассказать мне, что там произошло? У меня сложилось впечатление, что ты собирался убить того парня.

Роу нуждался в помощи друга и поэтому ответил на его вопрос:

– Мы с Саймоном вместе пытались найти рудник.

– Но ты ничего мне не говорил.

– А зачем? – спросил Бене и увидел, что ученый понял – существует граница, которую нельзя переходить. И все же он добавил: – Скажем так, я узнал, что это человек, с которым не следует работать вместе.

– Полицейские приехали за нами?

Роу кивнул:

– Их послал Саймон. Хранитель ему позвонил. Он не хотел, чтобы мы выбрались с Кубы живыми.

Реальность происходящего – близость смерти – произвела на Халлибертона впечатление. На земле у них не было времени для объяснений. Они захватили с собой документы и помчались в аэропорт, не спуская глаз с зеркала заднего вида.

– Зачем Саймону нас убивать? – удивился профессор.

– Ему нужен рудник. И он не хочет, чтобы мне стало известно то, что знает он.

С того самого момента, как они поднялись на борт самолета, Трей не выпускал из рук толстую книгу. Ему ужасно хотелось ее прочитать.

– Что это? – спросил Бене.

– Нечто вроде дневника. Или повести.

Ученый показал своему спутнику несколько страниц. Текст был написан аккуратными буквами густыми черными чернилами и выровнен не только слева, но и справа. На странице помещалось двенадцать или пятнадцать строк.

– Текст в отличном состоянии, он написан на кастильском языке, – сказал Трей.

– Это важно?

– Может быть.

Однако Бене хотел знать только одно:

– Мы получили то, ради чего туда летали?

Но Халлибертон уже погрузился в чтение и не ответил на его вопрос.

Роу решил оставить его в покое. Самолет продолжал набирать высоту: они летели на юг, в сторону Монтего-Бей, удаляясь от Кубы. Интересы и возможности Саймона оказались более широкими, чем думал Бене, и он явно видел в затерянном золотом руднике нечто очень важное.

– Бене, послушай, – сказал вдруг Трей.

«Мы нашли смысл нашей миссии в священном слове. Цифры ясно показали: «С собой приведи еще и брата, и племя Леви, племя твоего отца, чтобы они присоединились к тебе и помогали, в то время как ты и твои сыновья предстанете перед скинией откровения. Они должны защищать вас и всю скинию. Они должны присоединиться к вам и охранять скинию, чтобы никто из посторонних не мог к вам подойти. А вы должны оберегать святилище и алтарь, чтобы люди Израиля больше никогда не испытали на себе гнев. Узри, я выбрал твоих братьев левитов из народа Израиля. Они дар тебе, данный Богом, и они должны служить в скинии собрания». В Книге Пророка Иеремии сказано больше. «Как неисчислимо небесное воинство и неизмерим песок морской, так размножу племя Давида, раба Моего, и левитов, служащих Мне».

Трей оторвал взгляд от страницы.

– Это я нашел в запертой комнате. Текст написан человеком по имени Иосиф Бен Ха Леви Хаиври – Иосиф, сын Леви, еврей. Он сообщает об этом в самом начале. И еще пишет, что ему пришлось взять христианское имя Луис де Торрес, но теперь он его отвергает.