загадочная гостья узнавать никто не хотел. Потому план решили привести в действие.
Сама маленькая суккуба близ барьера не присутствовала, а сидела в подвале вместе со всеми. Но зато наверху был кое кто другой.
Геннадиэль исправно передавал хозяйке мыслеобразы всего происходящего. И пускай до полумифического «зрения чужими глазами» было ещё далеко, демоница вполне понимала, что там происходит.
Одного взрыва и завала мало для измененного хаосом человека такой силы, как тот, что выбивал главный вход поместья. Нужно было что-нибудь ещё, для надёжности. Дополнительным козырем был избран зухус, а вернее его яд. Ящер оставался в той же неприметной нише, и, пускай он был крайне напуган мечущимися по залу птицами, да и размер «добычи» сильно превышал его собственный, он был готов к первой в своей жизни охоте и испускал азарт и предвкушение.
Как и многие засадные монстры, зухусы умеют становиться невероятно быстрыми на короткий момент. Слуга суккубата даже не успела ничего понять, как на ее ноге сомкнулась полная острых зубов пасть, а в кровь начал проникать пусть и «детский», но вполне убойный яд.
Рефлекторная попытка отпрыгнуть в сторону обернулась для демоницы провалом — ящер успел изрядно набрать в весе, да и когтями в паркет основательно уперся. Она свалилась набок, даруя драгоценные секунды, для того, чтобы впрыснуть в нее достаточно отравы. К тому моменту, как она снова взялась за посох Гена уже успел опустить ее и со всех сил рвался к облепленному птичьими телами барьеру.
Вообще, по изначальному плану, к сожалению для Кью, ее питомцу было суждено здесь умереть. Она привязалась к этой маленькой жизни, которая ее так искренне любила и считала собственной матерью. Но помощь пришла с неожиданной стороны — от чиновников. Оказывается, что красношкурый ящер уже чуть ли не живая святыня, доказательство силы героя, победившего крайне опасного монстра разлома и приручившего ее детеныша. И все это уже описано в летописи и отослано в столицу, а значит и терять такой трофей никак нельзя, лучше уж сразу помереть. Потому пришлось несчастным солдатам изголяться, нарушая любые правила обращения с дорогими артефактами.
В тот момент, когда манавороны получили новый приказ и начали отворачиваться от людей, к ним в спину пришелся удар от внезапно расширившегося во все стороны щита, за которым следовала сдвоенная вспышка гвардейских амулетов далеко за пределами допустимой мощности, что тут же их спалило без надежды на починку.
Вместе с расширением, барьер так же приоткрыл небольшую щель на уровне пола, как раз достаточную, чтобы в нее пролез ящер. К счастью ни разлетевшиеся во все стороны вороны, не ослепление яркой вспышкой его не остановило, а потому он успел прорваться в на другую сторону. После чего дыру в защите спешно закрыли, заодно располовинив парочку птиц, которые пытались пролезть вслед за зухусом.
Магическую защиту сдули обратно до размеров дверного проема, максимально уплотнили и, пока противница не заподозрила неладного, захлопнули ловушку.
Раздался взрыв. Сразу за ним послышался грохот обвала здания. Какими бы прочными не были вороны, но, они теперь уже точно не выберутся отсюда живыми. Конечно, далеко не все птицы были внутри, но остатки вряд-ли будут раскапывать завалы, тем более что их повелительницы больше нет в живых.
* * *
В это же время…
Влажную пещеру, наполненную шумом текущей подземной реки можно было назвать самой низкой точкой подземья города Нарч. В древние времена, когда город не перешёл под непосредственную власть короны, предыдущий графский род организовал здесь тайный путь за пределы города. Сейчас же это место облюбовали демоны, которым было очень удобно перемещаться и перебрасывать разного рода грузы под землёй, в дали от лишних глаз. Среди бесконечных рядов ящиков и бочек можно было обнаружить небольшой закуток, где сейчас находилась демоница внушительных размеров, которая сидела на не менее габаритном розовом диване и недовольно смотрела на склонившуюся перед ней суккубу.
Фран Нулан была в ярости. Буквально все, что могло пойти не так — пошло не так. Гвардия осталась жива, в заложники никто не попал, да и местные жители вместо того, чтобы прятаться по своим углам начали давать манаворонам отпор. А ведь ее рьяно убеждали, что никто ниже золотого, а то и платинового ранга с роем этих тварей справиться не сможет.
Разве что героя удалось увести, но толку то от этого, если принцесса как-то про все догадалась и вовремя покинула гостевой дом? Или не догадалась, а знала все с самого начала? От одних только этих мыслей у матриарха болела голова. Сейчас это было неважно.
Пускай отряд отродья человеческой богини цел и готов к бою, у нее все ещё были шансы на успех, если поторопиться и все правильно организовать. Если верить легендам, то эти герои были теми ещё идеалистами и плохо прислушивались к голосу разума, когда их обуревают эмоции.
— Скажи-ка мне, Вторая, помнишь ли ты путь до одного прекрасного детского дома? — голос госпожи суккубата был обманчиво сладок, — Как там его… его вроде как назвали в честь одного из святых…
— Детский дом имени Святого Авелия? — девушка осмелилась все же поднять голову, а в ее глазах промелькнула искорка надежды.
— Да, он самый. Ты помнишь путь до него через катакомбы?
— Конечно госпожа, я знаю каждый уголок наших вла…
— Отлично. Бери Тиару Власти и веди как можно больше детишек сюда, — перебила подчинённую суккуба, — Дорогие и близкие конечно же подошли бы лучше, но будем пользоваться тем, что имеем.
— Сию секунду, госпожа, — вот теперь искорка переросла в целый пожар радости — разрешите идти?
— Разрешаю, — Фран вальяжно махнула рукой, после чего ее подчиненная сорвалась на бег, радуясь, что ей все таки не оторвут сегодня голову.
— И позови сюда Четвертую!–
