При этом встречается редко, вряд ли вам пригодится. Потому и не рассматриваю его подробно. Но кому интересно – вот два дела, изучайте: Dillwyn V. Llewelyn [1862] EWHC Ch J67и Cobbe v. Yeoman’s Row Management Ltd [2008] UKHL 55.
Домашнее задание 2
Почитайте решение по делу Baird Textile Holdings Ltd v. Marks & Spencerplc [2001] EWCA Civ. Дело скорее о подразумеваемых условиях договора, но суд мимоходом задумался и об эстопеле. О чем сказал так: «Интересный вопрос… может ли право справедливости дать защиту (эстопель), не предусмотренную договором? Похоже, очевидно: принципы закона эстопеля пока еще не полностью разработаны». Подумайте, почему суд пришел к такому выводу.
3.17. Намерение создать правовые последствия
Вспомним еще раз требования к договору по английскому праву Акцепт/оферта. Встречное удовлетворение. Что еще? Правильно, намерение создать правовые последствия.
Вот смотрите. Допустим, вы и ваша вторая половина договорились так: я мою посуду, а ты пылесосишь, и так – в течение года. Вторая половина (сторона) сказала «да». Договор? Да вроде похоже. Есть оферта: вы предлагаете оказать вам услугу, взамен требуете другую услугу. «Да» – акцепт. Встречное удовлетворение? Тоже есть: вы «купили» обещание за обещание. Вроде бы и договор…
Хорошо, если вы разок забыли помыть тарелки, может ваша вторая половина заставить вас через суд мыть посуду? То есть обратиться в суд с иском об обязании вас вымыть посуду? Или – взыскать убытки?
В английском праве действуют две презумпции.
Первая презумпция. В «домашних соглашениях» изначально, «по умолчанию» нет намерения создать правовые последствия. Это не договор, а так… поговорили и разошлись. Домашними соглашениями могут быть не только соглашения между мужем и женой, но и между сожителями и прочей родней, живущей под одной крышей.
Вторая презумпция. В предпринимательских договорах всегда есть намерение создать правовые последствия. Обе презумпции могут быть опровергнуты, если вы каким-то образом докажете суду обратное.
Я бы ограничился только второй презумпцией, поскольку имею дело с ВЭД-сделками «юриков» с «юриками», где уж что-что, а намерение создать правовые последствия есть всегда.
Но, зная любовь наших предпринимателей «отписывать» имущество на жен и прочую родню, рассмотрю подробно, чтобы вы, дорогой читатель, не сели в лужу, если перед вами вдруг станет задача грамотно оформить имущество на близкого человека по английскому праву.
Первая презумпция. Пример с посудой и пылесосом – это как раз «домашнее соглашение». Соглашение, но не договор. Потому что заключен между близкими людьми. Без намерения создать правовые последствия. И суд никогда не наделит это соглашение принудительной силой.
Поэтому в иске об обязании вымыть посуду вашей второй половине откажут только на основании того, что «это у вас домашнее соглашение без намерения создать правовые последствия». Ведущий прецедент этого подхода – дело Balfour г. Balfour [1919] 2 KB 571[102]. Точно так же, как в примере с тещей и зятем. Однако из этой презумпции, т. е. из правила «соглашение между близкими – не договор» есть исключение. Если близкие не живут вместе, а то и вовсе решили разойтись, то соглашение между такими лицами – договор, который будет наделен принудительной силой. Это исключение сформировал еще суд первой инстанции в деле Merritt г. Merritt [1970] EWCA Civ б[103].
Фабула дела: жене и мужу принадлежал дом. Муж ушел к другой. Но перед этим бывшие супруги заключили письменный договор: муж платит жене 40 фунтов в месяц, и дом отходит к жене, если жена будет и дальше платить ипотеку за дом. Бывшая жена таки выплатила ипотеку.
После чего вероломный муж отказался передать дом бывшей жене. Та – в суд с иском о признании права собственности на дом за собой. Первая инстанция иск удовлетворила. Ответчик подал жалобу. В апелляции дело рассматривал… Альфред Деннинг. Оставил в силе решение первой инстанции, попутно раскатал «в блин» позицию ответчика:
«Первый довод ответчика – соглашение было заключено без намерения создать правовые последствия. Как говорит ответчик, то было “домашнее соглашение”, такое же, как в деле Balfour v. Balfour, 1919 и в деле Jones v. Padavatton, 1969. Жена не вправе судиться на основании такого соглашения.
Указанные дела в данном случае неприменимы. Там стороны жили под одной крышей в ладу и душевном согласии. В тех делах домашнее соглашение было заключено без намерений создать правовые последствия. Но когда стороны живут порознь или собираются разойтись, в таких делах все иначе. Тогда люди заключают именно договор. Стороны уже не полагаются на честное взаимопонимание. Стороны хотят все разрезать на дольки и поделить. Можно смело исходить из презумпции: в таких делах стороны хотят создать правовые последствия.
<…> Во всех предыдущих делах суд не пытался понять намерения сторон, заглянуть в разум сторон и спросить: станут ли разумные люди заключать договор с намерением быть связанными этим договором?
<…> еще г. Томпсон (муж) говорит: “Нет встречного удовлетворения за обещание платить”. Нехорошая позиция. Жена выплатила огромные деньги по ипотеке Строительному обществу. Вот достойное встречное удовлетворение. Правда, муж платил ей 40 фунтов в месяц и, возможно, она платила ипотеку с этих денег. Но все равно, сами по себе платежи жены – хорошее встречное удовлетворение».
(Дело Merritt г. Merritt [1970] EWCA Civ 6.)
Вторая презумпция. В предпринимательских договорах всегда есть намерение создать правовые последствия. Сформировалась презумпция давно, из недавних дел получила подтверждение в деле Edwards v. Skyways Ltd [1964] 1 WLR 3491 All ER 494[104].
Из-за чего там сыр-бор разгорелся? Авиакомпания Skyways («говорящее» название, дословно – «Небесные пути») вела переговоры с Английской ассоциацией пилотов (по сути, с профсоюзом летчиков гражданской авиации).
Договорились, что авиакомпания будет добровольно выплачивать пилотам определенные деньги. Позже некоторым пилотам – в частности Эдвардсу – были названы точные суммы, кто сколько будет получать. Сначала компания платила, потом дела пришли в упадок, платежи иссякли. Эдвардс пошел в суд взыскивать обещанное.
Защищаясь, компания
