— Это еще что такое? — усмехнулся парень.
Но вместо ответа Вика слепила еще один снежок, а за ним еще и еще, которые оказались после на теле учителя. Виктор стал убегать от девушки, на которую вдруг напало веселье, и по ходу собрал с перил моста снег и стал отвечать девушке своими снежными комками.
Через пару минут до мужских ушей донёсся смех, а обернувшись, он успел заметить улыбку девушки до того, как снежный ком попал в глаза.
— Эй! Сейчас я тебе устрою, малышня! — смахнув с лица снег, уже Виктор побежал за Цветаевой и нагнал её весьма быстро.
Девушка почувствовала, как сильные руки окольцевали её, подкинули и опрокинули в сугроб, навалившись сверху.
— Как тебе такое, Виктория?!
Виктор сам начал смеяться, чувствуя, как тщетно пытается вырваться под ним девушка.
— Дышать не могу, — прохрипела она.
— Очень жаль… А так? — приподнявшись над ней, парень стал стряхивать снег с сугробов в лицо девушки.
Она закашляла, вызывая еще одну порцию мужского смеха.
— Оу, у тебя косметика потекла… — не вовремя заметил парень и стал стряхивать снег и влагу с женского лица.
Глаза Вики стали совсем большими от удивления.
— Правда? — она посмотрела в лицо парня, что навис над ней, и они оба поняли, что находятся слишком близко друг к другу.
Всё так же валяются в снегу, и Виктор, прижимая своим весом девушку к сугробу, находится в десятке сантиметров от лица Цветаевой.
Взгляд переместился на губы, которые о уже целовал, и сейчас это желание накрыло его вновь. Такое же сильное и практически неуправляемое. В груди воздуха стало не хватать обоим, Вике от мужского взгляда на её губы с явным желанием, а парню от предвкушения.
Но однажды он уже допустил ошибку, идя на поводу только у своих желаний, и воспоминания о последствиях его отлично отрезвили
— Кривда, — усмехнулся он и отстранился, протягивая руку.
Вика сразу же её приняла и поднялась на ноги вслед за репетитором, продолжая смотреть в его глаза.
— Я думала, что ты…
— Что я что, Вика? — серьезным тоном, уже без капли игривости, спросил он.
— Поцелуешь меня, — внутри Вики всё перевернулось от собственных слов. Её тон ни капли не отражал всех эмоций, всей той силы, с которой она хотела, чтобы это произошло.
Тёплая ладонь легла на голову девушки и потрепала шапку.
— Не надо делать то, о чём после станем жалеть, — уже с улыбкой произнёс репетитор и направился в сторону выхода из парка.
— В больнице ты об этом не думал почему-то, — Вика продолжала сверлить взглядом мужскую спину, которая в момент напряглась.
— Мы уже сошлись на том, что это было ошибкой. Пошли домой.
— А сегодня? Зачем поехал со мной за наградой, а после и в кафе согласился? Почему в парк привёл?
— Ты до правды добраться хочешь или услышать желаемое, Вика? — Парень повернулся и без тени улыбки посмотрел девушке в глаза. — Так вот правда в том, что я твой учитель, а ты школьница, в ответе за тебя, и вместо того, чтобы провести вечер с друзьями, я должен был поехать с тобой. И раз уж моя пьянка всё равно сорвалась, решил пройтись по парку, и лучше бы я уже сделал это в одиночестве. Тебя устроит мой ответ?
— Ты думаешь, я поверю? — Вика сделала шаг навстречу и заглянула в мужское лицо, в котором не было сомнений.
И на секунду Цветаева поняла, что репетитор был прав. Она просто желает это услышать, и всё, что происходило, не было проявлением взаимности её чувств к нему. Она ему неинтересна, как девушка, она лишь школьница, за которую он в ответе.
Отстранившись и опустив плечи, Вика посмотрела в сторону выхода из парка, от которого не так далеко была автобусная остановка.
— Извини, Виктор. Мне пора домой.
Девушка спокойно зашагала в нужном направлении, зная, что за ней не последуют. Она смотрела на кончики сапожек, которые затаптывали в грязь только что упавшие снежинки. Точно так же сейчас что-то растоптали внутри неё.
Виктор недолго смотрел вслед девушке, он шумно выдохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на небо. Даже холодный ветер не помогал прочистить мозги, всё, что грело изнутри и будоражило, оказалось намного глубже.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Теперь ты, Зоя Анатольевна, точно останешься довольна, — процедил сквозь зубы парень, и стал пинать снег, направляясь к парковке.
Глава 30
Вика не чувствовала под ногами паркет, когда шла по коридору квартиры. Где-то раздавались тихие голоса, откуда-то играла песня из тик-тока. Девушка открыла дверь и сразу же упала на свою кровать, только перед тем, как заснуть, отправила сообщение всего с одним словом: «дома.»
На уро всё казалось сном, Вика даже не раз зашла в мессенджер, чтобы увидеть, что действительно отправила сообщение. Пальцы дотронулись до губ, которые так и не узнали, что такое поцелуй любящего парня. Вика закрыла руками лицо, чувствуя, как щёки всё больше и больше горят от стыда. Перед глазами стоял равнодушный взгляд с губами, выстроенными в прямую линию.
Она ошиблась. Так сильно и глупо, что не могла себе этого простить. Виктор был взрослым, более спокойным, и Вика понимала, что драмы из произошедшего он не устроит и возможно, даже ни разу не намекнёт на случившееся.
Но как бы Вика себя не убеждала, руки задрожали, когда на телефон вдруг позвонили. На экране высветилась фотография рыжеволосой девушки, а у Цветаевой уже чуть не выпрыгнуло из груди сердце.
На этот раз она не отклонила предложение Ниловой, она сделала бы что угодно, только бы не оставаться наедине со своими мыслями. Прогуливаясь по магазинам с подругами, Вика стала присматривать некоторые вещи и себе.
— Цветочек решил приодеться? — рассмеялась Яна и приложила к её поясу длинную чёрную юбку. — Как тебе стиль цыганочки?
— А как насчёт «переодеть Настю?» Это она тут призраком летает, вот где она, кстати?
Нюша затерялась среди воздушных свитеров, по которым просто водила руками, вызывая нервный срыв у девушки-консультанта.
— Нюша!!! Сейчас я тебе такую новость расскажу, обалдеешь.
Обалдела не Нюша, а Вика, после слов Яны, потому что они касались Ледяного Джека, который объявил о выходе в скором времени нового трека, а затем и о возвращении на сцену.
— Вчера на его страничке в инстаграмме запись появилась и отрывок из нового шедеврика. Скорее всего, что-то из лирики будет, немного не похоже на него.
— Пусть человек занимается, чем хочет, — Вика отобрала телефон у одноклассницы и стала просматривать пост.
— «Я тебя люблю»? — прочитала Цветаева вслух название.
— Ага, и обложка, правда, крутая?! Еще бы не такая смазанная была…
Руки девушки задрожали. Фотография была в чёрно-белом стиле и слегка размыта, но недостаточно, чтобы скрыть женский силуэт, который что-то записывал в тетрадь за столом карандашом, сидя напротив окна.
«Это же я…»
Коленки стали дрожать. Вика вовремя вспомнила, что держит в руках не свой телефон, и когда оцепенение прошло, она вернула гаджет однокласснице.
— Не интересует… Мне не нравится его творчество.
Вика запуталась. Она не понимала, зачем Виктор поставил на обложку её же фотографию. И дело было вовсе не в разрешении, которого она не давала, а в поведении этого парня.
«Не надо делать то, о чём после станем жалеть…»
— Ничего не понимаю… — совсем тихо и уже под нос прошептала Вика.
Но Яна уже не слушала свою подругу, она схватила за локоть только что рассыпавшую палетку с теням Нюшу и выскочила из отдела с косметикой.
— Ты вообще слушаешь, о чём мы говорим? — упрекнула рыжеволосая свою одноклассницу, что стряхивала с себя блёстки.
— Ну и качество у этой косметики. Конечно, слышу…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А мне кажется, ты развлекаешься тем, что доводишь консультантов.
— Разве? — Нюша обернулась и посмотрела на женщину, что сопровождала её недобрым взглядом. — А по-моему милая девушка. Так что ты там говорила про Джека?
— Его трек выходит в начале следующей недели ночью!
