лицо могло показаться, что и Мел уже давно старушка в детском теле. Хм-м, может быть, им нужен небольшой отдых? Всем вместе.
— Как насчет прогулки? — невзначай бросил я.
— Да, да! — воскликнула волчица. И все поддержали эту затею, даже Мелони, положив перо, потянулась. Естественно, погрустнела только одна.
— Ты тоже идешь, — улыбнулся я.
— Но, мсье Клиф, Алька пока запретила мне долго ходить.
Перед отъездом Альки я спрашивал у нее, насколько Аннет ограничена в передвижении. И свежий воздух противопоказаний не нес, поэтому…
— А кто сказал, что ты будешь ходить на своих двоих?
Почему мне так нравится её удивленный взгляд?
Все оделись и помогли одеться Аннет. Её странная манера общения заставляла окружающих иногда не то в шутку, не то всерьез общаться между собой так, словно мы тут все леди и сэры.
— В-вы уверены? Я-а-а тяжелая и… — Она слишком волновалась.
Фамильярничать я не стал и просто взял малявку на руки. Она оказалась еще легче, чем Алька. Сжалась и затихла, словно от лишних слов я её отпущу. В такие моменты я не верил, что Нова никак не влияет на мои чувства. Мне тяжело проявлять заботу, тяжело обнять ребенка, когда он того хочет. Но сейчас это просто нужно было сделать, плюс Аннет нужно дышать свежим воздухом, привыкать к движению, да и девочки рады быть вместе, и еще…
"Волк, перед кем ты оправдываешься?"
Мы шли по протоптанной тропинке — понятное дело, на чью территорию. Мелони держала Мур за ручку, разбойницы уже кидались снежками. Аннет крепко держалась за мою одежду, и сердце девочки стучало быстро, как барабан. Но она была так счастлива — счастлива находиться со всеми.
Нова, я вспомнил, почему хотел делать больно. Потому что я сам утопал в боли, мне хотелось выместить её на ком-то. И теперь, глядя на этих детей, которые прошли через куда более страшные испытания, я понимал, что в сравнении с ними все-таки оказался слабаком. У меня старого не было будущего.
— Удобно? — Я старался не двигать руками, Аннет тоже старалась не двигаться.
— Д-да…
Может быть, у Клифа еще есть шанс?
— Эй, я тоже хочу на руки! — замахала хвостом Айвори.
— На руках можно лишь тем, кому прописано врачом. — Мой смех подхватили все.
Медведь встретил нас как полагается.
— Ну и какого черта вы тут делаете?!
Забавно, что он изображает удивление с гневом, но каждый раз сам встречает нас еще на границе лесов.
— Мы в гости!
— Привет, мишка!
Рифа и Айвори вообще не оставляли ему ни единого шанса.
* * *
— Чувствуете? — Ардюк остановил клан.
— Да, вожак, сильная эссенция быстро движется, далеко, но в пределах досягаемости. Это она? — Красный волк слюняво облизнулся.
— Возможно, но это не север. Её предупредили? Или почувствовала наше приближение? Нет, исключено, в этих потоках можно легко потеряться. — Вожак взвыл. — Все, хорош жрать, нужно идти дальше, меняем маршрут.
Оборотни нехотя начали отрываться от убитых вендиго, что сбились в группу. У чудовищ не было и шанса. Застигнутые врасплох, теперь они кусками полугнилого мяса лежали повсюду. А черная кровь пропитала снег.
"Осталось недолго. Еще немного, и Бахир с радостной улыбкой благословит наш клан".
Глава 31. Короткий разговор
Я присел на поваленное дерево. Со стороны картина, наверное, комичная. Я посреди зимнего леса, а рядом, на пятой точке — уставший медведь. Сидим и смотрим, как юные ведьмы и одна девочка-вервольф играют в снежки. Даже Аннет захотелось постоять на своих двоих — вроде и просто стоит, и её не трогают, но сам факт участия в общей игре безумно радует нашу меленькую аристократку.
— Значит, отправитесь в путь? — по-звериному зевнув, пробасил Радагон.
— Хочешь с нами? — не отрывая взгляд, сказал я спокойно, уже зная, что ответит дух.
— Нет, тут я родился, тут и умру. Хоть потише станет после ухода вашего шумного шабаша.
— Как думаешь, у нас есть шанс? — сам не знаю, почему я решил спросить это.
Радагон дернул голову в мою сторону, но потом снова уставился на играющих.
— И к чему этот вопрос? Ждешь от меня одобрения? Я думал, ты сам себе хозяин.
— Так и есть, если что-то решено, то отступать нельзя. Просто теперь будет эгоистично следовать только за своими инстинктами.
Снег попал за шиворот Мелони, от чего она забегала, яростно скалясь на Рифу.
— Из-за них? Хех. — Медведь почесал за ухом. — Помню предыдущего жильца этого домика, где сейчас живете вы.
— В нем кто-то жил до девочек?
Кажется, Нова повторила это вместе со мной.
— Конечно, а откуда, ты думаешь, он тут взялся?! — Профыркавшись, старик все-таки решил рассказать. — Жила здесь семья: отец, мать и двое детей. Хорошие были соседи, тихие, тоже прятались от охотников. Само собой, женская половина была ведьмами. Детишки также иногда приходили действовать мне на нервы… — В голосе послышались ноты ностальгии. — Жили долго, очень долго, маленькие прохвосты успели вырасти. А родители состариться. И однажды дочка заявила, что больше не намерена жить здесь. Что там, за пределами снежной пустыни, тоже есть жизнь. Уродливая, мерзкая, неправильная, но все же жизнь. Потом ушел сын, умер отец. И ведьма так и жила здесь в одиночестве, пока однажды не попросила меня приглядеть за домом и ушла в неизвестном направлении. — Раздался тяжелый вздох. — Это я к чему веду. Если ты решил вести эту шумную ватагу, то даже не думай сомневаться. Вечно замершая земля идеальное укрытие, да, но и она убивает твое время, твою жизнь. Вечно прятаться здесь значит состариться, так и не поняв — а может быть, бывает по-другому? Ты сомневаешься, доведешь ли всех?
— Я… — Мне не удалось сдержать легкого вздоха и улыбки. — Нет. Нет, не сомневаюсь. Сам сдохну, но доведу. И еще дальше, если потребуется.
Очередная кучка снега слегка зацепила Мур. Девчонка беззвучно прыгала на месте — вроде и злилась, а вроде и было весело.
