своих соседей. Прямо напротив него сидел, подавшись вперед Эйнар. Вид у него был какой-то необычно заговорщицкий. Рядом с Эйнаром, вполоборота к столу, примостился недовольный, закинувший ногу на ногу Фрино, и делал вид, что он тут вообще не причем. Весь вид его показывал, что он бы с удовольствием смылся, да нельзя. Ну и между Мрамором и Эйнаром, которые явно о чем-то неторопливо спорили, устроился лучащийся улыбкой Кальц. Демон выглядел так, будто находился не в компании людей, которые ругались при каждой подвернувшейся возможности, а среди близких друзей. Ну и дополняла картину облокотившаяся на спинку стула Эйнара Янка.
Пару раз моргнув и потерев глаза, чтобы понять, не привиделось ли мне, я поспешила к друзьям.
Первым заметил меня Кальц. Улыбка демона стала еще шире и он, поднявшись со своего места, тут же поймал меня и заключил в объятия.
– О, Яна, как же я рад тебя видеть, – пропел он. – Я думал, они меня с ума сведут! Может хоть ты нам поможешь прийти к хоть какому-то взаимопониманию? А то, если бы не моя аура, они бы уже давно подрались.
– А я бы на это посмотрела, – натянуто ухмыльнулась Яна. – Только чтобы бой магический был, а то физически наших блондинистых задохликов дракон враз завалит.
Я удивленно освободилась от объятий приятеля и уставилась на собравшихся. Те одарили меня почти одинаковыми хмурыми взглядами. Янка так вообще выглядела какой-то необычно бледной и замученой.
– А… – замешкалась я. – Что здесь происходит?
– О, ничего необычного, – ответил Эйнар с вежливой улыбочкой. – Всего лишь уговариваем одного очень упрямого дракона сделать основу для глаза твоего парня. Присаживайся, присоединяйся.
Выбора мне не дали. Кальц ловким движением взял один из пустых стульев и установил его между Мрамором и Фрино. Я села. Осторожно посмотрела сначала на своего парня, потом на друга. Фрино раздраженно фыркнул и отвел взгляд – явно они его сильно допекли. Мрамор еще сильнее сдвинул брови и насупился.
– Слушай, Эйнар, я тебе сотый раз повторяю, – будто для меня начал полудракон, повернувшись к артефактору. – Я не возьмусь за этот твой глаз и точка. Ну сам подумай, что я могу?! Да, я умею выдувать стеклянные фигурки, у меня есть инструменты… но одно дело – декоративные поделки, и совсем другое – протез. Мои поделки – это чистое творчесто, а тут каждый миллиметр важен. Я просто напросто не хочу тратить время на то, что я все равно не смогу сделать.
– И это я слышу из уст того, кто на днях выиграл конкурс стеклянных макетов для нового вокзала в столице Пиниона, – насмешливо вскинул брови Эйнар. – Мрамор, я же читаю газеты, и в последнее время твое имя там часто мелькает. Еще бы – ты стеклянный архитектор и студент академии, а последний такой эту же как ты стеклянную архитектуру и придумал. Тебя восходящей звездой и настоящим сокровищем называют... и, наверняка, строительные компании Пиниона уже дерутся между собой, чтобы заполучить тебя.
– Вовсе они не дерутся, – Мрамор смутился от моего радостного взгляда, но тут же собрался. – Не путай архитектуру и медицину. Одно дело строить замки, совсем другое – изготавливать глаза. К тому же я все же не совсем дракон, мое пламя имеет несколько другую природу. Оно – подарок от феи, а не врожденный дар.
– Пф, какая разница, – раздраженно огрызнулся Фрино. – Огонь феи, огонь дракона, огонь мага… Эйнар, я не понимаю, чего ты к нему пристал? Не хочет – ну и в задницу. Будто мы не выплавим этот глаз на газовой горелке.
– О, друг мой, – схватился Эйнар за сердце. – Как можешь ты так говорить?! Я тут для тебя стараюсь, ночи не сплю, выдумываю идеальный вариант, а ты… про газовую горелку.
– Я не просил ради меня стараться, – проворчал Фрино, но на серьезное возражение это было не похоже. – Однако меня бесит что ты пристал к этой глупой ящерице. Он, похоже, и не знает, как это твое стекло делается.
– Разумеется, я знаю! – тут же возмутился Мрамор. – Не ты один, одноглазый, владеешь фамильными техниками.
– Так в чем же проблема? – взял быка за рога Эйнар. – Глаз не обязательно сделать с первого раза, ты можешь сколько угодно пробовать. Материалы мы сами оплатим.
– Послушай, будто все так просто, – тяжело вздохнул, закатив глаза полудракон. – Давай начнем с того, что я в любом случае не смогу сделать настоящего драконьего стекла со всеми его славными, давно изученными свойствами. Я – мутант, выродок, пойми ты наконец, умник. Нет, я, конечно, знаю рецептуру, знаю последовательность действий и даже не раз пробовал, но каждый раз результат был разным. Иногда, конечно, стекло работало более или менее как надо… но чаще либо оно не усиливало заклинания вовсе, либо искажало их, либо разгоняло до такой степени, что последствия были плачевными.
– Но ведь иногда работало как надо, – подчеркнул Эйнар среди сказанного самое важное. – И этого вполне достаточно. Да так даже интересней — больше простора для экспериментов! А необычность твоего дара только придает ему особую ценность... немножко удачи, и ты мог бы сделать нечто гораздо более потрясающее, чем любой другой дракон – я чувствую это.
– Ох, древние предки, – Мрамор в отчаяние потер переносицу. – Как же ты меня достал! Да пойми ты уже наконец, что драконье стекло – штука не дешевая. К тому же я понятия не имею, не нужна ли для протезирования какая-нибудь особая рецептура. А это опять же – нюансы. Ну что по сути своей есть драконье стекло? Это рецептура очень, очень прочного стекла, которое может выдерживать сильные магические нагрузки и заодно усиливает заклинания как линза. Один косяк в рецепте, одна лишняя песчинка или капля – стекло взорвется. Да, мы можем взять, например, и заставить… ну, Яну, – он посмотрел на меня будто извиняясь, что приплел, – вбухать в стекляшку всю свою магическую силу, но она просто напросто не выдержит. Тут важна точность, которая вырабатывается годами. А ты хочешь чтобы я сделал тебе глаз за пару попыток.
– О, какой же ты зануда! Рецептуру можно узнать, или вывести опытным путем, – не отступал Эйнар. – Или, например, у Фреи спросить. Она толковый целитель, и, главное, в отличии от Терины, всегда
