Читаем без скачивания Потеряшка - Константин Хвостополосатов

Мне показалось, что после вчерашнего посещения магазина с оружием Шила была почти готова кинуться на исследование аномалии на планете. Очевидной связи винтовки и аномалии, конечно, не просматривалось, но я надеялся именно на такой исход.

Как мы и полагали, отпустив вечером наш «подарок», Ося снова отказался от посещения орбитального комплекса. Так что мы были готовы к открытиям археологическим и не очень. Пополнив слегка потревоженные запасы активной массы для пищевого синтезатора и кое-каких натуральных продуктов для Краппса, мы снялись с орбиты курсом на планету.

– Куда летим? – задал я неоригинальный вопрос.

– А что ближе? – так же неоригинально поинтересовалась Шила.

– Дыра, – пожал я плечами.

– Значит, дыра, – согласилась капитанша.

Дыру мы нашли без особых затруднений, благо, место это было хороши известно, да и как ориентир скальный кряж оказался хорош. Корабль мы пристроили на довольно ровном каменистом плато, от которого до дыры пришлось неплохо прогуляться. Ося, совершенно не заинтриговавшись нашей затеей, остался на борту космолета. Шила, понятное дело, увязалась за мной.

Вход в «дыру», собственно, и оказался обычной дырой, ведущей куда-то вглубь скального массива. Ничего особенно загадочного и ужасного я в нем не наблюдал. Как я и опасался, мои увещевания на подругу не подействовали, и она последовала за мной в темноту пещеры. Я еще не оставил надежды и усердно пытался отговорить капитаншу от мероприятия, как проблема неожиданно решилась сама собой немного странным способом.

Пройдя метров двадцать по довольно ровному полу пещеры, Шила неожиданно остановилась. Возможно, я бы и не заметил этого сразу, если бы так же неожиданно моя подруга не замолчала на полуслове. Я забеспокоился, когда она не ответила на второй, заданный мной вопрос. Был, конечно, вариант потери канала связи, но вряд ли этот факт привел бы к неподвижности моей подруги. Шила продолжала настойчиво игнорировать мои потуги привлечь внимание. Ни помахивание рукой перед забралом скафандра, ни мой обход вокруг нее не имели результата, наша капитанша как будто превратилась в какого-то милого истуканчика. Я уже начал нервничать, но мое прикосновение вывело Шилу из зависания. Моя подруга сделала неуверенный шаг назад, попыталась коснуться рукой лица и окончательно пришла в себя, наткнувшись на забрало скафандра.

– Я туда не пойду, – услышал я ее неуверенный голос. – Может, и ты не пойдешь?

– Что случилось? – задал я терзаемый меня вопрос.

– Ничего… Не знаю… – путалась Шила. – Почему ты остановился?

– Остановилась ты, – ответил я, – а я просто решил уточнить чего ради ты решила исполнить роль статуи в этой пещерной постановке.

– Я? Я шла за тобой, потом вдруг моргнула, а ты уже рядом, – неуверенно пробормотала моя подруга. – Ты как это сделал? Решил меня напугать, да?

– Нет, пугать меня решила ты, – я внимательно посмотрел через прозрачное забрало скафандра в растерянные глаза Шилы. – С тобой что-то случилось, только я не могу понять из-за чего.

– Вроде все нормально, – Шила осторожно взяла меня за руку, – можно, я не пойду? Я лучше тебя у входа подожду.

– Давай-ка на корабль и полежи в тишине, – решил я. – Я тут прогуляюсь, буду постоянно на связи.

Собственно, сам комплекс пещер ничего особо интересного не скрывал. Да, мне попалась несколько красивых мест, изобилующих сталактитно-сталагмитной братией и выходами слюды или кварца, но ничего полезного для интереса или финансового благополучия я не приметил. И если бы не странное поведение моей подруги на входе в пещеру, я бы подумал, что мы охотимся за старыми байками. Потратив в общей сложности несколько часов на изучение не такого уж и большого комплекса пещер, я обнаружил лишь источник воды с небольшим озерцом, в котором наблюдалось присутствие какой-то почти прозрачной живности.

– Если только они не являются очередным деликатесом, мое время потеряно зря, – подвел я итог, рассматривая похожих на небольших осьминожек тварюшек. – Шила, что-нибудь знаешь об этих зеврях?

– Нет, – ответила Шила, – сама впервые вижу. Могу поискать в сети, в конце концов, они отсюда не сбегут. Возвращайся, а то мне до сих пор как-то неспокойно. Ты себя нормально чувствуешь? У меня до сих пор волосы по спине дыбом от этой пещеры.

– Нормально, – ответил я, мысленно обследуя себя. – Все в порядке, никаких проблем. Возможно, какое-то излучение тут действует на психику, а моя броня его экранирует. В любом случае, кроме как для оборудования аттракциона-страшилки, эти пещеры больше никаких идей не вызывают.

– Тогда ко второй точке? – уточнила Шила.

– Может, отдохнем, а уже потом полетим? – предложил я. – Все же по нашим бортовым часам сейчас должен быть глубокий вечер.

– Слушай, Шерш, давай свалим отсюда, – в голосе Шилы появились отчетливые просящие нотки. – Мне даже на борту нашего корабля не по себе. Отдохнем на космодроме, а потом полетим к следующей точке?

– Ого, раз ты забыла об экономии топлива, то все очень серьезно, – пошутил я.

Со вторым пунктом нашей исследовательской программы оказалось не так просто. И место оказалось не столь хорошо известным, и ориентиры с приблизительными координатами имели точность «плюс-минус до дуба». Так что, выйдя к указанным координатам, нам пришлось немного поплутать, отыскивая ориентиры, которых в пустыне оказалось не слишком-то много. И все же, потратив чуть больше двух часов, мы нашли остовы каких-то развалин, выходящих на поверхность пустыни. Местность выглядела однообразной, не получи мы эти ориентиры, найти конечную точку нашего маршрута оказалось бы очень и очень сложно.

«Бурундука» мы посадили метрах в двадцати от предполагаемого входа в неизвестность. Урагас, правда, рассказывал, что они тут без проблем бывали и на легком летающем катере и на древнем вездеходе. Имелась, конечно, небольшая вероятность, что предположительная система обороны может среагировать на более существенный объект, но риск оставался ничтожно мал. Кроме того, именно перед входом находилась пологая ложбинка между барханами, один из которых практически накрыл искомые нами развалины. По данным наблюдения все вокруг дышало спокойствием.

Транспортных средств у работающих на планете артелей находилось немного, по этой причине мы не слишком беспокоились о нападении. Большей проблемой оставалась нестабильная песчаная площадка. Хоть корабль и совершил посадку по схеме «на грунт», корпус периодически начинало проваливать, песок оказался весьма ненадежной посадочной площадкой. По этой причине, оставив Краппса на присмотре за кораблем, мы вышли на поверхность. Я пытался оставить на борту и Шилу, мотивируя необходимость отражением возможного нападения, но отмазка мне и самому казалась на очень слабую троечку.

Для начала мы осмотрели всю поверхность выходящих из песка развалин. Сказать, что это могло быть ни я, ни Шила не смогли бы. Материал развалин походил на какой-то минеральный композит, с огромной натяжкой его можно было даже назвать бетоном. Ни я, ни Шила не специализировались в инженерных сооружениях. Возможно, Краппс смог бы сказать что-то определенное, но отвлекать его мы не хотели, «черный» огонь археологии уже зажегся в наших душах.

Объекту нашего исследования лет, по-видимому, насчитывалось очень и очень много. Выходящие на поверхность слои постройки оказались сильно изъеденными агрессивной средой. Странным казалось то, что ход, ведущий в нижние уровни, оказался засыпан совсем несильно, хоть вокруг и не наблюдалось следов активной деятельности какой-либо живности. Логично было бы предположить, что кто-то устроил себе тут нору и по этой причине содержит проход в относительной доступности.

– Очень похоже, что тут кто-то регулярно бывает, – предположила Шила.

– Вполне может быть и так, – согласился я. – А может, вход прибрали к нашему приходу.

Вопросов на тему, кто идет впереди, не возникало. У меня все-таки была полностью активированная броня, да посещение первой «дыры» поумерило пыл моей подруги. Я внимательно осмотрел открывающийся моему взору провал. На песке и скопившейся кое-где пыли иногда попадались следы местной живности, какие-то примятые зоны и невесть откуда взявшийся мелкий мусор в виде щепок и тоненьких веток. Аккуратно выверяя шаги, я направился вперед. Провал оказался именно тем, что мы имеем в виду под этим словом. Кода-то очень давно рухнувшие конструкции намертво скрепились друг с другом, образовав своеобразный свод. Провал вел вниз, где в неровном свете моих фонарей проступал лабиринт развалин.

Среди вездесущего в пустыне песка, просочившегося сквозь щели, проступали призраки чьего-то прошлого. Лишь некоторые фрагменты похожего на бетон крошева могли четко заявить о своей принадлежности к стенам или иным частям конструкций. И хоть частично проходы оказались завалены под самый «потолок», а кое-где наоборот отсутствовал «пол», открывая провал в некую темную бездну, развалины пока никаким образом не проявили себя аномально. Я бы затруднился даже в приближении предположить, что располагалось в этом месте в период его расцвета.