спины бандитам, Сиплому в том числе, а солдаты, быстро перезарядив свое оружие, сделали еще по одному выстрелу и снова зарядили. Капитан оглядел притихшую таверну, сейчас главное – не упустить инициативу. Если все, кто находился в зале, бросятся на солдат, то просто задавят массой баронских воинов. Посетители таверны, среди которых было много отчаянных голов, это понимали, но понимали они и то, что первые, кто нападут на ло Лависто и его бойцов, получат в грудь арбалетный болт, а такой победы – ценой своей жизни – не хотел никто, все замерли, нападать никто не решился. Капитан баронской дружины усмехнулся, психологию подобной публики он знал хорошо: если не полезли в драку сразу, то теперь вряд ли отважатся. Положив арбалет на стол, Эдилит достал широкий нож и аккуратно отрезал голову Сиплого, прокомментировав свои действия:
– С паршивой овцы… А за эту голову король даст пятьдесят лу, ну, не он сам, первый пристав, которому это будет предъявлено.
Общий вздох разочарования был ответом, присутствующие жалели, что эта мысль никому из них не пришла первому. Ведь можно же было подсуетиться, пока остальные бодались взглядами с баронским капитаном. А ло Лависто, спокойно уложив свой трофей в кожаный мешок, направился к выходу, солдаты пошли за ним. Капитан спешил к причалу, он не исключал возможности, что на девушку и её спутников там тоже будет засада. Так и вышло, но видно эти путешественники сами справились, так как их не было, а на причале лежали люди Сиплого, некоторых капитан узнал. Но убитые бандиты его заинтересовали потому, что убиты были странным оружием. Если троих достали обычными копьями, хоть эти копья были с каменными наконечниками, такими как использует народ степей, то в остальных словно стреляли из арбалета. Каким-то тонким болтом, а потом его вытащили и забрали. Капитан провёл рукой по маленькой ране одного из бандитов и усмехнулся, когда-то давно он уже видел оружие, оставляющее подобные следы. Глянув на уже далеко ушедшую лодку, ло Лависто, кивнув в ту сторону, скомандовал:
– По коням! Мы должны успеть в Брассилион до того, как они туда доберутся!
Эдилит ло Лависто с кряхтением слез с коня, всё-таки ночная скачка утомила немолодого капитана, и бросил поводья подбежавшему конюху. Неодобрительно покачав головой, конюх должен был встречать капитана у ворот, а он только выбежал во двор, ло Лависто направился в донжон замка. Он увидел, что свет в спальне барона уже горит, хотя только начинало светать. Капитан направился в кабинет барона, зная, что тот туда сейчас пройдёт, так оно и вышло: барон ло Вадикано уже ждал своего капитана. С улыбкой, которую выдавало только шевеление бороды, хозяин замка поинтересовался:
– Ну рассказывай, что заставило тебя скакать всю ночь? Неужели наши соседи сговорились и решили захватить Большие Выселки? Хотя это вряд ли, они скорее передерутся между собой, чем предпримут какие-либо совместные действия.
– Девушка, в таверне Больших Выселок я встретил девушку, – торопливо начал Ло Лависто, – увидев её, я решил что это Асилита, но присмотревшись, я понял, что ошибся, она слишком молода.
Капитан замолчал, а судорожно сжавший руки в кулаки барон хрипло выдохнул:
– Продолжай!
– Её сопровождал, именно сопровождал её, а не она его, один из торговцев – Харасин, остальные спутники этой девушки очень похожи на людей народа охотниц…
– Ты думаешь, это её дочь? – хрипло выдохнул ло Вадикано, капитан отрицательно покачал головой:
– Нет, слишком молодо выглядит, но присмотревшись внимательнее, я увидел, что у неё сходство не только с Асилитой, она похожа на вас, эрт.
Барон сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Помолчав некоторое время, его капитан тоже молчал, ло Вадикано охрипшим голосом произнёс:
– Ты говоришь – она молодо выглядит…
– Да, эрт, – почтительно склонил голову ло Лависто, – ей нет и двадцати, совсем девчонка.
– Даже если ей больше двадцати лет… – раздумывая, произнёс барон, – она не никак не может быть дочерью Асилиты, всё-таки прошло сорок два года.
Капитан кивнул, барон так и не смог забыть ту девушку из дикого племени охотниц, да он и не старался. Словно подтверждая это, Брасси ло Вадикано тихо сказал:
– Сорок два года, восемь месяцев и семь дней, если бы можно было всё вернуть назад… – Барон с тяжёлым вздохом опустил голову на руки, локтями стоящие на столе. А капитан быстро произнёс:
– У неё одна лодка, она плывёт по реке, сегодня к вечеру должна быть у замка. И там была ещё одна вещь, меня удивившая.
Капитан рассказал об убитых бандитах, оставленных на пристани. Барон ло Вадикано кивнул:
– Надо пригласить её сюда, я хочу с ней поговорить! А пока расскажи мне о ней. Да не стой, присаживайся, всё-таки ты скакал почти всю ночь, а в твоём возрасте…
Капитан усмехнулся, он был моложе барона на четырнадцать лет и сопровождал его как оруженосец в том походе за лес, в степи народа охотниц. Сколько ему тогда было? Пятнадцать лет, совсем сопляк, но судьба связала его с Брасси, так они не разлей вода и прожили все эти годы, даже сдружились, несмотря на разницу в возрасте. Ло Лависто сел в кресло напротив барона, устроился поудобнее и стал подробно рассказывать о событиях в таверне Больших Выселок: что там произошло и как вела себя эта девушка. Барон внимательно слушал, а когда капитан закончил рассказ, спросил:
– Ты говоришь, она грамотно дралась, да? И командовала своими товарищами? Она не может быть простой дикаркой, Асилита тоже выделялась среди своих соплеменников.
Ло Лависто кивнул, а ло Вадикано решительно произнёс:
– Я хочу её увидеть! Приготовь встречу!
Анита
Часть стены замка заходила в реку, образуя небольшой, защищённый затон, куда и вошла лодка Аниты в сопровождении лодок баронской стражи. Эта маленькая гавань была намного меньше, чем в Больших Выселках, но оборудованная гораздо лучше – тут был не просто причал, а пологие каменные спуски к воде, по которым лодки можно было втащить на берег. Но лодку Аниты не стали вытаскивать, только пришвартовали у каменного причала, но это не успокоило девушку, судя по внешнему виду и вооружению, солдаты барона были хорошо обучены и противостоять им девушка и её спутники не смогли бы. Настораживало ещё и то, что пригласили в замок (и это приглашение больше напоминало приказ), ведь Харасин говорил, что пошлину берут прямо на реке и эта процедура не отнимает много времени.
В большом зале, куда привели Аниту и её друзей, за большим массивным столом, заполненным очень аппетитно выглядевшей и пахнущей едой, сидел сам барон и, как
