Если не мне то кому же? – деланно равнодушно пожал плечами Наместник. – Нам нужен сейчас единый центр. Новая столица. И это по всему – Грейбрис. Можем и переругаться, но тогда все кончится еще большей кровью и окончательным распадом Триградья. Ты этого хочешь?
Но Крейган не купился на провокационный вопрос. Взгляда он тоже не отводил.
Где прочие? Или ты полагаешь стать самопровозглашенным правителем Триградья?
Между прочим Биргер уже в курсе. Он сам не захотел приехать. Может, занимается драками с летучими отрядами конных стрелков? Это не важно.
Что же предлагает нам Царство?
Молотеев встрепенулся и заученно выдал:
Мирное соглашение. Царство прекращает всякое... вмешательство в дела Триградья. Кроме того, Царство обязуется выплатить репа...репра...
Репарации, – вежливо подсказал альбинос. Молотеев, показывая себя никаким дипломатом, кивнул:
Ага... аще того, Царство обязуется помогать молодому соседу в обмен на укрепление торговых связей, денежные ссуды... подавать дружнюю помощь противу внутренних врагов.
Крейган первым сообразил:
Вот как? – он поглядел на невинно наблюдающего альбиноса. – И откуда же все становится известно острову Харр? Вы надо думать, тоже что-то хотите предложить Наместнику?
Он имеет все шансы стать ядром, удерживающим Триградье от распада, – пожал плечами Корнелий, даже не пытаясь скрыть своей миссии. – Остров Харр считает, что распад Триградья повлечет за собой очень неприятные последствия для всех северных земель. Это недопустимо. Поэтому мы готовы оказать некоторую финансовую поддержку в обмен на ряд услуг.
Наместник едва не прыгал от радости, глядя на вытягивающееся лицо Крейгана. Сейчас он уже не забивал себе голову вопросом – что же заставило Харр вмешиваться? Главное, что они вмешались вовремя.
Хм. И я вернусь к началу разговора – какая причина ваших поступков?
Причина останется при нас, – твердо ответил посол. – Это тайна. Единственное, что могу сказать – расстановка сил между государствами в ближайшее может измениться в сторону которая нас не устраивает. Особенно после произошедшего, как следствие магической войны, катаклизма – отразившегося и на нашем острове.
Магической войны? – удивился Крейган. – Вы считаете, что маги утратили силы из-за борьбы Царства и Триградья?
С улыбкой, как бы говорящей «я все сказал» альбинос развел руками.
По существу наши милые шалости, как это назвал ты, Крейг, это определение уровня грядущего кровопролития, – Наместник демонстративно поежился. – Мне не хочется, чтобы из-за глупостей правителей гибли простые люди. А глупостей впереди будет много. Надлежит договориться с Синетрией и Хёргэ. Надлежит взять под контроль шатающиеся по стране отряды солдат-дезертиров, воинов и все тех же наёмников Заголосья, которые так отравляют тебе жизнь. Ты можешь либо согласиться, Крейг, и выступить на равных правах с нами, или отказаться. И тогда окажешься один против многих тысяч.
Ты так хочешь получить власть? А как же избранность и благородство королевских кровей? Эйстерлин? – пропуская мимо ушей попытки давить авторитетом «многих тысяч», поинтересовался Крейган.
Наместник широко осклабился:
Еще дед мне сказывал старую-престарую байку, откуда пошел королевский род. Пропуская красивости и хрипение оригинала, рассказанного пращуром, я раскрою её сущность.
Ну и откуда же, по мнению твоего деда, пошел королевский род? – Крейган был настроен скептически.
Думаете от Богов? Избранные? Ха! Когда людишки только выучились делать оружие и с яростью истребляли друг друга, они весело грабили чужое добро. Ну, прям как сейчас в цивилизованном мире! Токмо лозунгами не прикрывались, ибо, как я уже говорил, не имели в головах заумного дерьма.
Становишься банальным, – поморщился Крейган. – Не повторяйся.
Добро делили поровну. Долго такой порядок вещей всех устраивал. Пока однажды первый из воинов в дружине не взял себе большую часть. Молча взял и взял. Второй по силе воин возмутился и потребовал честного дележа. И был разрублен. От башки до яиц, хе-хе. А остальные смолчали. Понимаете меня? Не кинулись на сильнейшего и не разорвали его. Остальные – знавшие, что они слабее, просто приняли такой порядок вещей. В обмен на то, что самый сильный обеспечит им в случае чего защиту друг от друга. Первый всегда получает больше! Первый стал королем. А его лизоблюды состряпали сказку про Избранность Богами!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Истинно так, – неожиданно добавил альбинос. – Разница между людьми и богами в том, что боги слагали мифы о себе еще при жизни. И в этом мы полностью готовы помочь вам.
О! Эй, университет, вишь чего тебе умные люди говорят? – со значением поднял палец Наместник. – Ты один, похоже, сомневаешься. Цекут?
Я с вами. Ежели Дракон мертв, то надо жить дальше, – предводитель Косарей выглядел вполне убежденным. Его вообще было легко в чем-то убедить. Крейган всерьез задался вопросом, как такой недалекий человек мог стать предводителем одного из драконьих крыл.
Золотые слова, – сказал харранец, взявший на себя роль подпевалы Эйстерлина. – Надо жить дальше.
Крейган углубился в свои мысли, нервически покусывая губу. Все молчали.
Если сейчас откажешься, Крейг, то придется, потом быть самому. Совсем.
Если сейчас соглашусь, то фактически признаю твою власть.
Наместник соболезнующе покачал головой.
Так, что?
В сущности, мне наплевать на твою власть. Но я не собираюсь довольствоваться обещаниями. Особенно сейчас, когда на моих глазах уходит целая веха. А я нерешительно отношусь к новым веяньям. Для того чтобы я согласился на вашу авантюру, нужно кое-что весомое.
Золото?
Много. Очень много золота нужно, чтобы я преодолел собственную внутреннюю робость.
Альбинос снисходительно взглянул на Крейгана и тихо хмыкнул. Должно быть, подумал о продажности этих жадных дикарей. Наместник же выглядел целиком и полностью довольным.
Есть, – возбужденный Зебарий появившись из-за поворота облупившейся халупы, подскочил к чинно сидящей на лавочке Велари. – Они появились!
Велари оторвалась от чтения тонкой книги в кожаном переплете и, не глядя на Зебария, ровно спросила:
О чем речь? Кто появился?
Зеб присел рядом и, сдерживая желание сейчас же бежать писать отчет Наместнику, кратко изложил:
Мой человек прислал с почтовым голубем донесение. На востоке, неподалеку от Лейтны не далее чем вчера ночью сожгли сторожевой кордон.
Велари снова углубилась в чтение. Модная широкополая шляпа и спадающие на плечи и воротник, шелковистые пряди темно-русых волос скрывали выражение зеленых глаз. Зебарий сидел достаточно близко, лишь чтобы оценить легкий аромат герани, исходящий от дивных волос.
«И когда успевает за волосами глядеть? Ишь, какая расселась – ногу на ногу! Читает! Грамотная! Одно слово баба! Белоручка. Даже здесь среди загаженного городка, среди помета, навоза и сранья, сидит себе на лавочке да книгу в белых рученьках тискает! Личко шляпой прикрыла – знатная госпожа вишь ли! И не замарается. Баба! На кой она меня в эти Кобыляки приволокла? Ясно же, что не здесь Эмиль пропал...»
Велари читала долго. Посматривавший к ней в книжку Зебарий с трудом разбирал какие-то полузнакомые символы и непонятные рисунки.
«Магия... колдовские штучки».
Они сидели на лавке в тени раскидистой вишни. Гнездившиеся под крышами окрестных домов воробьи с веселым чириканьем обсели деревце. На углу кривой улочки, возле развешанных на веревках рубашек и штанов переругивались визгливо две прачки. Третья с видом морального превосходства в сторонке складывала обсушенные вещи в корзину. Звонкие перестуки доносились из каменной обители колесника. Крестьянки в грубоватых платьях с чепцами и платками на головах, проходя мимо, с любопытством поглядывали на необычную парочку. Девицы помладше украдкой вздыхали по дорогой одежде Велари. Парни просто пялили глаза на необычную девку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Велари читала. Зебарий бросал небольшие камешки в скачущих по земле голубей и сидящего на заборе кота, молча злясь. Птицы отпрыгивали в стороны, трепеща крыльями. Кот презрительно дергал полосатым хвостом, щурясь при попадании камешков и в целом игнорируя человеческую наглость.
