В перечне предков следует отметить два момента: все имена собственные употребляются со словом тубугу, за исключением предпоследнего, которое сопровождается словом табугу. Тубугу — существительное множественного числа, означающее «мои деды» (гу — суффикс и притяжательное местоимение первого лица); табугу означает «мой дед» (в единственном числе). Использование множественного числа в первой группе связано с тем, что каждый субклан обладает определенным набором имен собственных и каждый член этого субклана должен носить одно из таких родовых имен, хотя он может иметь и другое, не наследственное имя, под которым он более известен. Так, в первой части заклинания обращение направлено не к одному предку по имени Полу, но ко всем, кто обладал этим именем; маг взывает ко «всем моим предкам по имени Полу, всем моим предкам по имени Колеко» и т. д.
Второй характерной чертой, которая также является общей для всех таких перечней предков, является то, что последним именам предшествуют слова билумава-у билумам, которые в общих чертах означают (не вдаваясь в лингвистический анализ) «вы, новые балома», и затем перечисляются имена нескольких последних предков. Так, Багидоу упоминает своего деда Муакенува и своего отца Иована[108]. Это важно, потому что является прямым взыванием к балома: «О ты, балома» (в словосочетании «билумам» суффиксом м служит местоимение второго лица). В свете этого факта перечисление имен предков представляется скорее взыванием к родовым балома, нежели просто перечислением родовых имен, даже если эти имена и заключают в себе активную магическую силу.
В вольном переводе этот отрывок можно представить следующим образом:
«Сделайте это! Вызовите это! Добейтесь этого! Сделайте так, чтоб это пришло! Сделайте так, чтобы это пошло! Мои деды по имени Полу и т. д… И вы, последние
балома, дед Муакенува и отец Иована».
Этот вольный перевод все же допускает значительную долю двусмысленности, но следует определенно иметь в виду, что в мыслях самого человека, лучше всего знающего такую формулу, действительно существует такая двусмысленность. На вопрос, что должно прийти, а что пойти, Багидоу высказывал свое мнение только предположительно. Однажды он сказал мне, что здесь говорится о растениях, которые должны войти в почву; в другой раз он считал, что должны уйти вредители огорода. Являются ли «прийти» и «пойти» противоположными по смыслу, так же не ясно. Я думаю, что правильный перевод должен основываться на очень неопределенном значении у-ула, которое есть не что иное, как тип взывания. Считается, что слова здесь воплощают в себе определенную скрытую силу, и в этом их основная функция. Тапуала, в котором нет никаких двусмысленностей, объясняет основную цель заклинания.
Заслуживает внимания также и то, что у-ула подчинено некоторому ритму: симметрия, в которой расставлены четыре группы слов. К тому же, хотя количество повторений слова ватуви варьирует (я слышал произнесение этой формулы несколько раз), оно повторяется одинаковое количество раз в обеих симметричных фразах. Аллитерация в этой формуле, несомненно, также не случайна, так как она встречается и во многих других заклинаниях.
Я подробно остановился на этой формуле, рассматривая ее как типичный образец других, которые будут представлены без детального анализа.
Вторая формула, в которой упоминаются имена предков, произносится во время самого первого из серии следующих друг за другом обрядов при иовота, когда товоси определяет землю, на которой будут возделаны огороды. Эта формула начинается так:
«Тудава, Ту-Тудава. Малита, Ма-Малита», и т. д.
Здесь упоминаются имена двух далеких предков — героев обширного мифологического цикла. Утверждается, что Тудава некоторым образом является предком Табалу (наиболее высокорангового субклана, который правит в Омаракане), хотя нет никакого сомнения в том, что он относится к клану Лукуба (в то время как Табалу относится к клану Маласи).
К этим же двум предкам взывают и в другой формуле, которая произносится над определенными травами, используемыми в магии при посадках на огородах, а также над некоторыми деревянными сооружениями, которые возводятся только с магическими целями и называются камкокола. Эта формула начинается так:
«Каилола, лола; Каилола, лола; Каигулугулу; каигулугулу; Каилола Тудава, Каигулугулу Малита, Бисипела Тудава; бисила-и отокаикайя», и т. д.
В вольном переводе это означает:
«Опускайтесь вниз [о вы, корни]; входите [в землю, о вы, корни]; [помоги им] опуститься вниз, о Тудава; [помоги им] войти [в землю], О Малита; Тудава возносится [букв. превращается]; [Тудава] садится на
токаикайя (то есть на платформу для
балома)».
В системе земледельческой магии Омараканы нет специальных упоминаний о каких-либо священных местах поблизости от деревни[109]. Единственное ритуальное действие, выполняемое во время церемонии и связанное с балома, не очень существенно. После произнесения соответствующего заклинания над первым таро, посаженным на балеко (огородный участок, хозяйственная единица и объект магических заклинаний), маг сооружает миниатюрную хижину и ограждение из сухих веток; это называется си буала балома («жилище балома»). Над ним не произносится никаких заклинаний, не удалось мне обнаружить и никакого предания или добиться объяснения смысла этого странного действия.
Другим, гораздо более важным обращением к балома, хотя оно и не связано с обрядом, является приношение, или подношение, духам ула-ула, платы за магию. Ула-ула передается товоси (магу, ответственному за огороды) членами общины и обычно состоит из рыбы, но это могут быть также орехи бетеля или кокосовые орехи, а в настоящее время еще и табак. Все это выставляется в доме мага; рыба, составляющая только небольшую часть всего подношения, насколько мне известно, пред этим приготавливается. В то время как маг читает в своем доме заклинания над магическими снадобьями и другими принадлежностями перед тем, как взять их на огород, ула-ула, подносимая балома, должна быть выставлена где-то рядом с заговариваемым материалом. Это подношение ула-ула для балома не является отличительной особенностью одной лишь земледельческой магии Омараканы, оно встречается также и во всех других магических системах.
Другая система (момтилакаива), о которой уже упоминалось, имеет только одну формулу с перечнем имен балома. Так как она похожа на приведенную выше — отличаются лишь сами имена, — то я ее опускаю. Однако в этой системе магии роль балома гораздо более выражена, ибо в одном из основных обрядов, в ритуале камкокола, делается подношение им. Камкокола — это большие, громоздкие сооружения, состоящие из вертикальных столбов от 3 до 6 метров в высоту и наклонных шестов такой же длины, упирающихся в вертикальные. Два боковых наклонных шеста камкокола своими верхними концами укрепляются в развилине (между стволом использованного дерева и основанием ответвлявшегося от него сука) на вершине вертикального столба. Если на них смотреть сверху, то эти наклонные шесты оказываются под прямым углом друг к другу, а невидимый вертикальный столб приходится на вершину угла, т. е. сверху такая конструкция напоминает букву L, а сбоку — греческую букву λ. Эти сооружения не имеют никакого практического назначения, их единственная функция — магическая. Они образуют, так сказать, магическую модель втыкаемых в землю подпорок для стеблей таиту. Хотя камкокола представляют собой сугубо неутилитарные сооружения, их возведение требует значительного труда. Очень часто тяжелые столбы приходится приносить издалека, так как вблизи деревень, в низкорослых зарослях, которые вырубаются каждые четыре-пять лет, крупных деревьев очень мало. Неделями мужчины заняты поисками подходящих деревьев, их валкой и доставкой на свои огороды для сооружения камкокола. Часто возникают конфликты из-за обвинений в краже столбов.
