и даже звезды Болливуда. Лизу же удивляло соседство современных отелей, променадов на европейский манер, небоскребов с затейливыми бассейнами, ресторанов и ресторанчиков всяких мастей с грязными улицами и нищими кварталами. Но зато, доехав на такси до Дадара можно было пересесть на тук-тук. Эти тук-туки или, как их еще называют, темпо, не допускались в южную, деловую, часть города, где жила Лиза. Передвигаться на темпо было прохладно, потому что фривиллер, то есть трехколесный крытый мотороллер, не имел дверей вовсе, но небезопасно, особенно если попадался водитель лихач или дикарь, который не сбавлял скорости на крутых поворотах (возможно из-за отсутствия тормозов). Заносило на повороте многих, переворачивались не каждый день, ну а разбивались не чаще раза в месяц. В общем, это был рисковый аттракцион, как и многие другие аттракционы в индийской жизни.
Иногда они бродили по широкому пляжу и смотрели, как садится солнце, а потом заходили куда-нибудь поесть. Вихану нравилась итальянская кухня, он называл себя эгетарианцем15, хотя любил поесть и карри с курицей. Он не часто ходил в храм, собственно, как и большая часть знакомых Лизе индусов. Индуизм был для него не столько убеждением, сколько частью образования, как, например, физика с законами движения тел и частиц.
– Религия – это пунктирная линия, по которой должна выстраиваться причинно-следственная связь поступков, и случайное карри с курицей или бутылка пива не могут повлиять на убеждения человека, поступки и отношение к другим людям, – так он говорил.
Он привез Лизу в небольшой ресторанчик, и они заняли в патио столик с видом на море. Солнце постепенно погружалось в воду. Жара унималась, и на влажный, черный от грязи песок медленно накатывал прилив, принося с собой относительную прохладу. Лиза глядела на город, который надвигался на море небоскребами. Почти все эти дома были жилыми.
– Интересно, каково это жить на пятидесятом этаже? – рассуждала она вслух.
Но Вихан ее не слушал, он был необычайно серьезен, то внимательно рассматривал ее браслеты и кольца, то прятал глаза.
– Тебе так идет индийская одежда, Чандрани, здесь ты просто расцвела. Я помню, какая ты была на корабле в России – бледная и немного угловатая, – он говорил, слегка прищурив свои глаза с длинными ресницами, взгляд которых скользил мимо Лизы.
Потом он замолчал, и глаза потупились; длинными тонкими пальцами одной руки он отбивал ритм по столу, другой подпирал голову. Лиза заказала напитки и тоже притихла, предчувствуя неприятный разговор. Она думала о том, что известие об их связи, наконец, до всех дошло, может даже, с помощью Сагми, пекущегося о благополучии семейства Пателов. Наверняка ситуация была усугублена многочисленными родственниками, которые на своих посиделках все это обсуждали, разводили руками и выразительно, по-индийски, качали головой. И уж точно кто-нибудь из них вычислил по звездам, что и пожар на корабле произошел неслучайно, это было карой за связь с иностранкой. И теперь от ее возлюбленного мало что зависит, – решила Лиза.
– Я женат, – начал Вихан, – больше десяти лет. Мы дружили с детства, Рашми всегда была независимой и любопытной девчонкой, она даже играла в крикет. Когда пришло время получать образование, родители решили нас поженить и отправить учиться в Англию. Незамужняя девушка одна не может уехать за границу.
Лиза опустила глаза, она и так знала, что он женат. Выходит, стал еще женатее. Голос его казался холодным и отстраненным, в нем даже появились незнакомые нотки раздражения.
– Моя жена, – продолжал Вихан, – из богатой семьи, наша семья тоже знатная, но не такая богатая, хотя у нас всегда была земля, поэтому, когда мне еще и пяти не было, наши родители заключили договор о намерении поженить нас. Это серьезный договор, он дал возможность моему отцу и его брату брать большие кредиты и строить на земле. Мое образование стоило денег, и младший сын моего отца до сих пор не работает, учится то там, то сям, ищет себя. Его тоже надо содержать. В Индии принято подходить к браку практично, – он избегал глядеть Лизе в глаза. – Хотя мы не были все время вместе, в Англии учились в разных местах и жили порознь, только на праздники домой приезжали вместе.
– Ты любил ее? – с горечью произнесла Лиза.
– Я тогда не знал, что такое любовь. Мне просто было интересно, Рашми красивая женщина, и на нее все обращали внимание. У нас и сейчас хорошие отношения, но мы не часто видимся.
– А она тебя любит?
– Не знаю. Муж по индийской религии – это земной бог, и ни одна женщина не скажет, что она не любит своего мужа. Дело не в этом. Этот брак устраивает многих людей, и они не хотят ничего менять.
– Как у вас все запутано, – вздохнула Лиза, но Вихан перебил ее.
– Сейчас Рашми в больнице, и я обещал, что не буду с тобой встречаться, пока она не поправится. Ты не обижайся, я просто не хочу врать тебе. Все образуется.
Лиза улыбнулась, хотя в горле застрял ком, она была уверена, что с Рашми ничего серьезного, просто это способ привлечь к себе внимание. Так сказать протест, ведь терять всегда жалко, а тем более такого мужчину, как Вихан. А она, Лиза, чужая в этой стране, интересно, какое она место занимает в их иерархии. Его родня, наверное, перемыла ей все кости, когда Сагми (а кто ж еще) показал им фотографии с моряками. Она резко встала и случайно опрокинула стакан с коктейлем. Вязкая жидкость тонкой струйкой стекала со стола, и никто не подошел убрать разбитый стакан.
– Собственно, я собираюсь уезжать. Совсем скоро, – она нервно перебирала содержимое своей сумочки, искала сигареты, которые она иногда покуривала.
Хотелось убежать, испариться. Она ведь и раньше знала, что все может оборваться в любой момент, но заигралась, поверила в счастливый финал, как в болливудском кино, – обаяние Индии. Наконец она собралась с мыслями, и решила отплатить за унижение.
– Ты как буриданов осел между двумя копнами сена, – сказала она. – У вас это называется царевич Арджуна, обуреваем сомнениями на поле предстоящей битвы между родственными племенами: можно ли добыть победу, принеся в жертву кого-то из близких? Но в отличие от осла, который не смог сделать выбор и помер от голода, у Арджуны, как и положено на Востоке, был духовный учитель – возничий Кришна. И Арджуна осуществил свою миссию – выиграл битву. И твои родственники тебе подсказывают, в чем твоя миссия. Наверное, Арджуной быть лучше, чем Буридановым ослом.
Вихан глядел на Лизу с недоумением, ей показалось – просто обалдел.
