Сближение сторон в сирийском конфликте осложняло то, что по своим масштабам он вылился в гражданскую войну. Об этом объявили как Международный Комитет Красного Креста, так и ООН. Противники режима Б. Асада стали говорить, что теперь и к Сирии вполне применимы положения международного права о военных преступлениях, а Грегори Стэнтон — руководитель организации Genocide Watch и экс-президент Международной ассоциации исследователей геноцида, заявил, что режим Башара Асада проводит в стране политику геноцида.{219}
17 февраля 2012 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, выражавшую осуждение режима Башара Асада и полную поддержку требований ЛАГ. За резолюцию проголосовали 137 государств, 17 государств воздержались, против — 12 государств: Россия, Китай, Иран, Венесуэла, КНДР, Боливия, Белоруссия, Зимбабве, Куба, Никарагуа, Эквадор, Сирия.{220}
Хотя в поддержку центрального правительства Сирии в ООН выступил только ограниченный круг государств, гораздо большее их число заявило о неприемлемости варианта внешнего вооруженного вмешательства в эту страну. В частности, 7 июня 2012 г. страны-участницы Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) приняли декларацию, в которой предостерегли Запад от военных операций в Сирии и Иране.{221}
Итак, западные и восточные державы отстаивали противоположные друг другу позиции по сирийской проблеме. Так, в Женеве 30 июня 2012 г. состоялась международная встреча по Сирии. В ней приняли участие главы ООН и Лиги арабских государств, министры иностранных дел России, США, Великобритании, Китая, Франции, Турции, Ирака, Кувейта, Катара и руководитель дипломатии ЕС. На этой встрече и позже Москва на основе своей принципиальной позиции предложила провести конференцию по Сирии, чтобы в ней, кроме первоначального списка участников (тех, кто был в Женеве 30 июня), фигурировали еще и все влиятельные внешние партнеры, в том числе Саудовская Аравия, Иран и Организация исламского Конференции ОИК{222}.
Министр иностранных дел РФ С. Лавров при этом постоянно подчеркивал, что ныне сложившийся диалог «не является деловым подходом» и не помогает делу, что и с Ираном, и с Саудовской Аравией нужно разговаривать, что Кофи Аннан и делает. Но было бы гораздо полезнее, чем просто привлекать их потом на разовой основе через Кофи Аннана, пригласить их, чтобы они сидели за тем же столом переговоров и помогали вырабатывать дееспособные решения».{223}
На взгляд С. Лаврова, последние события показали, что некоторые западные партнеры Москвы «недоговороспособны». При этом Запад уже открыто шантажирует Россию своим проектом резолюции, разрешающим вооруженное вторжение в страну. Однако Москва все еще рассчитывает договориться с коллегами по Совбезу ООН о выработке единой позиции по Сирии.{224}
Неуступчивость Запада в его жестком давлении на оппонентов по сирийской ситуации особенно проявлялась в период обострения ситуации в Сирии. Так, в июле 2012 года вооруженные отряды оппозиции установили контроль над пограничными пунктами на иракской границе, а также на двух заставах — на турецкой. В результате взрывов и покушений погибли десять высокопоставленных силовиков сирийского правительства, включая МО и руководителей разведки. Кроме того, ее вооруженные группы появились на окраинах Дамаска. В данной связи сирийские повстанцы объявили о начале тотальной наступательной операции против правительственных сил под названием «Вулкан в Дамаске — землетрясение в Сирии»{225}.
Этой ситуацией пытались воспользоваться западные державы, поставившие в СБ ООН на голосование английский проект резолюции, предусматривавший ввод иностранных военных контингентов в Сирию, но и на этот раз РФ и КНР наложили вето на данный проект и предложили продление на 45 дней мандата комиссии наблюдателей ООН во главе с Кофи Аннаном. То есть расхождение в подходе к сирийскому вопросу со стороны Запада, с одной стороны, и России и КНР — с другой, сохранилось и даже ужесточилось. Палата представителей Конгресса США приняла поправку к проекту военного бюджета страны, запрещавшую Пентагону сотрудничать с российской госкомпанией «Рособоронэкспорт» в связи с тем, что она якобы осуществляла поставки вооружений правительству Сирии. В поддержку этого решения, которое было оформлено как один из пунктов проекта военного бюджета Соединенных Штатов на 2013 финансовый год, высказались 407 законодателей, против — пять. Причем американские законодатели продемонстрировали решимость наказывать своих оппонентов, если они выступают против позиции Вашингтона. Как раз полемика по сирийскому вопросу и послужила таким поводом для санкций: голосование в нижней палате Конгресса США состоялось спустя несколько часов после того, как Россия и Китай наложили вето в Совете Безопасности ООН на проект резолюции по Сирии, подготовленный западными странами. Так же жестко в Вашингтоне и западноевропейских столицах отреагировали на сообщения из Дамаска о возможности использования химического оружия, если страна подвергнется внешней вооруженной агрессии{226}. При этом в ходе голосования 20 июля 2012 г. Совет Безопасности ООН единогласно продлил миссию наблюдателей ООН в Сирии на 30 дней, но, как заявила постоянный представитель США при ООН Сюзан Райс, только для того, чтобы подготовить ее вывод из страны. Она сказала: «Мы надеемся, что при этом выводе приоритет будет отдан сотрудникам ООН, занимающимся вопросами безопасности… США рассчитывали, что Совет безопасности ООН примет проект резолюции, предусматривавший санкции против Сирии, что, по ее словам, помогло бы обеспечить успех миссии»{227}.
В 2013 году ожесточенное внутреннее противоборство в Сирии продолжилось. Вплоть до мая военные действия между правительственными войсками и подразделениями разношерстной оппозиции происходили практически во всех провинциях страны. Это еще более разрушало Сирию экономически и как единое многонациональное сообщество. Спекулируя на этом, внешние оппоненты режима Башара Асада усиливали давление на Дамаск, чтобы вырвать власть из рук правящего режима и передать ее оппозиционерам, связанным с проамериканскими режимами Катара и Саудовской Аравии и членом НАТО — Турцией. Активно в травлю правительства Ас ад а включился Вашингтон, угрожавший расширить поставки вооружений и предоставление финансовой помощи сирийским оппозиционерам. Москва предприняла защитные меры, послав в восточное Средиземноморье группу военных кораблей и продолжая поставки вооружений Дамаску по прежде заключенным контрактам. Она настаивала на проведении переговоров между противоборствующими сторонами для политического разрешения внутреннего сирийского конфликта. Таким образом раскачивались дипломатические качели политических действий мировых держав в отношении Сирии.
В конце мая 2013 года правительственные войска предприняли обширные наступательные операции против вооруженной оппозиции в различных провинциях страны. Крупномасштабное наступление было развернуто сразу на четырех фронтах: в Эль-Кусейре (провинция Хомс), в провинции Хама, в районе Барзе в провинции Дамаск и в Дераа на юге страны рядом с Иорданией.{228}
Но главным пунктом наступательных операций оказался город Эль-Кусейр, где проживали около 25 тысяч человек. Он около года находился в руках вооруженной оппозиции. Город расположен вблизи границы с Ливаном и имеет важное стратегическое значение. Через этот регион на сирийскую территорию для оппозиционных вооруженных формирований перебрасывалось до 60% оружия и боевиков (после того как сирийская армия с тяжелыми боями несколько ослабила каналы переброски вооружений через турецко-сирийскую границу в район Алеппо, а также через сирийско-иорданский пограничный участок). Сирийско-ливанский пограничный регион фактически стал ведущим пунктом поставок оружия извне. Занятый оппозиционерами район Аль-Кусейра по существу отсекал Дамаск от побережья. Более того, согласно оценке Тель-Авива и Вашингтона, до 80% тяжелых видов вооружения, переданных в Ливан Ираном и Сирией для враждебной Израилю шиитской военизированной организации «Хезболла», шли через Эль-Кусейр.
Осада Эль-Кусейра правительственными войсками длилась несколько недель. Сирийская армия сражалась с тысячами боевиков организации «Джабхат аль-Нусра», которая является ячейкой «Аль-Каиды» в Сирии. Следует отметить, что в этой операции снова проявилась конфессиональная конфронтация между воюющими сторонами. В боях за Эль-Кусейр на стороне сирийской армии воевали подразделения ливанской шиитской организации «Хезболла». Ее глава шейх Насралла открыто признал участие его сподвижников в этих боях, ради защиты проживающих в окрестностях города религиозных меньшинств, прежде всего, шиитов. По данным ООН, в ходе операции были убиты и ранены более 1,5 тыс. человек. Город был полностью очищен от террористов.{229} Правительственные войска стали перебрасываться к Алеппо, Хомсу, а также в восточные районы страны.
