Читаем без скачивания В дебрях Камасутры - Светлана Славная

Личные апартаменты Каа-мы были оформлены в соответствии с ее высоким саном. В свое время Сонька изрядно порастрясла храмовую сокровищницу, устраиваясь на новом месте. Вначале ей остро не хватало таких приятных мелочей, как кондиционер, любимый гидродиванчик или видеопанель во всю стену со стереозвуком. Но со временем Сонька привыкла — кондиционер заменил отряд опахальщиц, гидродиванчик — массажистка с сильными и ловкими пальцами, а все остальное с лихвой компенсировал Брихадаранья, без устали придумывавший для своей богини все новые и новые развлечения. В ностальгическом порыве Сонька обошла всю комнату, любовно провела рукой по резному столику и, обняв расшитую золотом подушку, повалилась на роскошное ложе — как бы то ни было, здесь она провела не худшие восемь лет своей жизни.

Сонька не боялась, что кто-то застанет ее здесь: без особого разрешения никто не смел даже приблизиться к божественным апартаментам. Внимательно перебрав свое добро, она увязала самое ценное в небольшие мешочки и аккуратно спрятала под широким сарафаном. Переодеваться Сонька не стала, ей совершенно не хотелось, чтобы Варька с Гвидоновым узнали о ее походе в храм.

Отворив тяжелую дверь, богиня выглянула наружу. Ритуальный обед закончился, и в центральном святилище храма никого не было.

«Вот и славно, можно считать, я уже в джунглях, — обрадовалась экс-Каа-ма. — Теперь главное — разобраться с этой проклятой машиной времени».

И тут Сонька услышала странный гул. Он приближался, неся с собой несомненную угрозу, — грохот, треск, крики людей вырывались из общего рокочущего фона. Не в силах побороть любопытство, богиня осторожно выглянула на улицу и замерла, сраженная небывалым зрелищем. Перед храмом, разнеся в щепки крепкие ворота, бушевало людское море. Когда Сонька смогла разобрать суть того, что кричали ее бывшие адепты, ей стало не по себе:

— Долой Каа-му! Очистим родную землю от обмана!

Сонька попятилась от узкого оконца, недоумевая, что могло послужить причиной столь резкой перемены в настроении граждан. Сиротливая кучка служителей храма, вставшая на защиту своей богини, была безжалостно смята воинственно настроенными массами. Толпа угрожающе приближалась.

«Это конец», — отчетливо поняла Сонька.

И тут в проломе ворот появились верные «рыжие псы» Каа-мы.

— Ага! — Сонька сжала кулаки. — Сейчас они всем покажут, кто в храме хозяин!

Однако «верные псы» мигом сориентировались в обстановке и, скинув компрометирующие оранжевые одежды, быстренько замотали ими бритые головы на манер чалмы, органично вписавшись в народные массы. Круша все на своем пути, обезумевшая толпа ринулась в храм, лишая Соньку возможности скрыться. Вот уже первые ряды приближаются к святилищу...

Сонька в панике заметалась и кинулась к люку, в недрах которого жертвы «реинкарнации» обретали «последующую жизнь».

— Да это же Каа-ма... Стой, не уйдешь! — исступленно взвыл мускулистый мужик, первым ворвавшийся в сердце храма.

Сонька буквально взлетела на возвышение и, явив миру прощальное чудо, исчезла в черном провале. Почувствовав под ногами опору, она захлопнула крышку люка, замкнув ее тяжелым засовом. Боясь оглянуться, бывшая богиня помчалась вперед по узкому подземному коридору. Вот и просвет. Оказавшись в джунглях, Сонька продолжала бежать и бежать, не останавливаясь, пока, споткнувшись о какую-то корягу, не улетела в овраг. Тяжело дыша, Сонька лежала на мягкой подстилке из листьев и прислушивалась. Кажется, ее никто не преследовал. Золотые изображения оказались для разгневанных адептов привлекательнее живой ипостаси. Проверив, на месте ли увязанные под сарафаном сокровища, бывшая богиня отряхнулась и, неуклюже прихрамывая, пошла к машине времени.

ГЛАВА 19

Варя с Егором без труда отыскали дом Бахадура; уютно расположившийся в тени роскошного сада. С тех пор как они были здесь в последний раз, мало что изменилось — несколько смущали лишь распахнутые настежь ворота. Постучав для приличия в отворенную створку, ребята пошли по выложенной мелкими камнями дорожке. Хозяина не было видно. Возле забора сиротливо ютились клетки со скворцами и попугаями, и обучать их говорению сегодня явно никто не собирался.

Из глубины сада доносились многоголосые рыдания и всхлипывания. Встревожившись, ребята поспешили на звук и с удивлением обнаружили, что вся женская половина дома собралась около резной беседки и дружно хлюпает носами, промокая глаза шелковыми платочками.

— Произошло что-то ужасное, — констатировала Варвара и поспешила к заплаканным женщинам. Егор бросился за ней, чуть не споткнувшись по пути о валяющуюся карусель, почему-то выкорчеванную из земли.

— Мудрые странники! — зашумели женщины, узнав ребят. — Проходите, проходите... Вы, наверное, прослышали о посетившем наш дом горе?

— Нет, мы ничего не знаем, — виновато покачала головой Варвара. — Что случилось?

— Наш отец... — начала старшая сестра Бахадура, но не выдержала и снова разрыдалась.

— Что, еще кого-то клюнул? — осторожно уточнил Егор.

— О нет, что вы! Та глупая и злобная птица, оказывается, вовсе не наш отец.

— Не может быть! В смысле, как вы об этом догадались?

— Так он сам нам сказал.

— Павлин?

— Нет, дядюшка кшатрия.

— Гиббон?!

— Вы не понимаете, — всхлипнула сестра Бахадура. — Отец и почтенный сосед вернулись домой в своем прежнем, человеческом облике...

— Так это они сломали карусель? Сильно же они на вас разозлились. Неужели за неудачную реинкарнацию? Да вы не расстраивайтесь, с каждым может случиться. Я считаю, вашей вины здесь и вовсе нет: не вы же проводили обряд!

Сестра Бахадура всплеснула руками и зашлась в новом приступе слез. Молоденькая племянница попыталась прийти ей на помощь:

— Вы опять неправильно поняли. Карусель сломал сам Бахадур. А наш бедный отец и сосед — они... они...

Не в силах говорить дальше, девушка обернулась к беседке. Женщины расступились, Егор с Варей подошли ближе и увидели два тела, со скорбной торжественностью убранные цветами. Они были такие сморщенные и высохшие, что сильно смахивали на мумии.

— Да это же Бандар-Логи, которых я искупала в своих котлах! — охнула Варя и схватилась за голову. — Что же с ними произошло? Ведь еще позавчера они были молоды и здоровы! Нельзя было погружать людей в состав, не успевший пройти полной экспериментальной проверки, это я во всем виновата...

— Вы что-то путаете, милая Варвара, вы ни в чем не виноваты. Во всем виновата богиня Каа-ма, — горестно произнесла тетушка Бахадура. — Оказывается, никакая она не богиня...

— Простите, — вклинился Егор. — Это вам, случайно, не наш Светоч Мудрости объяснил?

— К сожалению, мы давно не видели вашего Всемудрейшего Учителя. Пришлось Бахадуру доходить до истины собственным умом.

— Как жаль, — вздохнул Егор. — Мы весьма сочувствуем вашему горю, но нам пора...

— Мы не можем просто так уйти, — зашипела Варя ему в ухо. — Я должна осмотреть тела, понять, что сделала не так... Понимаешь, я чувствую себя виноватой!

— Если бы не твои котлы, эти люди вряд ли обрели бы счастливую возможность умереть дома, — отрубил Егор. — Ты им подарила несколько лишних дней жизни, они были снова молоды, сильны и счастливы. Тебе не в чем себя винить.

— И все же... — попыталась возразить Варя.

— Главное сейчас — найти учителя, — не дал ей договорить Егор. — Вот разыщем его, тогда и предавайся самобичеванию сколько угодно.

Не став дожидаться Бахадура, ребята поспешили в храм.

— Верховного жреца уже нет в живых, Каа-ма перевоспиталась и сидит в дупле баньяна, так что опасаться нам вроде бы некого, — рассуждал Гвидонов.

— Интересно, не вернулись ли «рыжие псы», — поежилась Варя.

— «Рыжие псы» без Соньки — шакалы.

— Все же нам стоит соблюдать осторожность. Хорошо бы найти Амиру, она добрая девушка, да и учитель наш был ей небезразличен.

— Необъятная дочка няньки маленького Мозгопудры? — улыбнулся Егор. — Боюсь, ее матушка теперь осталась без работы.

Они миновали площадь и вновь углубились в лабиринт улочек.

— Что это за шум впереди? — с тревогой проговорила Варя. — Похоже на праздничный митинг...

— Скорее — на капитальные работы по расширению дорог, — возразил Егор, прислушиваясь к гулким ударам. — Этак они от своего города камня на камне не оставят!

Сзади раздался топот бегущих ног. Ребята едва успели отскочить в сторону: мимо промчались какие-то люди, вооруженные чем попало.

— Вы куда? — закричал им вслед выскочивший из-за угла водонос.

— К храму Каа-мы. Богиня низложена, реинкарнации отменяются, нужно успеть получить компенсацию за напрасные жертвоприношения.

— А что, там выдают компенсацию?

— Не выдают, а забирают, дурень!

Гвидонов восхищенно присвистнул:

— Прикинь, Сыроежка, да это же настоящая революция! Трудовой народ с подручными инструментами наперевес штурмует оплот Каа-мы.