«На наших материалах построено указание Меркулова, — проворчал про себя Виктор Семенович. — Быстров мне уже докладывал об этом шпионе. Молодцы ребята — быстро вычислили «крота», для которого немцами была построена роскошная «берлога».
В документе говорилось:
Германская военная разведка при отступлении немецких войск в последнее время практикует оставление в тылу наступающих частей Красной армии своей агентуры с разведывательными и диверсионными заданиями в специально оборудованных и хорошо замаскированных землянках. Землянки эти сооружаются в лесистой местности вблизи основных коммуникаций, по которым передвигаются наши войска и идет снабжение фронта…
В марте с.г. на Ленинградском фронте при попытке легализоваться в одной из частей Красной Армии органами ВКР СМЕРШ совместно с сотрудниками НКГБ был арестован активный германский шпион Полищук-Бойко М.А.
На допросе лазутчик показал, что 20 февраля 1944 года он, при отступлении немцев был оставлен германской военной разведкой в районе деревни Васьково, что в 12 км от города Дно, для проведения шпионской работы в тылу советских войск.
До ареста Полищук-Бойко скрывался в специально подготовленной для него немцами землянке, вырытой в лесу в одном км от деревни Васьково.
Землянка состояла из двух комнат размером 5 на 3 метра и высотой в два метра. Имела деревянный настил и такое же перекрытие, засыпанное сверху толстым слоем грунта до уровня земной поверхности. Освещалась через маленькое окно, выходившее наружу под ствол сосны, которое на ночь закрывалось деревянной рамой. Отапливалась землянка железной печкой. В одной из комнат стояло две кровати, под одной из которых имелся потайной, хорошо замаскированный подземный ход длиной в 65 метров, выходивший в густые заросли. По этому ходу можно было быстро и свободно передвигаться под землей, слегка согнувшись.
Вход в потайной коридор закрывался специально приспособленными массивными плитами из дерева. Проникнуть в землянку изнутри потайного хода было практически невозможно. Землянка была тщательно замаскирована и обнаружить ее с расстояния 3-х метров довольно сложно.
При аресте Полищука-Бойко в землянке были изъяты:
— радиостанция,
— оружие,
— шестимесячный запас продовольствия,
— фиктивные документы,
— крупная сумма денег.
Агенты, оставленные германской военной разведкой в подобных землянках, были выявлены и в других освобожденных от противника районах.
Исходя из вышеизложенного, предлагаю:
1. Учесть в своих мероприятиях по выявлению и изъятию немецкой агентуры на освобожденной от противника территории необходимость поисковых операций…в районе дорог и подходов к основным коммуникациям, по которым передвигаются наши войска и идет снабжение фронта.
2. Приобрести розыскную агентуру в населенных пунктах, расположенных вблизи коммуникаций Красной Армии, в первую очередь из среды проверенных лесников, объезчиков, охотников, сторожей и пастухов, направив ее на розыск оставленной в нашем тылу вражеской агентуры…
Другим программным документом, который взял в руки Виктор Семенович была Директива Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей Красной Армии № 15/10-002196 от 22 апреля 1944 года начальникам войск НКВД по охране тыла фронтов — «Об улучшении руководства боевыми операциями по борьбе с бандитизмом».
В ней говорилось, что части войск по охране тыла 1-го Украинского и 2-го Белорусского фронтов при выходе на освобожденную от противника территорию западных областей Украины столкнулись с активно действующей «Организацией украинских националистов» (ОУН) и многочисленными вооруженными бандами так называемой «Украинской повстанческой армии» (УПА).
Дальше давались подробные рекомендации по организации и проведению борьбы с воинствующим крылом украинских националистов.
Он внимательно прочел документ, наложил короткую резолюцию, адресованную исполнителям, и позвонил начальнику Управления КР СМЕРШ 1-го Украинского фронта генерал-майору Осетрову.
Абакумов поинтересовался оперативной обстановкой.
— Николай Алексеевич, что нового по розыску агентуры и результатам борьбы с оуновскими бандитами?
— Виктор Семенович, работа продвигается. Армейские чекисты с помощью частей Красной Армии, войск НКВД и при поддержке местного населения, думается, скоро покончат с террористическим нацподпольем, — прозвучал короткий рапорт руководителя СМЕРШ фронтового масштаба.
— Нет, ты мне соловьем не заливайся и не делай розовых прогнозов. Как известно, прогноз — дело неблагодарное. Скажи конкретней, что сделано за последние месяцы? — на сей раз у Абакумова появились стальные нотки в голосе.
Осетров, однако, быстро нашелся. То ли ждал он этого звонка, то ли случайно на столе лежали нужные документы, но начальник УКР СМЕРШ фронта стал бойко и чеканно исповедоваться перед всесильным хозяином военной контрразведки в ранге заместителя НКО:
— В полосе 1-го Украинского фронта только за март — апрель 1944 года органы СМЕРШ совместно с войсковыми подразделениями провели сто шестьдесят шесть боевых операций против оуновского подполья в районах освобожденных от гитлеровских захватчиков. В этих операциях было разгромлено сорок семь бандитских групп, убито и захвачено девятьсот тридцать бандеровских головорезов, обнаружен шестьдесят один склад с оружием и боеприпасами, — трубка на мгновение сделала паузу, которую, может быть на радость отвечающего подчиненного, прервал добродушным одобрением начальник.
— Ну вот, это другое дело. Приятно слышать. Думу надо вкладывать в конкретное дело. Что ж, молодцы! Поработали славно, — голос начальника главка стал мягче, а потом и совсем бархатным. — Только не зазнавайтесь и не упивайтесь своим тщеславием из-за моего лестного отзыва. Как говорится в народе: у насмешливого человека всегда зубы белы напоказ. У вас фронт очень, очень ответственный! Радоваться будем после Победы, а теперь надо потеть.
В ответ Осетров стал посылать коротенькие заверения, что его коллектив готов «так держать», но Абакумов его перебил:
— До свидания, желаю дальнейших успехов…
Начальник ГУКР прекрасно понимал, что после выхода этих и других аналогичных документов за подписями Берии и Меркулова обстановкой по данной линии борьбы подразделений СМЕРШ будет интересоваться Хозяин — Иосиф Сталин. А вызвать он может в любую минуту. Завтра тоже назначена встреча на 12:00. По 1-му Украинскому он получил приятные сведения. Теперь его голову просверлила другая мысль, а что там делается, и все ли сделано из запланированного на 1-ом Белорусском. Опять заработала «вертушка». Сквозь шум и треск телефонного эфира он услышал знакомый, немного хрипловатый голос генерал-майора Вадиса.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
