— Мур его побери! Чего ему надо? – испуганно блеснул глазами король, посмотрев сначала на секретаря, а затем на присутствовавшего в кабинете доверенного слугу.
— Не могу знать, ваше величество, – секретарь еще раз низко поклонился, — Возможно хочет получить разрешение покинуть страну.
– Это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой, – скривился король, – А он точно не вампир?
– Посол дважды проверен. Охраной и священниками. Они уверены, что он человек и не опасен, вашему величеству.
– Герцога Каса проверяли десяток раз и тоже все были уверены…, — проворчал король, – Ладно, приму я этого посла… как его зовут?
-- Барон Алекс Сторн, ваше величество.
– И этот тоже Алекс? – скривился король, – Не родственник?
– Насколько нам известно, нет, – секретарь покачал головой, – Напомню вашему величеству, что имя Алекс весьма популярно в Элуре. Герцог Кас фигура известная и репутация у него всегда была безупречной. И аристократы и травоеды с радостью называли своих детей в его честь.
– Даже травоеды? – удивился король, – Как такое возможно?
– В Элуре такие порядки, ваше величество. Там разрешено называть детей любым именем вне зависимости от того насколько подлым является их происхождение.
– Фи… как это низко.
– Да, ваше величество, – склонился секретарь, – Порядки существующие в Элуре заслуживают самого строгого осуждения.
– Дурак! В Элуре вампиры правят! Какие уж тут осуждения? – король с негодованием глянул на секретаря, – Иди зови этого… Алекса…
– Барон Алекс Сторн, ваше величество, посол Элура. Крайне известный в своей стране кавалерист и конезаводчик. Его отец даже собственную породу вывел. Сын продолжает дело отца.
– Вот теперь я его вспомнил! – просиял король, – Маленький такой, юркий, с редкими волосами. В прошлом году он мне еще проект свой подсовывал, об обустройстве нового порта где-то в глуши.
– Все так, ваше величество.
– Зови уже.
Секретарь в очередной раз поклонился и покинул кабинет, а верный слуга все так же молчаливо стоял возле короля готовый в ту же минуту выполнить любую прихоть господина.
– Видал? – монарх посмотрел на слугу.
– Да, ваше величество.
– Что скажешь?
– Посол явно подкупил вашего секретаря и охрану, ваше величество. Священники сегодня во дворце еще не появлялись.
– Значит мне не показалось, что секретарь кланялся чаще обычного, что он делает только когда нервничает, – король с досадой бросил на стол перо и выдвинув один из ящиков, достал оттуда артефакт в виде жезла, тут же передав его слуге, – Если что, выжигай тут все, за меня не волнуйся.
– Да, ваше величество.
Дверь кабинета вновь открылась и секретарь впустил в него невысокого человека с высокой залысиной и явной кавалерийской походкой. Несмотря на почтенный возраст, посол Элура излучал энергию и энтузиазм.
– Рад вас видеть, ваше величество, – барон неглубоко и сохраняя достоинство поклонился, а когда распрямился пристально посмотрел на слугу рядом с король, – Мне поручено несколько деликатное дело и…
– Говорите открыто, посол, – не дослушав, оборвал барона король, – Считайте, что мы одни.
– Как будет угодно, ваше величество. Мой король поручил мне напомнить вам, что между Элуром и Шорез уже долгое время заключен союзнический договор, обязывающий одну из стран выступить в войне на стороне другой, если та подвергнется нападению.
– Все так, посол, – король скривил лицо, – Договор был заключен еще при… еще в прошлом веке. Только я не понимаю зачем вы о нем вспомнили.
– В связи с объявлением против Элура Второго Светлого похода, мы настаиваем на соблюдении Шорезом своих союзнических обязательств и вступлении в войну на стороне Элура, – одним махом выпалил посол.
– Ха…, – король подавился своим смехом и закашлялся.
– Что так рассмешило, ваше величество в моем требовании?
– Я бы сказал… все, – король отодвинул от себя слугу, что постукивал его по спине помогая справиться с кашлем.
– Ваше, величество, вы отказываетесь выполнять свои союзнические обязательства? – казалось посол даже глазом не повел и оставался совершенно спокоен, хотя прямо на его глазах рушился древний союз.
– Отказываюсь? – удивился король, – Нет. Но… Пока в Элуре на троне сидят вампиры, ни о каком союзе между нашими странами речи идти не может.
– Прискорбно это слышать, ваше величество.
– Мне тоже. Надеюсь, что после того как кровопийцы будут изгнаны из Элура, между нашими странами вновь наладятся добрососедские и союзнические отношения.
– Сомневаюсь, ваше величество, – посол открыл папку, что держал в руках и достав оттуда лист бумаги, зачитал с него официальным и хорошо поставленным голосом, – В связи с неисполнением королевством Шорез своего союзнического долга перед королевством Элур, я официально уведомляю ваше величество о том, что союзный договор между нашими странами считается расторгнутым.
Выслушав это король облегченно вздохнул и даже слегка расслабился, а посол тем временем, положив первую бумагу на королевский стол достал из папки вторую и зачитал уже ее.
– Отказ от исполнения союзнического долга является актом открытой агрессии и не может быть оставлен без ответа. В связи с этим, королевство Элур официально уведомляет королевство Шорез о состоянии войны между нашими странами начиная с полуночи этого дня. Война продлится до тех пор пока Шорез не вернется к исполнению своих союзнических обязательств перед Элуром, а Элур не сможет быть уверен в том, что эти обязательства будут исполняться во веки вечные несмотря ни на какие политические или иные события.
Поклонившись, посол положил меморандум об объявлении война на стол, попрощался с королем и покинул кабинет. Сам король некоторое время сидел молча и просто смотрел на закрытую за послом дверь.
– Поправь меня, – монарх перевел взгляд на слугу, – Ведь гарантировать вечное соблюдение союза в любых условиях можно лишь в том случае, если твои войска находятся на территории того королевства, чью верность ты желаешь гарантировать. Ведь других способов нет? Так?
– Да, ваше величество. Подобное можно гарантировать только если твои войска стоят в чужой столице. Империя там, где ее армия.
– Значит вампиры решили построить себе империю… И первые у них на пути мы. Всесветлый помоги нам.
*****
Великий князь эльфов сидел, крутил в руках любимый кинжал и задумчиво смотрел на стену, где висела большая картина изображающая битву эльфов с какими-то монстрами. Картина была древняя, вывезенная еще с затонувшего континента, а потому никто доподлинно не знал, изображено ли на ней реальное сражение, или же художник дал волю воображению.
Князь повелел повесить эту картину в своем кабинете не только из-за ее древности. Его всегда очаровывало само изображение, где на переднем плане, совсем еще молоденький воин с одним кинжалом в руках, встает на пути монстра и явно готовится принять смерть, но не отступить перед опасностью.
Что он чувствовал в свои последние секунды жизни? Страх? Гордость? Отчаяние? Силу? Князь так и не смог разгадать это в глазах нарисованного воина. Зато последние дни вполне ощущал себя этим воином, вставшим на пути, если не стихии, то обстоятельств непреодолимой силы.
Неудачная попытка жрецов убить его стала отправной точкой, после которой великий князь все больше и больше ощущал себя стоящим на пути чего-то сильного и могущественного. И как исправить ситуацию привычными способами эльф не знал.
Неблагодарные твари, которым он дал все и даже поделился толикой своей власти, попытались ударить ему в спину, а когда не получилось, нагло пришли к нему на прием и заявили, что, либо великий князь забывает о покушении, либо Жрецы лишать его власти и поддержки. Тогда князь ничего Жрецам не ответил. Даже не спалил никого из них, хотя очень и хотелось этого. Он просто отпустил послов с миром.
А сам отозвал армию с границ из-за чего случились сразу две вещи которых никто не ждал. Во-первых, вампиры Чергории, которые чуть ли не клялись ему в собственной преданности и почтении и даже были готовы принять вассалитет, внезапно забыли про все свои обещания и напали, разорив несколько приграничных деревень эльфов. А во-вторых, лишенные привычной сдерживающей силы, заставляющей их сидеть в родном лесу, эльфы устремились в бега, спеша как можно быстрее покинуть Лес.
