— Я тоже так думал, но недавно столкнулся с целой стаей этих зверюшек, еле отбился, а потом наслушался от них жалоб. Оказывается, им живётся чуть ли не хуже, чем нам с тобой. Мы-то поймаем кого-нибудь и съедаем сами, если не отнимут, а эти чертенята такой гурьбой охотятся, что каждому остаётся по крошке и они вечно голодны. Они уж думают податься за пределы нашего леса и попытать счастья в новых землях. Я тоже думаю, что пора расширить наши владения. У гномов в холмах не разживёшься, а дальше, вроде бы, есть леса, не такие, как у нас, но всё-таки леса. Правда, ходят нехорошие слухи, что там живёт кто-то очень опасный. Мелкоту этот зверь тоже пугает. Ты не слыхал, кто это?
— Слыхал. Я сам оттуда.
Первое чудовище оживилось.
— Ну-ка, рассказывай, что повидал, — обрадовалось оно.
— Я осмелился дойти только до границы с холмами, а дальше не пошёл, повернул обратно, потому что мне такого порассказали… Тут уж даже эти… из царей не рискнули бы сунуться в те места. Говорят, что там бесчинствует какой-то очень опасный заяц. Он до того обнаглел, что держит в страхе всю округу. Говорят, что он никого не боится, а сам он кричит, что всех разорвёт в клочки. Его даже тигры обходят стороной, а тигры, вроде бы никогда не трусили перед зайцами.
— Чего только на свете не бывает! — удивился первый. — Только мне как-то сомнительно. Если бы это был взбесившийся тигр, то я бы ещё понял, но заяц…
— Тебе бы послушать, что говорят на границе! А они знают побольше нашего. По их словам, это только внешне заяц, а по повадкам… И сравнить-то его не с кем по повадкам-то. Выродок какой-то.
— Может, мутант?
— А кто его разберёт? Может, в него бесы вселились, и он сам не понимает, как ему положено себя вести, а как не положено. Ясно, что ни один заяц в здравом уме так бы себя не держал. Я так рассудил: здесь плохо, но мы знаем, чего опасаться, а там надо ещё приноровиться к местным обычаям. Вдруг встретишь зайца, решишь закусить, червячка заморить, а он как бросится на меня да выцарапает мне глаза. У того зайца ведь не написано на лбу, что он с придурью. А если он там не один? Вдруг их много?
— Да, это может оказаться новая разновидность зайцев, — задумчиво согласился первый. — А не слышно, хищный он или нет? Что, если он давно перешёл на мясную пищу?
— Об этом я как-то не подумал. Надо бы порасспросить у тех, кто знает больше моего. А может никто об этом не догадывается? Надо подать идею, верно? Идёшь вот так по чужому лугу, видишь, что зайчики прыгают, а они тебя окружат да разорвут… Нет, жить надо там, где родился, а не лезть в чужие земли, не ведая тамошних опасностей. Думаешь, что обретёшь покой и довольство, а на самом деле найдёшь там свою смерть.
— Верно говоришь, брат, — согласился первый. — Ты сейчас куда?
— Пойду на запад.
— А я — на юг. Прощай.
— Прощай, друг. Если увидимся, опять поболтаем.
— Не пропадай. Почаще приходи сюда.
Чудовища разошлись в разные стороны, и Адель выбралась из зарослей. Теперь она приблизительно знала, где находится. Ей был известен заяц, своими криками о том, что его боятся даже тигры, способный напугать всякого. А уж слухи, как известно, способны превратить из мухи слона, то есть кого угодно в опасное чудище. Кроме того, речь шла о том, что этот лес примыкал к холмам, где жили гномы. Наверное, это те самые гномы, которые помогли им с припасами, когда надо было переходить через горы. Интересно, как поживает гном Фром? И зайца хотелось бы повидать. У девушки мелькнула было мысль, что можно пойти в сторону холмов, разыскать гномов и вновь прибегнуть к их помощи, но она тут же отвергла её. Она знала теперь, что птица-Рух занесла её в лес чудовищ, о котором рассказывали гномы, но не знала, где именно в лесу чудовищ она сейчас находится. Может быть, до холмов далеко, да и в какой они стороне, она не знала. Пожалуй, ей оставалось только положиться на судьбу и идти, куда глаза глядят. Если она выйдет к гномам, то ей вновь придётся проделать путь через горы и пустыню, а нет — так она пройдёт по новым местам и, кто знает, может, встретит попутчиков и найдёт помощь и поддержку. Только ей надо быть особо внимательной и осторожной, ведь она уже убедилась, какие страшные невиданные звери водятся в этом лесу.
Адель пошла в прежнем направлении, стараясь не уклоняться от прямой. Ручей остался позади, и девушка надеялась, что не идёт по одной из троп, по которым ходят на водопой местные чудища, ведь на влажной земле почти не попадалось следов. Редко-редко виднелся знакомый отпечаток огромной лапы с растопыренными пальцами и борозда от хвоста. Раз ей встретились следы поменьше, перекрывавшие друг друга, словно здесь прошло несколько животных. Адели стало тревожно, ведь от стаи хищных тварей ей не убежать, впрочем, она предполагала, что и от одного чудовища ей тоже будет невозможно спастись бегством, разве только спрятаться. Но, как нарочно, на пути не было зарослей, а стоящие отдельно друг от друга молоденькие деревца не служили укрытием.
Адель шла уже долго и порядком устала. Солнце, большое и жаркое, палило нещадно, а от земли поднимался пар, наполняя воздух влагой. Влажная жара труднее переносится европейцами, чем сухая, поэтому девушке было тяжело дышать в этом климате, близком к тропическому. Она старалась пройти как можно больший путь, но, наконец, совсем измученная, была вынуждена остановиться, чтобы поесть и отдохнуть. Она присмотрела местечко возле могучего дерева, ствол и ветки которого состояли из члеников, и села на бугорок, опустив ноги в выемку в мягкой земле. Нельзя сказать, что ей было удобно, как на стуле или в кресле, но ей представлялось, что так удобнее. Она отламывала кусочки хлеба, клала в рот, запивая водой из фляжки, а сама прислушивалась, не раздастся ли шум или шорох, указывающий на приближение врага. Было тихо, и внимание девушки притуплялось, но внезапно она с большим изумлением обнаружила, что ямка, на краю которой она сидела, в глубину доходящая ей до середины голени, имеет форму, очень похожую на след ноги с растопыренными пальцами, раза в два, если не в три больший, чем след чудовищ, которых она видела у ручья. Она пригляделась и обнаружила след второй ноги, но значительно дальше, чем первый. Трудно было представить существо с таким широким шагом. Второй след не был так глубоко вдавлен в землю, должно быть потому, что почва там не была такой мягкой. Между этими следами ясно различалась борозда, наверное, от хвоста. Если это чудовище строением было похоже на виденных девушкой, то его рост было трудно представить.
Адель не была следопытом, поэтому ничего не могла прочесть по этим следам, но решила, что они свежие, нигде не перекрыты другими следами, так как зверь прошёл здесь не так давно. Может быть, таких тварей здесь было много, но раз одно из них находилось неподалёку, то следовало быть особо осторожной. Конечно, шагая гигантскими шагами, чудовище могло уйти на другой конец леса, но могло и остановиться где-то здесь. Чудища у ручья с неприязнью упоминали каких-то "этих… из царей". Может, такой царь и прошёл здесь, а она сидела, удобно опустив ноги в след от его лапы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
