– Дело не в терминологии: уровень или круг – все едино, – пролепетал окончательно смутившийся Фарик и еще больше покраснел.
– Никогда! Слышишь?! Никогда Коршун не станет подопытной крысой!
– Простите, учитель, я вовсе не хотел вас обидеть.
На ученика было жалко смотреть. От смущения он не знал, куда деть глаза. Кровь отхлынула от его щек, теперь он здорово походил на покойничка, поднятого из гроба безумным некромантом. Мне стало неловко оттого, что так жестоко обошелся с юным дарованием.
– Успокойся, Фарлаф, я тебя прекрасно понимаю. Сам люблю сунуть нос, куда не следует. Оттого сейчас здесь и валяюсь рядом с тобой, а не на золотом песочке Паландры или благословенной Илирии.
– Коршун, ты будешь сегодня завтракать?! – в дверном проеме «Носорога» показалась недовольная физиономия компаньона. – Третий раз разогреваю еду! Сколько можно трепать языком?..
Пока мои шмотки крутились в стиральной машине «Носорога», я с аппетитом поглощал завтрак из стандартного рациона армии Коалиции, сидя рядом с загорающим магом на бережку в полном неглиже. Одновременно с завистью думал о том, как здорово умеют западники обустраивать жизнь военнослужащих, чтобы она в прямом и переносном смысле казалась им медом.
К примеру, боевая машина десанта – штуковина сугубо функциональная, десять минут современного боя – и нет ее. Хорошо, если успеет доставить бойцов в район десантирования. Казалось бы, какие могут быть здесь удобства? Ан нет! Микроволновка – пожалуйста, стиральная машина – извольте, кондиционер – к вашим услугам, не говоря о прочих мелочах: современной акустической стереосистеме, спутниковом телевидении и надувных матрасах, наконец. Даже для туалета и компактного душа не пожалели полезного объема десантного отсека.
Запивая три сочных бифштекса с гарниром из зеленого горошка чашечкой ароматного кофе, я с горечью вспоминал тех худющих сгорбленных солдатиков в стареньких, застиранных гимнастерках и кирзовых сапожищах не по ноге, что изредка привозили гуманитарную помощь от одной из военных частей, шефствовавшей когда-то над нашим приютом. Откуда им было набраться силы и стати, если основной рацион бойца нордландской армии до сих пор составляют кошмарное на вид пюре из сухой картошки, тушеная капуста, перловая крупа и котлеты, в которых, кроме прокрученных на мясорубке ржаных сухарей и тошнотворного на вкус комбижира, ничего другого отродясь не было.
Зато интенданты всех уровней вплоть до ротного каптенармуса и высший командный состав, вкупе с ними, будто сыр в масле катаются.
Как следствие разгула до крайности обнаглевшего ворья среди рядового состава процветает жесточайшая дедовщина. Кто имеет моральное право порицать «старослужащего» за то, что тот вырвал кусок повкуснее изо рта младшего товарища, выбив ему для профилактики парочку передних резцов? Командир? Никогда!
Голодный офицер с мизерным окладом, вместо того чтобы следить за порядком во вверенном ему подразделении, переложит обязанности на плечи сержантов срочной службы и постарается как можно быстрее убраться из расположения, с целью поиска источников побочных доходов, дабы накормить своих голодных детишек.
Время от времени ушлым журналистам удается узнать кое-что о тех зверствах, что творятся за высокими бетонными заборами войсковых частей. Вот тогда-то начинается шоу под названием «Навалимся всем миром и наведем порядок в армии». Каждый от министра обороны до самого последнего депутата парламента начинает верещать с высоких трибун о необходимости реформы вооруженных сил.
Виновных, как водится, выявляют и публично наказывают. Только сажают самих исполнителей преступлений и все тех же несчастных младших офицеров – их непосредственных начальников. Не помню ни одного случая, чтобы посадили какого-нибудь генерала за то, что тот на уворованные у подчиненных денежки устроил для себя и своих близких райскую жизнь.
Если развал армии продлится с той же скоростью, лет через пяток батальон западников под восторженные крики жителей, которым как горькая редька надоел произвол чиновников всех уровней и обожравшихся олигархов, без единого выстрела завоюет Вундертаун и весь Нордланд. Или сама армия под руководством какого-нибудь майора или капитана, объявившего себя спасителем нации, сотрет всю эту мразь с лица земли.
…От невеселых мыслей меня отвлек шершавый собачий язык, который рашпилем прошелся по моей щеке. Я не заметил, как из зарослей «баобабов» на поляне появились Его Величество и одна очень жизнерадостная псина по кличке Злыдень.
Пока я спал, на пса надели защитный костюм, о котором еще в самолете говорил Матео. Он защищал от палящих солнечных лучей и чрезмерно высокой температуры воздуха почти все его тело, кроме головы, вертлявого хвоста и нижней части лохматых лап. Судя по всему, новый прикид пришелся по вкусу четвероногому, и чувствовал себя в нем он вполне комфортно.
– Ну что, Злыдя, теперь не потеешь? – Я потрепал пса за уши. – Классный костюмчик! Жалко, кроме нас – мужиков его некому оценить. Хоть обратно в Басму возвращайся, уж там наверняка найдется пара-тройка достойных ценительниц.
– Собаки не потеют, у них язык для этого приспособлен! – безапелляционно заявил начальник экспедиции, осторожно снимая со спины объемистый ранец. – Привет, Коршун! Приятного аппетита! Как выспался на новом месте?
– Спасибо! Хреново. Опять всю ночь Шестипалый развлекал: сначала феерическое шоу организовал, затем не менее красочно расписывал, какая веселая жизнь начнется, когда на земле-матушке останутся одни упокойнички под чутким руководством его самого и кореша его – Некросера. И что противнее всего – опять меня Аэрином называл – Богом Златокудрым. В категоричной форме требовал освободить, даже ножками топал. Одним словом, с сумасшедшим пообщаешься – сам дураком станешь, – поплакался я гному. Затем перевел взгляд на загадочный ранец и спросил: – Мастер, а это что за штуковина и куда вы с ней ходили?
– Прогулялись до опушки, испытать переносной комплекс спутниковой связи – вещица весьма полезная. Слышал о таком? – И, не дожидаясь ответа, продолжил: – Про Шестипалого подробнее расскажешь позже, а сейчас пора отправляться!
– Зачем вам понадобился именно переносной комплекс, ведь в нашем распоряжении имеется приличный стационарный передатчик «бээмдэшки»?
– Глупый вопрос, Коршун! – встрял в разговор Брюс. Ветеран, похоже, закончил все хозяйственные дела и решил перед отъездом сделать глоток-другой свежего воздуха. – Дураками надо быть, чтобы в нашем положении стационаром пользоваться. Во-первых, сразу же засекут, во-вторых, моментально прихлопнут ракетой. Другое дело наведенный лазерный луч – его ни одна зараза не обнаружит.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
