– Рыцарь получил жестокую рану в поединке с чудовищем, – объяснила графиня-старшая. – Сейчас он отдыхает в комнате для гостей. Настоятельная просьба, – леди Изабелла строго взглянула на сестру, – не беспокоить его.
– Значит, давайте выпьем за его выздоровление! – не растерялся сэр Тибальт Макрейн.
– А людоед? – вспомнил о чудовище граф Сноберри. – Можем мы наконец лицезреть его голову?
– Сэр Уильям, зачем сюда приносить эту ужасную голову? Вы что, хотите нам испортить праздник? – спросила у хмурого и почти уже трезвого реггерского графа Мэри Столем.
Ее супруг с ухмылкой подтолкнул Сноберри под локоть.
– Его головы нет, – сказала графиня Даронская. – Сэру Джеймсу удалось лишь прогнать чудовище...
– Значит, оно бродит где-то в окрестностях, изгнанное из своего дома, раненое и озлобленное? – спросил тот самый рыцарь с толстым брюхом и неприятной внешностью.
– Да что вы, сэр Капрен, – сказала леди Изабелла. – Он не осмелится напасть. Сэр Джеймс хорошо проучил его...
– А может быть, – не унимался сэр Капрен, – оно сейчас смотрит в окна этого замка и облизывается?
– Как? Людоед еще где-то там? – молодая леди Инельн в испуге прижалась к сестре.
– Успокойся, дорогая, просто наш гость любит неудачно шутить, – нахмурилась графиня Даронская. – Сэр Капрен, поучитесь остроумию у графа Столема! Вы разве не видите, как напугали всех присутствующих здесь дам?
– Но действительно, почему было не убить людоеда, когда был такой подходящий случай? – поддержал рыцаря граф Сноберри.
– Да, почему бы было просто не перегрызть чудовищу глотку, сварить в котле на медленном огне, поперчить, посолить, а потом съесть? Такая прекрасная возможность отведать людоедчинки... – улыбнулся жене граф Столем.
– Во-первых, из вас там никого не было! – графиня-старшая вскочила с кресла. В ее глубоких черных глазах сверкала ярость. Сестра отшатнулась в сторону, гости застыли на своих местах, даже улыбчивые губы сэра Джима растянулись в тонкую невеселую полоску. – Вы не видели, как он меня защищал! Он был изранен! Он полз ко мне на коленях, чтобы освободить меня! – Никто ничего не говорил, никто не смел перебить разгневанную хозяйку. – Этот мальчик едва не умер, чтобы я жила! Жаль, что мало осталось таких рыцарей. Больше здравствует тех, кто способен лишь болтать! Тех, кому страшно! Кто считает, что, вытащив меч из ножен, он сразу же накличет на себя беду.
– Мне не страшно, миледи, – с вызовом ответил сэр Капрен, – просто я считаю, что нужно было убить людоеда, а не отпускать его на волю...
– И совсем-совсем никто из доблестных рыцарей не хочет ради меня сразить чудовище, – раздался тонкий капризный голосок графини-младшей. – Цвет рыцарства весь вышел, как багрянец сорванной розы!
Сэр Джеймс дальше не слушал. Он выбрался из зала, вернулся в свою комнату, облачился и опоясался мечом. Потом спустился во двор, взял коня, копье, вывел скакуна в парковую калитку и был таков.
* * *
Вечер закончился. Гости разошлись по приготовленным для них комнатам. Ночь опустилась на королевство Ронстрад, а с ним и на графство Даронское.
– Вы спите, благородный сэр? – прошептала младшая сестра графини, приоткрыв дверь комнаты сэра Джеймса.
В покое было темно, не раздавалось ни звука, поэтому девушка решила, что рыцарь забылся глубоким сном.
– Я слышала о вашей храбрости под Восточным Дайканом, сэр рыцарь. – Леди Инельн подошла и села на краешек кровати. Задернутый полог еле качнулся от ветерка. – И о том, как вы спасли мою сестру... Вы достойный человек, вы благородный рыцарь... Сэр Джеймс? Вы спите? – Она протянула руку, осторожно отодвинув край полога.
Кровать пустовала, а раненого паладина и след простыл.
Леди вскочила и бросилась бежать.
– Сестра! – закричала она, увидев высокую фигуру в синем платье, удаляющуюся по коридору с подсвечником в руках.
Леди Изабелла обернулась, в ее глазах было удивление.
– Ин? Что с тобой?
– Что я натворила, сестра! – Леди Инельн бросилась на шею графине-старшей.
– Что? – недоумевала леди Изабелла. – Что случилось?
– Он ушел и взял свой меч... – Девушка плакала. – Наверное, он услышал, как я говорила о том страшном людоеде... за ужином! Он ушел, Изи!
– Кто он? – ничего не понимала графиня Даронская.
– Сэр Джеймс!
– Куда ушел?!
– Как ты не понимаешь! Сэр Джеймс ушел искать этого проклятого людоеда! Я же не серьезно, я это просто так ведь сказала...
– Что же ты наделала, Ин! – Графиня отстранила от себя сестру. – Как ты могла спровоцировать его? Он ведь ранен! Ему еще седмицу лежать, не вставая.
– Но я же не хотела! Я... я видела его в зале, он стоял там, у входа, и слушал наш разговор. Я подумала... он ведь... просто... но он же мог его убить! Он же сумел его прогнать...
– В этот раз ты доигралась, Ин. – Графиня повернулась к сестре спиной. – Это подло – играть чужими чувствами...
Леди Изабелла ушла, оставив леди Инельн в одиночестве и темноте. Девушка спрятала лицо в ладони и без сил опустилась на пол. Теперь она понимала, как дорог ей вдруг стал этот молодой рыцарь.
* * *
«Цвет рыцарства весь вышел, как багрянец сорванной розы!»
Сэр Джеймс вывел коня на уже знакомую поляну. Старая хижина не подавала никаких признаков жизни, но его враг был там – рыцарь это чувствовал. Превозмогая боль, паладин слез с коня и направился к хижине – больше церемониться с чудовищем он не собирался. Хватит. Один раз оно ушло от него, во второй не выйдет. Меч в руке загорелся белым пламенем, освещая всю прогалину. Ударом ноги паладин выбил дверь, ответом ему был злобный рык...
«Цвет рыцарства весь вышел, как багрянец сорванной розы!»
Бой не был долгим. Людоед взмахнул дубиной, рыцарь увернулся, едва не потеряв сознание от боли. Ощущение было такое, будто кулаком ударили по ране. Ответный росчерк разрисовал обнаженную грудь здоровяка кровью, попутно опалив кожу врага волшебным огнем. Однорукий гигант рухнул на пол, выронив дубину. Тяжело дыша, сэр Джеймс подковылял к поверженному противнику. Тот сдавленно захрипел – меч был нацелен на его пульсирующую глотку.
– Пощади его, рыцарь, – взмолилась дубина. – Пощади...
Паладин молчал, глядя в раскосые глаза чудовища, полные боли и мольбы. Оно просто хотело жить... оно хотело дышать этим воздухом, ходить по этой земле... хотело жить...
– Пощади, – вновь проговорила дубина.
«Цвет рыцарства весь вышел, как багрянец сорванной розы!»
Сэр Джеймс пронзил горло поверженного чудовища. Клинок прошел сквозь шею и вонзился в дощатый пол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
