рун, все равно готовы были на меня напасть, а теперь возвращаются вместе со мной в поселение, принимая если не за своего, то, как минимум за странного дальнего родственника.
– Ефим, как твои успехи в освоении рунного мастерства? – Спросил у меня Ридий за ужином.
Здесь стоит отметить, что все свободное от охоты на рангоков время я проводил в тренировках по созданию рун. Обычно я занимался этим вечером, сидя под деревом в саду Мары. Помимо этого, я пытался создать правильную руну, и когда выдавалась свободная минутка во время рейдов на рангоков. Но пока ничего похожего на творения мастера у меня не получалось. Вроде бы я все делал правильно, но нарисованные мной руны по–прежнему взрывались. Я, вот хоть убей, не понимал, каким образом можно контролировать свою ману, выдавая рисунку самый ее минимум.
– Пока далеко продвинуться мне не удалось Мастер. Я по–прежнему сжигаю основной контур, когда пытаюсь наполнить его своей природной энергией. – Ответил я немного грустным голосом.
– С учетом того, как быстро ты запомнил все руны, я уже было подумал, что и наполнять их у тебя получится так же быстро. Но, похоже, я все–таки ошибся и тебе предстоит пройти специальное испытание, во время которого ты и научишься контролю за своей природной энергией.
– Ефим очень способный ученик отец. Не стоит слишком сильно на него давить. – Тут же встала на мою защиту Мара.
За последнее время мы с ней сильно сдружились. Когда я в очередной раз взрывал свой рисунок, она часто рассказывала о различных растениях, за которыми ухаживает, тем самым отвлекая меня от самобичевания и развеивая плохое настроение. Однажды, когда Ридий увидел, как мы вместе пересаживаем саженцы цветов из одной клумбы в другую, то решил ее отругать, за то, что отвлекает меня от занятий. В тот раз за нее пришлось вступиться мне, рассказав ему, что она, таким образом, наоборот помогает. С тех пор и повелось у нас защищать друг друга перед этим суровым стариком, вызывая его неудовольствие и что еще более удивительно неудовольствие Инары. Если бы я не знал о ее склонности к эмпатии, то подумал бы, что девушка ревнует. Но раз она без проблем могла прочитать все мои чувства, которые я испытывал к окружающим, а ночью и подтвердить их в постели, причин для подобного беспокойства у нее быть не могло. Поэтому я решил, что она встала на сторону старика чисто из солидарности и желания, чтобы я поскорее освоил изучаемое мастерство.
– Мара, это не тебе решать, хорошо или плохо старается мой ученик. Если я сказал, что нужно испытание, то так тому и быть. – Нахмурив брови, повысил свой голос Ридий.
– О каком испытании идет речь? – С интересом спросил я, благодарно кивнув девушке, которая тут же улыбнулась мне в ответ.
– Испытание в священной роще, но на его подготовку уйдет какое–то время. Да еще и с хранителем нужно договориться. Все проблемы с прошлыми учениками как раз случились накануне проведения подобного ритуала. – Печально закончил свой рассказ Мастер.
– Раз нужно пройти испытание, которое поможет мне освоить ваше искусство, то не вижу причин не попробовать. – Твердо произнес я.
– Ефим, не следует так беспечно к этому относится. Испытание очень сложное и после него ты можешь больше не найти свое я. Прецеденты уже бывали. – С тревогой ответила мне Мара.
– Это настолько опасно? – Повернув голову к Инаре, спросил я.
– Да, очень опасно. Но без риска и большого желания невозможно добиться каких–то выдающихся результатов в чем бы то ни было. Не так ли? – Слегка улыбнувшись, сказала ундина, вспомнив одну из так любимых моим отцом цитат.
– Не хорошо копаться в моей памяти. – Улыбнувшись, я легонько щелкнул пальцем по ее аккуратному носику.
– Инара права Ефим. Риск есть, но он будет оправдан втройне, если ты пройдешь испытание. – Поддержал мою девушку Мастер.
Мара, увидев столь идеальный союз только еще сильнее нахмурилась.
– Но, пока будет идти подготовка, я постараюсь договориться с Сатрапом, чтобы тебя научили основным навыкам охотника, когда пойду докладывать о внесенном тобой вкладе в истребление рангоков, наводнивших розу железных деревьев. Учитывая твою силу, эти знания будут для тебя очень полезны. А пока же можешь посвятить все время тренировке в мастерстве создания рун. – Продолжил Ридий.
После окончания ужина, Инара как обычно села медитировать, а я пошел в сад и продолжил свои ежедневные занятия. Рисовать руны получалось уже свободно, благо я еще совсем недавно закончил обучение в АНП и навыков прилежного студента не растерял. Но вот когда дело доходило до практики, происходило одно и то же. Руна переполнялась моей маной и ее контур тут же разрушался.
– Все еще не получается? – Спросила Мара, садясь рядом со мной.
– Неа, никак не могу понять, как уменьшить мою природную энергию, – расстроенно ответил я. – Похоже, без этого испытания действительно не обойтись.
– Оно очень сложное. Отец потерял несколько своих учеников из–за него. Вернувшись из священной рощи, они уже не были собой и никак не могли помочь семье. Их души пришлось отправить в лоно матери природы. – Опустив глаза, грустно произнесла она.
– Ты из–за этого испытания потеряла кого–то близкого?
После моего вопроса ее глаза на миг удивленно расширились, и по телу пробежала мелкая дрожь. Но девушка быстро взяла себя в руки и ответила:
– Да, свою подругу. Мы чувствовали друг друга. Не так как у вас с Инарой. Связь не была физической.
– Понятно, прости меня за любопытство, я не хотел тебя расстроить.
Услышав это, она быстро подняла свои глаза и посмотрела прямо на меня. Ее правая рука коснулась моей щеки, и она тепло улыбнулась.
– Пообещай, что будешь осторожен и обязательно вернешься с этого испытания прежним.
– Хорошо, я обещаю.
Кивнув мне в ответ, она встала и быстро пошла к дому, а у меня на душе вдруг стало очень тепло и уютно. Что это? Неужели за столько лет я смог найти себе настоящего друга? Улыбнувшись таким дерзким выводам, пришедшим мне на ум, я продолжил свое занятие. Не стоит загадывать на будущее, все же менталитет и мышление наших рас слишком сильно отличаются, и я мог принять желаемой за действительное. Но даже так, ведь никто не мешает мне немного пофантазировать и надеяться на лучшее?
– Меня зовут Верин, я Сатрап нашей семьи. – Представился мне высокий, более двух метров ростом, жилистый воин в набедренной повязке.
На шее у него висело довольно необычное ожерелье, состоявшее из десятков клыков и костей различных животных. Насколько я знал, сатрапом назывался главный
