Ну а потом мы, конечно, удалились в мою комнату.
— Акчул, а что ты там шептался с эльфийкой? Понравилась, что ли? И что-то она слишком благосклонно отнеслась к тебе? И пальчики ты ей целовал совсем как её кавалер. Она ранее никому такого не позволяла, даже своим эльфам. А тебе, вот, разрешила?
Я уж думал, что об этом вообще разговор не зайдёт. И это после таких страстных любовных утёх! Я, хоть и применил свою магию, но самую малость. Алисия и без неё любила меня так страстно и неудержимо, что это мне пришлось подстраиваться под неё.
Придётся сознаться, хотя бы в самой малости:
— Понравиться понравилась. Но её пальчики целовал без всяких задних мыслей. Честное слово! Оказывается, у неё родители до гибели княжества жили в Орхее, и когда-то давно, как сказала Эминэлла, они даже несколько раз бывали в том орхейском особняке. Представляешь, так трогательно! Вот и решил я так выразить своё сочувствие. Только и всего.
— Да? Что она орхейка, я этого не знала. Тогда понятно. Я бы и сама расчувствовалась. Всё же памятное место. Просто никто, кроме тебя, не поинтересовался, что она думала при виде этого особняка. Но, похоже, что ты ей всё-таки понравился. Надо же! То у тебя самого уводят подруг гномы да эльфы, то ты сам хочешь приударить за эльфийкой. Странно?
Я непонимающе пожал плечами. Я, конечно, смог бы всё объяснить, но лучше воздержусь. Слишком опасная тайна.
За меня всё решила сама Алисия:
— Ладно, Акчул! Ты хороший. Дай я полюблю тебя!
Девушка и любила меня, и так же страстно, как и ранее. Я уж было предложил ей остаться и на ночь, но она не согласилась. Сказала, что лучше не плодить лишних сплетен. Надо будет, она и так сама ко мне заглянет. Ненадолго, но заглянет.
*
Торговка Сулима послала Тустиера к торговцу едой Рустему на Липовую улицу с небольшим срочным посланием. Мальчику надо было ещё и дождаться ответа. Вот это и сильно задержало его. А на улице уже и начало темнеть. После недавнего происшествия у забора усадьбы торговца красками Рамиля, бедный сирота побаивался один шляться по городским улицам. И не столько тот неведомый маг пугал его, а именно вампиры. Те уже и перестали навещать Тенистую и Хвойную улицы, но мало что там? Остерегаться точно стоило. Вдруг они следят за жильцами этих улиц?
Липовая улица оказалась очень чистой и тоже тихой. Тут, понятно, и жили намного богатые люди. Хотя, рядом с двухэтажными каменными особняками в окружении других строений, и тоже каменных, точнее, даже рядом с домом торговца Рустема, стоял не такой уж и богатый одноэтажный дом. Был он тоже каменным, но, в отличие от соседних участков, там виднелся и скромный садик с несколькими деревцами и небольшой огород. Это было удивительно. Почти ни у кого такого бедного домика на улице не наблюдалось. Наверное, тоже торговец живёт, но не очень богатый.
Тустиер уже было направился обратно, но вдруг калитка в воротах бедного дома открылась, и оттуда на улицу выпорхнула роскошная лэри. Была она молодой, но ослепительно красивой. Длинное темноватое платье только так облегало стройную фигуру, а большая шляпка с перьями удачно закрывало лицо. И, главное, эту лэри сопровождал высокий худощавый парень, хотя, тоже одетый не менее роскошно. Что-то в его фигуре Тустиеру показалось даже знакомым, а что именно, этого он ещё не понял.
Калитка вновь ненадолго открылась, и оттуда на улицу выглянул крепкий воин. Наверное, это уже был охранник? За ним появилась и совсем молодая девушка, но тоже красиво одетая. Она подала что-то парню и тут же исчезла обратно. Вслед за ней убрался во двор и воин.
Вдруг роскошная лэри уронила что-то на землю. Но тут парень мгновенно зажёг огонь. И, главное, он не достал ни кресала, ни светильника какого с собой не имел, а просто слегка пошевелил пальцами, и у него над пальцами правой руки затрепетал приличный шарик огня. Маг! — сразу же стукнуло в голове у мальчика. Именно тот маг, что сразил вампира! В свете магического огня ненадолго показалось и лицо, и оно было именно таким, каким запомнилось мальчику. И ведь совсем молодой парень!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Алисия, не беспокойся, уже нашёл.
Потом маг и роскошная лэри отправились по улице в другую сторону. Понятно, что близкие люди, и поэтому парень назвал девушку по имени.
А Тустиер побежал в дом торговца Кадимира. Хоть ему там и так всё опостылело, но куда податься бедному сироте. Но теперь у мальчика возникла и новая мысль. Отчего-то молодой маг понравился ему сразу. И от него веяло таким спокойствием и уверенностью. И он общался с такими красивыми лэри. Не то, что та же хозяйская дочь Зайниля, вечно неряшливая и дурно одетая, хоть и в богатые одёжи. Да по сравнению даже с той молодой и стройненькой лэри, что ненадолго выглянула на улицу, она и близко стоять не может.
Нет, уж лучше мальчик поступит на службу к этому магу. Конечно, не сейчас, а чуть позже. Опасно сейчас, и мага выдать может. Вот пройдёт время, и он попросится к нему на службу. Неужели молодой маг не оценит его верность? Не выдал же Тустиер его и не выдаст. А вампиру тому поделом! Нечего было бросаться на хороших людей!
*
На другой день на перемене после первого же урока Низана всё же подошла ко мне и попросила у меня извинений:
— Акчул, прошу извинить меня. Я сильно погорячилась. И с эльфом непонятно как получилось. Вообще как бы разум потеряла. Ты, наверное, уже догадывался? Если хочешь, то я могу прийти к тебе в гости. Сколько скажешь, столько и приду.
Ну, Низану в гости мне теперь точно не надо. И запрет своим домашним я не отменял. Правда, если со мной, то, конечно, можно.
— Э, Низана, забудь. Я на тебя нисколько не в обиде. И в гости ко мне не надо. Давай уж останемся просто друзьями. Можешь и далее на меня рассчитывать. Только, пожалуйста, от эльфов держись подальше. Да, ещё, знаешь, что за вещь это кольцо? — девушка вопросительно уставилась на меня. — Только между нами и никому не слова! — Низана согласно кивнула головой. — Так что знай, что это никак не колечко раба! К сожалению, это кольцо помолвки у вампиров такое, и я, получается, не знал об этом и как бы принял предложение Яснины стать её женихом. Правда, об этом я прочёл только на днях, но уже отказываться не намерен. Поэтому теперь, ты уж не обижайся, мне никак нельзя гулять с тобой.
На лице девушки явно обозначилось и облегчение, и удивление, и много чего ещё. Правда, там читалось и большое огорчение, но того, что уже было и прошло, теперь уж точно никак не вернуть.
— Вот, теперь мне уже ничего нельзя. Осторожничать придётся. Я, конечно, окончательного решения ещё не принял, но мне никак не хочется обижать Яснину. Она девушка, конечно, симпатичная, но, сама понимаешь, и опасная. Но и времени ещё много.
Эх, если бы я сам знал, что делать далее!
— Э, Акчул, а откуда ты знаешь лэри Алисию?
А вот это, кажется, больше беспокоило Низану, раз аура поволновалась ещё раз. Ну, не стоит ей знать всех тонкостей:
— Я предложил ей, точнее, её отцу, выкупить твой договор обучения. Вот вчера она и передала, что получила согласие. Так что, чуть позже мы переоформим твой договор на меня. Потом, уже сейчас можешь написать своим родителям, что я согласен на их переезд в твои земли и готов принять твоего отца на службу. Пусть продолжает искать магические вещички и в графстве, и заодно составит для меня полные описи тех местностей, где побывает. Хотя, на переезд моё согласие и не требуется. Твоё же владение. Если твой отец хорошо послужит, то я и его посвящу в свои дворяне.
На лице девушки опять отразилось очень много самых разных чувств. Но нежданно она сильно расплакалась и схватила мою правую руку. А потом, сильно наклонившись, начала её целовать.
— Ладно, Низана, успокойся. Что было, то прошло. Теперь давай думать про учёбу и другие твои дела. Вот пока держи немного золота. Тут полсотни золотых. Прибарахлись там, приведи себя в порядок. Все наши прежние договорённости в силе. Я хочу предложить тебе ещё и одну работу. Мне в баронстве для крестьян нужны разные амулеты, даже самые слабые. Я видел, они у тебя неплохие получаются. Всё заберу. Потом, позже дам тебе ещё золота. Пусть твой отец скупит, что может, и привезёт в Тартар. А потом продадим, согласно нашему договору.
