— Ну когда как… огонь, например… или свет…
— Ну а при больших дозах?
— Взрыв. И что за состав ты получил? Насколько он слабее хоть того же тротила?
— Названия пока не придумал, да и как детонирует настоящая взрывчатка, не видел. А насколько она слабее… Говорю же, пришлось подбирать пропорции. К примеру, мерная чашка соли, которую заряжал энергией подмастерье, соответствует по силе всего половине такой же, если над сырьем работал полноправный маг. Да и там все индивидуально, зависит от тех, кто выполнял операцию. Ну и, в конце концов, какая вам разница? Альтернативы-то все равно нет.
Все молча обдумывали услышанное. Келеэль тоже. Он уже с первых слов понял, что пытается использовать шаман. Результат резкого смешения энергий-антагонистов, заключенных в материальные носители. Этот эффект и правда вызывал реакции, природа которых зависела от вида пошедших в дело сил, а скорость была невероятно высока. Вот только абсолютно неуправляемые реакции. Но, видимо, на родине этих странных эльфов приспособить эту силу для решения своих проблем смогли.
— Короче, я понял, что у тебя получился не мышонок, не лягушка, а неведома зверушка, — высказался наконец Азриэль. — Как она себя поведет, ты не знаешь и можешь лишь предполагать. Она точно не взорвется у нас в руках? А то я пока шел, пару раз о стенку пещеры этим вот «стволом» цеплялся.
— Я что, идиот, оружие заряженным хранить? — возмутился шаман. — Составляющие боеприпасов хранятся в разных ящиках и детонировать по отдельности не способны. Хоть пинай ты их, хоть жги, хоть топи… Хотя нет, жечь точно не надо. Сдетонируют заряженные энергией воды. И топить нежелательно, огненные могут взорваться. И вообще, отстаньте от меня, вот уже выход показался, сейчас все испробуем.
Как только эльфы вышли из пещеры, наблюдатель тотчас же взлетел со скалы и принялся неспешно набирать высоту.
— Лети, лети, — буркнул Мих и вдруг выхватил у опешившей Лики ее груз, установил его на песок, вытащил из кармана что-то маленькое, открыл незаметный ранее паз на основании трубы и закинул этот непонятный предмет внутрь. После чего быстро закрыл паз и направил наконечник странного устройства вверх. В сторону летающего наблюдателя.
Творение Келеэля было снабжено защитой. Но она не была рассчитана на боевые заклятия, максимум на хищных птиц или непогоду. Иначе шпион из-за слишком большого количества используемой силы стал бы слишком заметным для магического зрения.
Нечто быстролетящее разорвало творение архимага, внешне напоминающее птицу, почти пополам. Но тем не менее некоторое время искусственное существо еще жило, отчаянно скребя по песку обломками крыльев и передавая то, что видела и слышала, на записывающий кристалл.
— Птичку жалко, — абсолютно без жалости в голосе сказал Азриэль. — Ну и зачем ты из пушки по воробьям палишь? Да еще и врал нам, что она не заряжена?
— Этот, с позволения сказать, дохлый птиц вовсе никакой не воробей. Он дятел. А орудие я зарядил специально в расчете на него перед выходом из лаборатории.
— В смысле?
— Стучал он на нас. От самого оазиса, куда нас тот архимаг зашвырнул, следил.
— С чего ты взял?
— Он не отставал от нас. Он летал по самой жаре. Он был не подконтролен Мозгу, хотя напоследок наш гипнург зазомбировал пару внешне совсем таких же птах, которые сейчас гнездятся на том кривом дереве, которое растет за пещерой. И еще. Я не смог увидеть его при помощи своих слабеньких магических сил. Хотя и пытался. Он защищен от чужого внимания.
— Ну и зачем ты сбил этого шпиона?
— А чего он меня игнорирует? Я весь последний месяц пытался периодически с ним контакт установить. Сколько я ему хороших добрых слов проорал… на контакт не идет да вообще никак на меня не реагирует. Не нравится мне, когда за мной подсматривает неизвестно кто. Да еще так нагло.
— Ну а если это Келеэль за нами следил? Стоило такого против себя настраивать?
— Навряд ли это был он, — помотал головой шаман. — Скорее уж кто-то, кого заинтересовала его деятельность.
— Почему ты так решил?
— Ну а зачем архимагу за нами подсматривать? На фига ему схема моего любительского гранатомета, если он и так сам себе установка залпового огня? Если бы ему было нужно, мы бы сами ему добровольно все рассказали… ну почти все. А если бы он надавил с использованием своих сил на всю катушку, то тогда бы рассказали и то, что сами позабыли. Кажется, Келеэлю до нас пока нет никакого дела. Ну или занят он очень сильно. Ладно, хватит об этом, может, это и не шпион никакой был, а просто местный феномен. Стервятник с магическим сопротивлением. Попрошу внимания! Бог создал людей сильными и слабыми. Полковник Кольт уравнял их. Ну а я, насколько это возможно, попытался повторить его результаты.
— Что-то не похожи эти громадины на револьверы. Скорее уж на дубины или тараны.
— Это пока. Я же все-таки не тульский оружейник из многовековой династии умельцев… И даже не инженер ни капельки… Вот подожди лет триста, увидишь, как пойдет эволюция огнестрельного оружия в здешних условиях. Сначала они станут легче, затем появятся многозарядные образцы, ну а там и до оптических прицелов недалеко… а может, и не понадобится столько ждать, все-таки в каком направлении надо совершенствоваться, я примерно представляю… Итак, номер один — мина противопехотная.
— А почему противопехотная?
— А танков тут нет. Мине же что конный, что пеший — без разницы. Да и как я вам здесь датчик давления сооружу?
На этих словах жизнь покинула тело стервятника, и просмотр иллюзии оборвался.
«Моя недоработка, — признал архимаг, — досмотрев материалы. Не попытался поговорить с этой любопытной молодежью по душам, когда предлагали. Тем более им как раз помощь нужна была… Но с другой стороны… Пусть самостоятельно справляются. А схему этого их непонятного артефакта я все равно себе добуду, вот только времени побольше появится, и сразу же займусь».
Мох, созданный магией Келеэля во всем комплексе рукотворных пещер, не мог просмотреть лишь одно место. Лабораторию шамана.
— Ой, не нравишься ты мне, — пробормотал Михаэль, после того как перенес в помещение, присмотренное им для проведения своих опытов, небольшой кусочек светящегося мха, — ой, не похож, ой, халтура!
И тут же вытащил растение прочь. Пещера, в которой решил обосноваться шаман, надо сказать, в освещении нуждалась только с заходом солнца, так как была расположена относительно недалеко от поверхности и сохранила несколько пробитых еще гномами узких смотровых щелей, хорошо пропускающих свет.
«Что-то учуял, — решил архимаг, — с ясновидящими так неудобно работать… Даже если они ничего не знают, то могут сделать правильные выводы, опираясь на одну интуицию. Хуже было бы только, если бы этот дар оказался у одной из эльфиек. Такая женщина почти всевидящая».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
