Наши взгляды не отрываются друг от друга. В какой-то момент раздается звуковой сигнал, который издает лифт, когда кто-то поднялся на этаж и ожидает разрешения на вход. Через какое-то время я слышу громкий стук каблуков и в поле моего зрения появляется блондинка. Она быстро осматривает меня, будто убеждаясь в моей невредимости, а затем словно метеор подходит ближе. Хватает меня за руку, и от неожиданности я чуть ли не падаю, но вовремя успеваю поймать равновесие.
— Какого черта ты творишь? — вскипает она, встряхивая меня.
Эта женщина совсем рассудок потеряла? Это я что творю? Мое лицо приобретает злое выражение, и я вырываюсь из ее хватки.
— Прости, но, по-моему, это ты ворвалась сюда и испортила мое утро.
— Я не об этом. — отмахивается она. — Ты должна была уйти, как только получила сообщение Фабио вчера. — она высоко задирает голову. Действительно считает, что права. Меня еще больше наполняет злоба.
— А может твой отец не должен был устраивать массовый расстрел невинных людей только потому, что его любимая дочурка спуталась с итальянской мафией, а? — шиплю я.
Виктория отшатывается от моих слов, как от пощечины. Ее лицо бледнеет, и я могу прочитать на нем ее сожаление. Я сразу же чувствую себя мразью, но платину словно сносит бурный поток воды, и яд, который льется из моих уст, вызывает отвращение к самой себе. Но ее появление сразу же напомнило о вчерашнем дне. С Фабио я отвлекалась, забывала. Но сейчас перед глазами снова стояла та ужасная картина: тела, беспорядочно лежащие друг на друге, утопающие в густой крови. Этот запах до сих пор заполняет легкие.
— Может, если бы ты, Виктория, — я указываю на нее пальцем. — Не была столь эгоистичной и подумала бы о всех тех, кто может пострадать из-за твоих решений, то вчера бы ничего не произошло. Может, если бы ты смирилась со своей судьбой, то удалось бы избежать гнева твоего жалкого отца. Может, если…
— Довольно. — меня прерывает твердый мужской голос и мое сердце замирает, когда я отвожу взгляд к его источнику. — Еще слово и я…
— Ты угрожаешь моей гостье, Лука? — Фабио прищелкивает языком. Его тон обманчиво спокоен, но в глазах читается угроза. — Ты слишком остро реагируешь, дорогая. — он грациозной походкой направляется ко мне, кладет сильную руку на мою поясницу и притягивает к себе. Мой мозг перестает соображать.
Дорогая?
Что он делает сейчас? Пытается таким образом остудить мой пыл, но зачем? Стоило мне увидеть своими глазами Луку — я сразу забыла про Викторию, которая, кажется, украдкой вытерла слезу. Ну да. Я теперь чувствую себя тварью. Я встречаюсь взглядом с Лукой и мое сердце пропускает удар. Его глаза такие же голубые, как и мои. Он такого же роста как Фабио, около метра и девяноста сантиметров плюс-минус. Его плечи широкие, а тело мускулистое и крепкое. Темные волосы зачесаны назад, а губы сложены в плотную линию. Он знает…
— Я не угрожаю, просто предупреждаю. — он выразительно смотрит на меня, а затем переводит взгляд на Фабио, прижимающего меня к себе так, будто я принадлежу ему. — Угрожаешь скорее ты, раз заставляешь шпионить мою девушку и сестру.
Воздух становится тяжелым, в комнате так и мелькают электрические разряды. Двое альфа самцов слишком много для одного помещения. Когда Лука произносит слово «сестра» — я вздрагиваю. Мой взгляд сразу же падает на Викторию, которая уже встала рядом с моим… братом. На ее лице нет ни капли сожаления. Я так и знала, что она выдаст меня. Однако я не понимаю своей реакции: меня успокаивает, что девушка Луки так предана ему, но она предала Фабио. Человека, который принял ее в семью. Рука на моей талии крепче сжимается, но это приятное ощущение — чувствовать себя в безопасности.
— Виктория поступила именно так, как я изначально и рассчитывал. — беззаботно протягивает Фабио.
Мои брови хмурятся. Что он имеет ввиду? Я сразу же вспоминаю ее ярые отрицания в машине. Она сделала все, чтобы усыпить мою бдительность. Обманула и предала. Но при этом ее встревоженность казалась искренней. А глаза, которыми она смотрит на моего брата, сияют. Словно ее вовсе не волнует никто больше в этом мире, кроме Луки. Его взгляд такой же по отношению к ней. Похоже, Фабио был прав на счет их великой любви. Интересно, их дети унаследую голубые глаза родителей? Будут блондинами или брюнетами? Из моих губ вырывается истерический смешок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что? — отрешенно спрашивает Виктория.
Вместо ответа, Фабио достает телефон и с кем-то разговаривает, отходя от меня так, что теперь мне видно его лицо. Его взгляд холоден и направлен на Луку.
— Сколько? — спрашивает он кого-то на другом конце телефона.
Лука хмыкает и словно находится у себя дома, проходит в гостиную и садится на диван. Он не смотрит на меня, когда к нему подходит Виктория и что-то шепчет на ухо. Он улыбается ей и заправляет светлую прядь за ухо. Мое сердце сжимается от этой картины. В то время, как они не обращают на нас с Фабио никакого внимания — мы пристально наблюдаем за ними. И с каждой секундой взгляд Фабио становится все мрачнее. Мои мысли тоже.
— Какое именно оружие? — снова Фабио.
Я резко поворачиваюсь в его сторону, но он метает молнии в Луку своим взглядом. С полной уверенностью могу сказать, что Фабио сейчас узнал все о складах оружия. Хотя это было мое задание, но сейчас я начинаю понимать, что это была лишь уловка. Фабио так умело запутал меня, что я до последнего думала, что должна буду выполнить это задание. Однако он не мог доверится никому, особенно мне, родной сестре Луки. Поэтому сделал все сам, обдурив всех вокруг.
Фабио завершает звонок и убирает телефон в карман. На его лице играют желваки, а взгляд острый и холодный. Я бы даже сказала расчётливый, словно он строит в голове какой-то план. Когда он начинает двигаться в сторону моего брата, я машинально встаю перед ним, преграждая путь.
— Ты ничего не сделаешь ему, Фабио. — шиплю я, и его бровь вопросительно приподнимается.
— Ты мне указываешь?
— Да! Он мой брат! — заявляю я к своему удивление и Фабио щурится.
— Он предатель. — безэмоционально заявляет он. — Я сказал тебе, как поступаю с предателями.
Мое тело прошибает холодный пот. Я не знала о существовании брата, о происхождении своей семьи и даже не подозревала, что встану на защиту члена мафии. Но я не хочу терять единственного человека, который может мне больше рассказать о наших родителях. Не хочу лишаться брата, хоть и узнала о нем совсем недавно. И еще я не могу видеть, как Фабио превращается в монстра. Я знаю, что он убийца, но знать в теории и видеть на практике — совершенно разные вещи. Я прикипела к этому отчужденному, холодному мужчине со своими монстрами и целым шкафом секретов.
— Не делай этого. — почти молю я, прикасаясь руками к его груди. — Пожалуйста, не лишай меня еще одного кровного родственника. Дай ему возможность объясниться. Может, все не так, как кажется, на первый взгляд.
Фабио горько усмехается.
— Если бы я давал предателям второй шанс, то уже был бы погребен под сотней слоев холодной земли.
— Я прошу тебя, пожалуйста. — я цепляюсь пальцами за его рубашку, готовая дать ему отпор всеми возможными способами.
— Не проси, Габриэлла. — резко заявляет он и начинает по одному отцеплять мои пальцы. Мне хочется рыдать от отчаяния и тогда я прибегаю к последнему способу, если это не сработает…
— Если ты навредишь моему брату, то никогда больше не увидишь меня, Фабио. Я серьезно. — я даже не знаю, что несу. Мы не состоим в отношениях. Первый раз поцеловались вчера вечером. Для него это может быть просто развлечением в то время, как для меня — это стало смыслом жизни. Способом спастись от тьмы и уйти от реальности. Но я обладаю небольшим количеством женской интуиции. Его поведение по отношению ко мне сначала было подавляющем, но вскоре стало по-настоящему заинтересованным. Возможно, я принимала желаемое за действительно, но мне что-то подсказывало, что стоит поставить его перед выбором прямо сейчас. Либо же мы никогда не сдвинемся с мертвой точки.
