– Вы не лучше их! Стадо! Вы просто ослепленное яростью мести, стадо! – она приложила дубиной очередного нелюдя попытавшегося пробраться к пленникам.
– Они бегут! Они сломлены, испуганы. Не уподобляетесь же людям! Коими мы сами на половину и являемся! – она посмотрела на свои руки, на свою кожу, что-то вспоминая. По ее щеке прокатилась не заметная слеза.
– Не нужно убивать, когда нет на это причины. Запомните… – ее голос хрипнул и с края губ побежала струйка крови. Ольха кашлянула.
Полукровка опустила взгляд вниз. Из ее груди наружу пробилось острие копья.
Иония выдернуло оружие и прокричала:
– Вы все, твари! Сгорите в свете его! Вас найдут, где бы вы не были! Свет рано или поздно доберется даже до самых темных углов!
Ольха развернулась и спросила:
– Зачем? – кровь струей била из раны.
– Затем, что, таким как вы, не место в нашем мире, – Иония замахнулась и всадила копье в сердце полукровки.
Ольха даже не шелохнулась. Она могла увернуться, могла отобрать оружие и вырубить одним ударом эту служительницу, но не стала. А вместо этого смотрела разочарованными глазами на кривую улыбку уже окончательно обезумевшей служительницы.
Толпа потоком накинулась на жрицу и терзая ее плоть стала уносить с поляны.
Пленников связали и поставили на колени. К ним подошла Феалис и начала убивать, прокалывая сердце каждому тем копьем, которым Иония убила Ольху.
Люмен пытался пробиться сквозь окаменевшую толпу нелюдей, чтобы остановить малдани. Но когда он выбрался, то лишь успел увидеть, как она всадила копье в сердце Сайи. Одним из пленных монахов оказалась светловолосая девчонка, с кем недавно Люмен сражался бок о бок на улицах нижнего города.
Послушница встретилась глазами с Люменом и, пожав губы, стала падать назад с остекленевшим взглядом.
Люмен подошел к улыбающейся эльфийке и ударил ее.
Феалис отшатнулась и, перехватив копье, уставилась на Люмена. Ее глаза горели ненавистью обиды и мести.
– Что, снежок, жалко своих? – она плюнула ему под ноги. – Давай ка проверим и твое сердце на прочность, белдари.
Она усмехнулась, перехватив копье для точного удара, но тут же медленно опустила его, вскинув подбородок и скрежетнув зубами.
– Ладно, ладно. Воля совета, что бы этот червь добрался до Иль’Таира… – сзади нее появилась тень в сером плаще приставив к спине эльфийки кинжал.
Это была та девушка, что сопровождала его к замку, чье лицо было покрыто шрамами. Через нее с ним говорил совет малдан.
Когда Феалис ей что-то прошептала, та медленно отошла в сторону и исчезла за спинами нелюдей.
Феалис хмыкнула и, толкнув плечом Люмена, пошла в сторону леса, куда унесли служительницу первой церкви.
Люмену совсем не хотелось сейчас драться с этой обезумевшей малдани, но он был готов убить ее, уже приготовившись прошептав заклинание. Книга раздосадовано рассеяла накопленную ауру для баланса.
Демонолов склонился над Ольхой вместе с Карлом. Они молча посидели с телом полукровки после чего полурослик положив руку на плечо Люмена похлопал его. А потом, поднявшись, направился к телеге, прочищая горло для очередной попытки начать речь.
***
В кустах невидимый для всех сидел разноцветный кот и желтыми зрачками наблюдал за произошедшим.
Его усы чуть подергивались, улавливая ароматы леса вперемешку с кровью. Бело-оранжевый хвост с черно-серыми разводами нервно подергивался.
– Еще немного, хозяин, еще немного…
Глава 21 - Ведьма
Ночь прошла кошмаром. Утром Карл более-менее нашел общий язык с жителями деревни.
Местные словно были отрешенные. Их не интересовала стычка со служителями первой церкви. Не интересовало восстание темных эльфов и захват Бернстоуна. Пожалуй, их интересовала сожженная корчма, которую они договорились восстановить силами прибывших в обмен на стоянку здесь.
Когда Люмен открыл глаза, чтобы подняться и вновь закрыть отъехавшую в сторону штору, то увидел за слепящими лучами солнца лицо в шрамах.
Девушка быстро накинула капюшон, скрыв свои короткие белые волосы и миндалевидные черные глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Демонолов не хотел зевать, но воспротивиться этой силе было невозможно.
Поднявшись и одевшись, он закрыл окно шторой, которая тут же начала медленно съезжать в сторону.
Все это время эльфийка медленно следила за Люменом.
Чернокнижник боковым зрением увидел, что его книга лежит на своем месте, и словно для надежности ее еще охраняет тень. Или она охраняет его, а не книгу?
– Ты здесь была всю ночь? – девушка медленно отвела взгляд в сторону двери через щель, в которой пробивался желтый свет.
– Вы вообще спите? – Люмен провел ладонью по уцелевшей маске подаренной мимиками. Столько всего произошло, а она все еще с ним. Как и книга.
Девушка поднялась. Ее черные одежды колыхнулись, сверкнув лезвием оружия на миг.
– Мы можем не спать, если того требует задание, белая звезда. К тебе гости. Знай, если что, я всегда рядом. Помни, про Иль’Таир, – в дверь постучали.
Люмен отвлекся от темноты ее капюшона и взглянул на дверь. Когда его взгляд скользнул обратно, то тени в комнате уже не было.
Демонолов подошел к двери и открыл ее.
Маленькие черные глаза сверлили его снизу. Это был полурослик.
– Ты хоть знаешь, сколько уже времени?! Народ столько дел поделал… Кхм, ладно. Что я, собственно, потревожил то твой сон? – полурослик оттолкнул плечом дверь и зашел в комнату.
Луч, дождавшись момента, когда шторка отъедет на нужное расстояние сразу же пронзил комнату и ударил Люмену в спину.
Одежда стала неприятно нагреваться, покалывая кожу.
Демонолов отошел в тень и улыбнулся.
– Что случилось, Карл?
– Что значит, что случилось? Я что появляюсь, когда мне что-то нужно от тебя? Я вообще хоть раз что-то от тебя просил, белый?
Люмен открыл бутылку вина и разлил напиток по бокалам.
– Спасибо, – кивнул полурослик и отпил. Затем поморщился и шикнул. – Что за безобразие! В Бернстоуне… – он осекся. – Ладно. Что я пришел к тебе… В общем староста, попросил меня, что бы я попросил тебя. Да что такое-то! – он поднялся, взмахнул руками. Словно о чем-то постыдном прошу, елки палки!
– Так, о чем попросил староста? – Люмен понял, что просьба связана с демоном. В маленьком месте большие слухи расходятся быстро.
– В общем, в лесу живет ведьма. Из местных, – он взял бокал и сделал глоток побольше. Вытерся рукавом синей рубашки и посмотрел в краснеющие глаза Люмена. – Говорят она призвала демона, и он пожирает ее душу, насылая на местных проклятья и козни. Велено тебе, сходить туда и разобраться. Взамен, нам покажут безопасный путь до границы с раздельными землями. Ты поможешь нам? – Карл поставил допитый бокал к нетронутому Люменом и посмотрел на чернокнижника.
– Помогу, где она живет?
– Спасибо, белый! А то здесь опасные земли. Темные леса, разбойники по всюду. Мы бы потеряли многих, пока добрались…. Так, где она живет…
Полурослик спрыгнул со стула и подошел к окну, прикрыв штору.
– Староста сказал, что за деревней есть тройная тропа. Средняя тропинка ведет к дубовой роще, за которой есть болото. Вот там и живет одержимая. Как убьешь ее, принеси голову.
Одевающий балахон Люмен посмотрел на Карла.
– Одержимых необязательно убивать.
– Я лишь передаю слова старосты. Если можно по-другому, давай по-другому, – полурослик качнул плечами.
***
«Сначала я вляпался в восстание в Бернстоуне. Теперь иду по лесу к ведьме. Ха, можно сказать, что я даже немного соскучился по работе.»
Ветки цеплялись за плащ пока демонолов не вышел в рощу. Высокие дубы молниями шли от земли к небу, пытаясь разрастись корнями-ветвями до самых облаков.
Десятки черных глаз смотрели на Люмена сверху дубов, когда он проходил мимо.
Все вороны одновременно провожали его завороженными взглядами.
Если бы он был обычным охотником за сокровищами, то это уже посеяло бы в его душе зерно страха. Но чего может испугаться демонолов? Уж точно не следящих за ним птиц.
