Читаем без скачивания Гвардейская кавалерия - Андрей Бондаренко

— А есть ли какие-либо долгосрочные военные планы? — состроив важную физиономию, поинтересовался Сизый. — Стратегические, к примеру?

— Точно не знаю, дон Алекс. Но, скорее всего, нет. По ощущениям, че. Мол, настоящая Революция, она сама развернётся в марше. Естественным, че, путём…. А что, хотите подсказать? То есть, кха-кха, дать пару-тройку дельных советов? С высоты, так сказать, че, прожитых лет?

— Хотим, конечно.

— Так советуйте, че. Слушаю очень внимательно.

— Ты, Че, надеюсь, помнишь наше гватемальское сафари, состоявшееся в декабре 1953-го? — интригующе прищурилась Айна. — То бишь, охоту на тамошних аллигаторов?

— Конечно, уважаемая донна Анна. Как, че, можно забыть такое…э-э-э, такое поучительное и эстетичное зрелище? Вы, кажется, тогда говорили, кха-кха, что у кровожадных аллигаторов и современных капиталистических государств — много общего?

— Да, говорила. Поэтому и успешная революция, она чем-то сродни успешной охоте на аллигаторов…. Итак, какие у аллигаторов — уязвимые места? Перечисли, пожалуйста.

— М-м-м, — задумался Эрнесто. — Сейчас вспомню, че…. Кажется, брюхо, глаза и нежные ноздри. А ещё — наполовину — хвост…. Только какие, кха-кха, можно провести аналогии с нашей сегодняшней ситуацией? С революционной, че, ситуацией, я имею в виду?

— Наипростейшие, — горделиво усмехнулась Айна. — Слушай, мечтательный юноша, и мотай на свой жиденький ус…. «Брюхо» — это кубинские крестьяне. Как известно, американцы плохо относятся к диктатору Батисте. Поэтому и товарооборот между США и Кубой находится на крайне низком уровне, что — в свою очередь — очень «удобно» для нас…. Что будет, если островные кампесинос прекратят (более-менее синхронно и одновременно), поставлять продовольственные товары в Гавану и другие крупные города Кубы? Правильно, совершенно ничего хорошего для правящего режима. В том плане, что городское население («хвост» — в наших аналогиях), тут же ощутит острую нехватку продовольствия. А, ведь, кубинские горожане и без того, отнюдь, не в восторге от режима Батисты…. Следовательно, что?

— Начнутся, че, массовые демонстрации и беспорядки?

— Правильно, непременно начнутся. Без малейших сомнений. И, более того, недальновидная кубинская полиция — девяносто девять процентов из ста — захочет подавить эти выступления народных масс сугубо силовыми методами. Произойдёт целая череда кровавых уличных столкновений, в результате которых…. Что случится в результате? И каков будет так называемый сухой остаток?

— Многие горожане и горожанки захотят вступить в наши партизанские отряды? — предположил Че.

— Правильно, сообразительный кабальеро. Очень и очень многие. Можете заранее запасать оружие и боеприпасы впрок, чтобы хватило на всех желающих.

— А что…, то есть, кто является «ноздрями», прикоснувшись к которым, че, можно захлопнуть пасть «аллигатора Батисты»?

— Кубинские полицейские и военнослужащие, — охотно пояснила Айна. — Те ещё ребятишки: ленивые, не профессиональные, откровенно не дружащие с дисциплиной. Да и к Батисте они относятся достаточно равнодушно. То есть, без какого-либо излишнего пиетета и горячего обожания. Поэтому надо сделать всё возможное, чтобы кубинские силовые структуры перестали получать заработную плату. Или же (чисто для начала), чтобы в её выплатах наблюдались регулярные сбои и длительные перерывы. Здесь любые методы сгодятся: блокады и прямые ограбления банков, пожары в банковских учреждениях, саботаж со стороны банковских служащих, дорожные засады на кассиров, ну, и так далее, сколько хватит фантазии. Жандармы и вояки без денег — клоуны самые натуральные: и воюют, спустя рукава, да и к дезертирству склонные…. Теперь — про «глаза». Информация — очень сильное оружие. Вот, вы одержали победу при штурме жандармской казармы. Про это должна узнать вся Куба. Но только не стоит упоминать про двух убитых, троих пленных и двадцать захваченных винтовок. Несолидно это. Пусть прозвучит чуть иначе, мол: — «Цепные псы Батисты понесли невосполнимые потери в живой силе и технике. Захвачено много пленных. Отважным партизанам достались все армейские склады с оружием и боеприпасами…». Неплохо бы, конечно, обзавестись парочкой собственных газет. Да и радиостанция не помешает…. Короче говоря, сейчас (я имею в виду ближайшие месяцы), очень многое зависит не от вас, неумелые диверсанты, а от подпольщиков «Движения двадцать шестого июня», разбросанных по всей стране. Вернее, от их активности. А вы, друзья, (как революционный штаб), должны заниматься, в первую очередь, комплексной координацией действий подпольщиков. Повторяю, успешная работа с кубинскими кампесинос — он и есть, краеугольный камень будущих успехов…. И не надо, пожалуйста, уповать на быструю победу. Настраивайтесь, мечтательные революционеры, на несколько лет кропотливой и целенаправленной работы. Да и с профессионализмом бойцов надо что-то делать. И с элементарной воинской дисциплиной. От партизанщины до анархии и откровенного бандитизма — совсем недалеко…

Разговор о возможных тактических и стратегических мероприятиях, могущих способствовать безоговорочной победе кубинской Революции, продолжался порядка сорока-пятидесяти минут. А потом из штабной палатки выбрались Кастро-старший и Герберт Мэтьюз. Вид у обоих был весьма довольный — беседа, очевидно, прошла успешно и плодотворно, то бишь, в «нужном ключе».

— Здравствуйте, соратники, — подойдя, вежливо поздоровался Фидель («Бородатый по полной программе, как и полагается», — не преминул отметить наблюдательный внутренний голос). — Спасибо вам за организацию встречи с товарищем репортёром. Всё было осуществлено оперативно и своевременно. Обязательно сообщу — куда следует…. А теперь прошу незамедлительно тронуться в обратный путь. Чем быстрее товарищ Мэтьюз окажется в Нью-Йорке, тем лучше. Засим откланиваюсь. Прощайте. Дела…. Че, вестовой сообщил, что на берегу ручья Арройо-дель-Инфиерно[26] разведчики задержали предателя Эутимио Герру. Ты же обещал, что лично — при первой же возможности — расстреляешь мерзавца? Вот, возможность и представилась. А для настоящего революционера данное им слово — свято…. Не так ли?

— Без вопросов, че, — поднялся на ноги Эрнесто. — Сейчас отправлюсь к ручью и выполню обещанное. Только сперва, кха-кха, заскочу к своему шалашу, винтовку прихвачу, мате глотну…. Надеюсь, че, что после…э-э-э, после ликвидации подлого предателя я буду считаться «полноценным партизаном»? И даже получу настоящий парусиновый гамак? Замечательно, че…. До свидания, сеньоры. Всего вам самого наилучшего, прекрасная донья Анна…