Девушка в ужасе, не меньшем, чем палач, взобралась на ворот и, вцепившись руками в деревянное колесо, широко распахнутыми глазами глядела на происходящее. Было видно, что она не в силах даже пошевелиться. Два стражника, которые влетели на шум, раздававшийся из пыточного зала, остолбенели у входа.
Киммериец не стал ждать, как повернутся события. Он изо всех сил натянул веревку и поднес руки к жаровне. Его обожгло нестерпимым жаром, волоски на руках начали потрескивать и скручиваться, но варвар терпел, стиснув зубы.
Наконец веревка обуглилась настолько, что Конан смог движением ладоней ее разорвать. Он был свободен от пут! В это время отчаянные крики сразу нескольких людей слились в протяжный вопль. За кольцом лакуди, внутри которого продолжали рвать друг друга два Мусаиба, вырастало что-то огромное и зловонное. Смрадный запах проник даже в ноздри стоявших поодаль стражников, и они дружно, как по команде, зажали носы.
«Гриб?- мелькнула мысль у варвара.- Нет, похоже, что-то другое!»
В полумраке подземелья стало отчетливо видно нечто огромное и ужасное – что-то вроде слона, только в два раза шире. Тяжелая туша на четырех толстых ногах, похожих на пни старого дерева, имела длинную шею с маленькой костистой головой на конце. В пасти монстра торчали два ряда кривых и острых зубов. Из раскрытого рта капала слюна, которая и распространяла зловоние. Словно удав, гибкая шея начала метаться в толпе лакуди, выхватывая отдельных карликов и перекусывая им шеи. Уродцы загомонили еще сильнее и принялись отбиваться кривыми лапами с длинными когтями, нанося по страшной змеиной морде чувствительные удары. Голова уворачивалась от ударов лакуди, время от времени выхватывая очередную жертву. Откусив ей голову, монстр издавал громкий рев и удовлетворенно поводил головой из стороны в сторону, выискивая место следующего удара. Варвар заметил, что чудовище ударяет не просто куда попало, а расчищает в толпе карликов проход, по которому идет Мизра, совершая руками плавные пассы.
«Вот оно что!- догадался киммериец.- Еще один колдун мне на голову. Он хочет вытащить придурка-визиря!»
Конан огляделся. Похоже, в неразберихе, которая царила в зале, пропитанном вонью чудовища и запахом чадящих факелов, заполненном ревом толстоногого гада, гнусавыми воплями лакуди и криками людей, только он сохранил способность здраво мыслить. Мизра не в счет. Колдун был всецело занят спасением своего друга, пытаясь пробиться поближе к нему, или к ним, если говорить точнее. Один из стражников бросился на землю и зажал ладонями уши.
Киммериец сразу же вспомнил вероломного Хафара.
«Бедняга,- пожалел стражника варвар,- и этот спятил, клянусь кишками Нергала!»
Он схватил валявшийся на полу бич и, прижимаясь спиной к стене, стал медленно приближаться к стражнику у дверей. Когда тот заметил киммерийца и выхватил саблю, то ничего уже не смог сделать. Конец бича обвился вокруг его запястья, Конан резко дернул его на себя, и стражник, потеряв равновесие, свалился со ступеньки и упал на колени. Варвар в прыжке не дал ему подняться и сомкнутыми руками со страшной силой ударил в то место, где начинается шея. Он не слышал хруста позвонков, но по тому, как мгновенно обмякло тело, понял, что достиг цели.
Схватив саблю, киммериец полоснул ею по шее сжавшегося от страха второго стражника – так, на всякий случай, и, развернувшись, посмотрел на поле битвы.
Монстр продолжал реветь, нападая на лакуди, но было уже поздно. Один из визирей все-таки добился своего: его костлявые пальцы ухватились за горло двойника и сжимались все сильнее и сильнее. Двойник тоже не остался в долгу: он выдавливал своему противнику глаза. Жуткий вопль одного из двойников перекрыл рев монстра. Тот, которому вцепились в глаза, дернулся и затих. Лакуди взвыли с удвоенной силой, празднуя победу. Тела обоих визирей внезапно вспыхнули ярким синим пламенем.
Мизра схватился за голову, видя полную тщетность своих усилий.
Конан в три прыжка покрыл расстояние, отделявшее его от девушки, и сдернул ее с деревянного колеса. Она по-прежнему мало, что понимала от ужаса и пыталась вырваться из рук варвара, цепляясь за ворот, словно видела в нем последнюю надежду на спасение.
– Да очнись ты, дуреха!- Варвар несильно хлопнул ее по щеке.- Бежим!
Она посмотрела сквозь него, но покорно последовала к дверям. Конан тащил ее за руку, стремясь как можно быстрее выбраться из этого кошмара. Неожиданно что-то стукнуло его в спину, да так сильно, что он не удержался на ногах.
Перевернувшись, киммериец увидел в локте от своего лица страшную голову монстра с разинутой зубастой пастью. Киммериец ударил чудовище саблей по выступающим над пастью ноздрям. Голова, издав жуткий рев, отпрянула назад.
– Беги отсюда!- успел крикнуть варвар девушке, вскакивая на ноги и метнувшись назад, к месту пытки, чтобы освободить ей путь.
Голова монстра, качнувшись, вновь устремилась к нему.
Киммериец пригнулся и полоснул саблей по незащищенному костяными пластинами месту под нижней челюстью.
Фонтан черной жидкости брызнул на пол, и монстр, дернув шеей, отступил назад. Конан схватил конец веревки, на которой еще совсем недавно висел под потолком, и мгновенно завязал петлю, собираясь накинуть ее на голову чудовища. Однако он не смог увернуться от следующего броска монстра и почувствовал на своем плече укус смертоносных зубов. Киммериец упал, но тут же вскочил, перекатившись через спину. Совсем рядом с собой он увидел жаровню и надвигающуюся сверху раскрытую пасть монстра. Невероятным усилием ему удалось схватить жаровню и ткнуть горячими угольями прямо в распахнутый зев…
Шея монстра затряслась, с шипением полетели угли, которые явно причинили ему сильную боль. Краем глаза варвар отметил, что ни лакуди, ни визиря не видно, а Мизра опять что-то шепчет, уткнувшись в ладони.
«Стало быть, визирю крышка»,- успел с удовлетворением подумать Конан, примериваясь, как бы подобраться с петлей к голове чудовища, которое теперь шевелилось намного медленнее.
Голова вновь двинулась на него, но варвар ловко накинул на шею петлю и дернул свободный конец. Монстр оказался привязанным к вороту, вмурованному в стену.
Киммериец отскочил на пару шагов, чтобы перевести дух. Однако он недооценил силу чудовища. Тварь дернула шеей, веревка выдержала. Еще рывок – и вырванное из стены колесо пыточного приспособления, как пущенное из пращи, врезалось в стоявшего рядом с монстром колдуна. Он упал на землю, дернулся и затих. Чудовище, порождение мага, начало уменьшаться в размерах, словно проткнутый рыбий пузырь. Конан не стал дожидаться, чем все это закончится.
