Читаем без скачивания Кронштадтский мятеж - Сергей Семанов

Как было показано выше, мятеж на острове Котлин мог иметь далеко идущие последствия для Советского государства, продлись он долее и успешнее для мятежников. В этих условиях колебания лишь усиливают врага. Тактика В. И. Ленина и большевистской партии, ясно продемонстрированная в той острой обстановке, учит, что никаких промедлений и оппортунизма в борьбе с антигосударственными мятежниками быть не должно. Вот почему партия бросила под Кронштадт часть своего общероссийского форума — делегатов съезда. Вот почему комиссары и коммунисты с беззаветной самоотверженностью вели на штурм части Красной Армии. И красноармейцы продемонстрировали тогда стойкость и мужество, а их командиры — смелость и воинский талант. [642]

Партия под руководством Ленина решительно и беспощадно обрушила на мятежников карающий удар. Отвечая на ложь и клевету буржуазной прессы о «жестокостях», Ленин говорил:

«Пускай лакействующие пособники белогвардейского террора восхваляют себя за отрицание ими всякого террора. А мы будем говорить тяжелую, но несомненную правду: в странах, переживающих неслыханный кризис, распад старых связей, обострение классовой борьбы после империалистской войны 1914–1918 годов, — таковы все страны мира, — без террора обойтись нельзя, вопреки лицемерам и фразерам. Либо белогвардейский, буржуазный террор американского, английского (Ирландия), итальянского (фашисты), германского, венгерского и других фасонов, либо красный, пролетарский террор. Середины нет, «третьего» нет и быть не может». [643]

В. И. Ленин всегда считал необходимым отделять «верхи» от «низов» во вражеском лагере. Даже в условиях самой ожесточенной борьбы необходимо делать различие между рядовым — и порой случайным — участником враждебного движения и сознательным главарем его, подстрекателем. К последним Ленин требовал не делать никакого снисхождения. В заметках по плану брошюры «О продовольственном налоге» он резко отозвался о подстрекателях кронштадтского мятежа Чернове, Дане, Мартове и других и с суровой прямотой заключил:

«Место им в тюрьме, а не на беспартийной конференции». [644]

Здесь В. И. Ленин не случайно упоминает о «беспартийных конференциях». Уже говорилось, что так называемая беспартийность стала одним из лозунгов кронштадтских заговорщиков, с помощью которого они демагогически пытались противопоставить трудящиеся классы Коммунистической партии. «Теоретики» мелкобуржуазной контрреволюции с радостью ухватывались за это кронштадтское «изобретение» как за удобнейшее средство посеять рознь между партией и народом. (Кстати говоря, неудачное «изобретение» это не снято с вооружения и поныне: достаточно вспомнить «Клубы беспартийных активистов» (КАН) в Чехословакии в тревожном 1968 г., которые стали одним из самых сильных массовых рычагов «тихой контрреволюции».)

Вопрос о «беспартийном» выступлении против социалистического государства приобрел тогда и сохраняет сегодня большую политическую остроту. Мелкобуржуазные идеологи говорили и повторяют с разными модификациями уже полвека, что отнюдь не всякое выступление против Советской власти непременно приводит к белогвардейщине — и при этом ссылались на фразеологию кронштадтского «ревкома». Ленин дал самую резкую отповедь «теоретикам» такого рода:

«Когда Мартов в своем, берлинском журнале [645] заявляет, будто Кронштадт не только проводил меньшевистские лозунги, но и дал доказательство того, что возможно противобольшевистское движение, не служащее целиком белогвардейщине, капиталистам и помещикам, то это именно образец самовлюбленного мещанского Нарцисса. Давайте попросту закроем глаза на тот факт, что все настоящие белогвардейцы приветствовали кронштадтцев и собирали через банки фонды в помощь Кронштадту!» [646]

В. И. Ленин вполне доказал ту мысль, что некоторые мелкобуржуазные деятели субъективно не приемлют белогвардейщину, особенно в ее крайних, обнаженных формах. Однако буржуазные стратеги до поры до времени охотно продвигали вперед «розовых», чтобы потом, после отстранения от власти коммунистов, занять их место. В качестве конкретного буржуазного идеолога такого типа Ленин весной 1921 г. обычно приводил в пример П. Н. Милюкова и полагал, что в связи с кронштадтским мятежом тот

«учитывает ступени политического развития совершенно трезво и говорит, что для перехода назад к капитализму необходимая ступенька — эсеровщина и меньшевизм. Буржуазии такая ступенька нужна, а кто этого не понимает, тот глупец». [647]

Пример с кронштадтским «беспартийным» «ревкомом» был последним звеном в общей цепи выступлений мелкобуржуазной контрреволюции в ходе гражданской войны. Империализм, терпя поражения, готов оказать поддержку любой антикоммунистической силе, под каким бы лозунгом она ни выступала, — так было в 1921 г., так происходило и в более поздние времена. Свой вывод В. И. Ленин формулировал так:

«Все равно, вправо или влево, к меньшевикам или к анархистам, лишь бы передвижку власти от большевиков; а остальное, — а остальное «мы», Милюковы, «мы», капиталисты и помещики, «сами» сделаем, анархистиков, Черновых, Мартовых мы шлепками прогоним, как делали в Сибири по отношению к Чернову и Майскому, как делали в Венгрии по отношению к венгерским Черновым и Мартовым, как делали в Германии по отношению к Каутскому, в Вене по отношению к Фр. Адлерам и K°. Этих мещанских Нарциссов — меньшевиков, эсеров, беспартийных — настоящая деловая буржуазия сотнями одурачивала и прогоняла во всех революциях десятки раз во всех странах. Это доказано историей. Это проверено фактами. Нарциссы будут болтать. Милюковы и белогвардейщина будут дело делать». [648]

Империализм пытался и пытается делать свое «дело» против социалистического государства, стремясь обезоружить и развалить его. Так было в 1921 г., так происходило и позже — всякий раз с одинаковым итогом. Сила и мощь обновленной Советской России состояла и состоит в неразрывной связи партии коммунистов с трудовым народом. Все, кто пытается нарушить это единение, являются врагами партии и народа, даже если они спекулируют словом «Советы» и красным флагом, — примером такого рода является мятежный Кронштадт. В апреле 1921 г. В. И. Ленин ставил перед партией задачу:

«Всячески помогать массе трудящихся, сближаться с ней, выдвигать из нее сотни и тысячи работников беспартийных на хозяйственную работу. А «беспартийных», которые на деле не что иное, как переодетые в модный, кронштадтски-беспартийный наряд меньшевики и эсеры, — держать бережливо в тюрьме или отправлять в Берлин к Мартову для свободного использования всех прелестей чистой демократии, для свободного обмена мыслями с Черновым, с Милюковым, с грузинскими меньшевиками». [649]

«Урок Кронштадта» [650] не прошел даром. После него еще яснее сделались перспективы развития и роста социалистического государства, понятнее стала тактика врагов, четче прояснились контуры социалистического строительства.

Вождю нашей великой революции всегда был присущ глубокий социальный оптимизм. Какие бы трудности ни стояли, сколь бы тяжелой ни выдавалась борьба, он никогда не сомневался в грядущей победе трудящегося народа над силами международного капитала. Так было в самые ответственные периоды революции и гражданской войны, так было и в тревожные дни марта 1921 г. Месяц спустя В. И. Ленин как бы подвел окончательную черту под кронштадтскими событиями. Веря в будущее, В. И. Ленин писал:

«Массе рабочих и крестьян нужно немедленное улучшение их положения. Поставив на полезную работу новые силы, в том числе беспартийных, мы этого достигнем. Продналог и ряд связанных с ним мероприятий этому помогут. Экономический корень неизбежных колебаний мелкого производителя мы этим подрежем. А с политическими колебаниями, полезными только Милюкову, мы будем бороться беспощадно. Колеблющихся много. Нас мало. Колеблющиеся разъединены. Мы объединены. Колеблющиеся экономически несамостоятельны. Пролетариат экономически самостоятелен. Колеблющиеся не знают, чего они хотят: и хочется, и колется, и Милюков не велит. А мы знаем, чего мы хотим.

И потому мы победим». [651]

Приложение

Документы и материалы

Резолюция общего собрания рабочих бумажного производства фабрики «Дубровки»

27 февраля 1921 г.

Принято единогласно на общем собрании в количестве 800 человек.

Заслушав доклад тт. Мартынова и Крюковского по текущему моменту нашей республики и, в частности о положении гор. Петрограда, общее собрание считает необходимым заклеймить позором всех шкурниковг тунеядцев, спекулянтов и провокаторов, прососавшихся в заводы и фабрики и под указку антантовских шпионов и их помощников меньшевиков и эсеров, стараются смутить и восстановить их против своей власти с тем, чтобы низвергнуть Советскую власть и передать ее в руки капиталистов, помещиков, банкиров и предпринимателей, учитывая настоящее положение и надеясь исключительно на свою энергию и силу, мы, рабочие фабрики «Дубровки», обращаемся к рабоче-крестьянскому правительству со следующими требованиями: